Гермиона кивнула.

— Вы использовали очищенную сыворотку из слизней, чтобы разжижить кровь? — поинтересовалась она, чтобы утолить профессиональный интерес.

— Да, — кивнула целительница, впечатлившись. — Вероятно, кровь ещё будет периодически выходить, но это нормально.

Не говоря больше ни слова, Гермиона закрыла глаза и, почувствовав знакомую щекотку в области живота, трансгрессировала в коридор второго этажа.

*

Гермиона медленно прошла ко входу в комнату, осторожно заглядывая внутрь. Целитель стоял так, что лица Драко не было видно, но, судя по вздымавшейся и опускавшейся груди, он действительно дышал. Гермиона негромко постучала в открытую дверь, обозначая своё присутствие.

— Да? — спросил целитель, обернувшись.

— Можно мне войти?

— Эм, да, конечно, — ответил он. — Вам что-то нужно?

— Ну, я… Я бы хотела поговорить с Драко.

Мужчина выглядел несколько обескураженно.

— Он пока не пришёл в сознание. Полагаю, пройдёт ещё какое-то время, прежде чем он очнётся. А вы…?

Гермиона помедлила, но потом уверенно ответила:

— Миссис Малфой.

Целитель сдвинул брови, пристально изучая лицо Гермионы, но она не сильно волновалась, что он может её узнать: её фотографии не печатали в «Ежедневном пророке» уже несколько лет, да и на тех изображениях она выглядела гораздо младше. Гарри и Рон часто появлялись на страницах газет, благодаря своим многочисленным победам над опасными преступниками, но Гермионе гораздо больше нравилось иметь личное пространство. Что касается профессиональной деятельности, целитель явно работал в отделе скорой помощи, в то время как Гермиона проводила всё своё рабочее время на пятом этаже — в отделе Недугов от заклятий.

— Очень хорошо, — наконец кивнул целитель. — Что ж, миссис Малфой, тогда, вероятно, вы можете объяснить вот это.

С этими словами он стянул простыню с груди Драко, обнажая огромный ожог и крестообразный шрам, резко выделявшийся на бледной коже.

Комментарий к Глава 25. Одиночество. Часть 2.

Способ написания отзыва в нормальной форме - в первом отзыве к части;)

Глава 25. Одиночество. Часть 3.

Гермиона с напускным спокойствием посмотрела на открывшуюся картину, мысленно отмечая, что мышцы Драко то и дело сводило судорогой, как будто ему снился кошмар. Внутри неё всё сжималось от беспокойства, но она нашла в себе силы бесстрастно ответить:

— Понятия не имею, — солгала она. — Драко аврор, он постоянно сталкивается с опасными магами. Очень вероятно, что на работе он и получил этот ожог и просто не хотел мне рассказывать, чтобы я не волновалась.

— Но… На мгновение мне показалось, что ожог… как будто живой, — произнёс целитель, тщательно подбирая слова и не сводя глаз с девушки.

В этот момент через раскрытую дверь в комнату вошли Гарри и вторая целительница, и Гермиона поняла, что надо действовать быстро.

— От лица моего мужа и от себя лично хочу поблагодарить вас за оказанную помощь, — начала она холодным отстранённым голосом, распрямив плечи и слегка поджав губы.

Глаза Гарри расширились.

— Что? — переспросил он.

— И тебя тоже, Гарри, — добавила Гермиона, подходя к своей сумочке и вытаскивая кошелёк.

— Но мы ещё не закончили, — обескураженно произнесла целительница.

Гермиона украдкой выглянула в окно, за которым уже начинал заниматься рассвет. Она не хотела привлекать внимание к дому, а выходящие целители в униформе были слишком заметны, к тому же, чем дольше они будут оставаться рядом с Драко, тем больше шансов, что они начнут что-то подозревать, а ей вовсе не хотелось отвечать на вопросы и вызывать лишние подозрения, поэтому Гермиона настойчиво продолжила:

— Я сама проходила небольшую целительскую подготовку, — произнесла она, натянуто улыбаясь. — Если вы не против, я бы хотела купить у вас медикаменты, чтобы быть готовой к подобной ситуации. Элай!

Дворецкий, до этого ожидавший в коридоре, поспешно зашёл в комнату.

— Да, леди Малфой?

— Проследи, пожалуйста, чтобы эти замечательные целители получили компенсацию за беспокойство и за лекарства.

Целители настороженно наблюдали, как Элай принял у Гермионы увесистый кошелёк, после чего позволили проводить себя к выходу и приняли деньги. Уходя, Элай прикрыл дверь в комнату, так что Гарри, Гермиона и Драко остались одни.

— И что это было? — ошеломлённо поинтересовался Гарри.

— Мне нужно поддерживать легенду, — пожала девушка плечами. — Гермиона Грейнджер не должна попадаться никому на глаза, и чем меньше людей обо мне знают, тем меньше шансов, что Лестрейндж нас найдёт.

— А я скучаю по Гермионе Грейнджер, — задумчиво произнёс Гарри.

Она отвернулась в сторону, избегая его взгляда и вздохнула.

— Всё не так просто, Гарри. За последние несколько лет многое поменялось, я стала кем-то, кем никогда не хотела быть. Я не хочу продолжать двигаться в том же направлении и закончить замужней мамочкой с пятью детьми, чьи дни вертятся вокруг готовки, уборки и работы. То есть… Может, когда-то я и захочу этого, но только не сейчас.

— Ты не хочешь быть с Роном.

Не вопрос — утверждение. Гермиона покачала головой.

— Дело не только в этом. Мы с Роном уже расстались.

Гарри замолчал. Поначалу Гермионе показалось, что он расстроен мыслью об их разрыве, но, как оказалось, он думал совсем о другом.

— Ты хочешь быть с Малфоем? — наконец спросил он, заставая её врасплох.

— Я не знаю, чего хочу.

Гарри недоверчиво покачал головой и закатил глаза.

— Жизнь двух моих лучших друзей сейчас в опасности. Я всегда принимал и уважал твои решения, но не знаю, возможно ли сделать это теперь. Могу лишь пообещать, что не стану лезть в твои дела, если ты сама будешь держать меня в курсе происходящего. Я буду отслеживать заявления о пропавших магах и дам тебе знать, если найду что-то подозрительное. Согласна?

Гермиона слабо кивнула и негромко произнесла:

— Мне жаль.

— Я знаю, — ответил Гарри, ободряюще сжимая её ладонь на прощание и выходя из комнаты.

Дверь за ним захлопнулась, и Гермиона попыталась собраться с мыслями. Она выглянула в окно — вдали, на горизонте, занимался рассвет. Она прикрыла глаза и глубоко вдохнула, впервые за последнее время чувствуя себя почти спокойно.

— Элай, — позвала она, открыв глаза. Через мгновение дворецкий стоял перед ней.

— Да, мисс Грейнджер?

— Мне надо будет отлучиться сегодня вечером, — сказала она. — Вы не могли бы купить еды, а то кухня совсем пустая. В кошельке ещё остались деньги. И я бы хотела, чтобы с моей метлы было снято заклинание отслеживания.

— Да, конечно, — поклонился Элай.

— Спасибо.

— Мисс Грейнджер, прежде чем я уйду, хочу сказать, что был очень впечатлён тем, как вы себя держали сегодня. Если позволите, я бы даже сказал, что вы были настоящей Малфой.

Гермиона улыбнулась и снова повторила:

— Спасибо.

Когда Элай скрылся за дверью, она вновь погрузилась в свои мысли, думая о планах на день. Ей надо было встретиться с Кассиусом в семь и пополнить запасы ингредиентов для антидота по дороге. Но она уже сейчас знала, что противоядие — это временное решение. Настоящей причиной рецидивов Драко была боль. Элай говорил об этом раньше, и теперь Гермиона окончательно убедилась, что это так. Было что-то… что-то неправильное во всей сложившейся ситуации, и что ещё хуже, Гермиона не могла сделать ничего, чтобы помочь Драко. И каким-то необъяснимым образом это заставляло её чувствовать себя виноватой.

Она посмотрела на Малфоя, который спал как ребёнок, но его лицо всё равно выражало физическое страдание. По всей видимости, ему снился очередной кошмар, но Гермиона могла лишь беспомощно наблюдать за ним, не в силах помочь ему и не в силах облегчить его терзания.

Внезапно Драко вздрогнул, и его веки едва заметно задрожали, словно он с трудом пытался открыть глаза. Гермиона подошла к постели и опустилась на колени рядом с ней, прикладывая ладонь ко лбу Драко и убирая прядь волос с его лица. Малфой наконец открыл глаза и сфокусировал взгляд на девушке, поначалу с явным замешательством, но почти сразу слабая улыбка появилась на его губах.