Перефразирую слова Драко из четвёртой части: “Около 23:00 вполне может быть 00:00” ;)

Всем приятного прочтения и спокойной ночи (ну, или доброго утра) :)

P.S. Следующая часть в воскресенье.

Было около четырёх часов дня, когда Гермиона проснулась, но вовсе не потому, что хорошо отдохнула, а из-за приглушённых голосов, доносившихся с первого этажа. Она моргнула, только через секунду понимая, что постель пуста, и приподнимая голову так, чтобы рассмотреть подножие кровати, где прямо на полу сидел Драко, прислонившись спиной к ближайшей стене, и что-то читал.

Он услышал шевеление и оторвался от бумаг.

— Я тебя разбудил?

Гермиона лениво кивнула.

— Ты слишком громко читаешь, — с сарказмом произнесла она, и Драко улыбнулся в ответ. — Что это такое, кстати?

— Документы, — отозвался он, поворачивая бумаги лицевой стороной к Гермионе. — Из Министерства.

После пары мгновений недоумённого молчания, она смогла наконец разобрать голоса говоривших и поняла, откуда взялись министерские документы.

— Гарри здесь? — уточнила она.

— Посвящает Элая в курс дела, — кивнул Драко. — Я решил остаться тут. Его, кажется, не особенно радует перспектива разговаривать со мной.

— Он просто расстроен из-за Рона, — ободряюще произнесла Гермиона. — Это не твоя вина.

Она поднялась с постели и боковым зрением поймала своё отражение в зеркале: лицо выглядело помятым и казалось старше её настоящего возраста, одежда была той же, в которой девушка покинула поместье, а волосы торчали в разные стороны огромной нечёсаной копной.

— Я в душ, — бросила она, поспешно направляясь к ванной комнате. — Скоро вернусь.

*

— Ожоги уже заживают, — рассказывал Элай, стоя у плиты. — К счастью, они были не такими серьёзными, как у мистера Малфоя, так что ему просто придётся потерпеть неудобства некоторое время, пока они не затянутся совсем.

Гарри кивнул, но не мог скрыть волнения во взгляде.

— И он был в порядке, когда вы видели его последний раз? — уточнил он.

— Да, мистер Поттер, уверяю вас.

Дверь на кухню открылась, и в комнату вошёл Драко, держа в руках внушительную стопку бумаг, которые включали в себя официальные министерские документы, газетные вырезки и личные письма. Гарри едва заметно напрягся при виде Малфоя, но не так сильно, чтобы сторонний наблюдатель мог это заметить.

— Вот, — сказал Драко, опуская стопку документов на стол. — Три человека подходят.

Гарри кивнул.

— Кто именно?

— Эдмунд Эббот — стопроцентный вариант, — ответил Драко, протягивая ему несколько документов, лежавших на самом верху стопки, и усаживаясь за стол напротив Гарри. — В файле с пропавшими людьми сказано, что последний раз его видели, когда он выходил из паба около трёх часов дня, но домой он так и не вернулся.

— Ясно, — снова кивнул Гарри.

Драко достал карту, которая прилагалась к отчёту, и указал на одну из областей:

— Его наверняка забрали где-то здесь, недалеко от Низинной пустоши: она окружена деревьями, а тропа постоянно виляет. Я даже могу предположить, что поймал его Гектор: только у него хватило бы сил, чтобы справиться с Эбботом.

— А что насчёт Зигмунда Джуэла?

— Слишком много улик оставлено на месте преступления, — отмёл это предположение Драко. — Лестрейндж любит убивать театрально и эффектно, но похищения организовывает так, что не подкопаешься. Это, кстати, главная причина, по которой похищенных магов сначала доставляют в замок: он предпочитает наслаждаться моментом убийства, и поместье — единственное место, где он может делать это в относительной безопасности. А вот Марго Освальд подходит, — добавил он. — Её семья уже написала заявление о пропаже?

Гарри разочарованно покачал головой:

— Ей сорок девять лет, и у неё нет родственников или близких друзей. Она работает в Отделе магических происшествий и катастроф, и её начальник не собирается писать заявление раньше, чем через неделю.

Драко закатил глаза.

— В любом случае, думаю, что она подходит, — сказал он. — Если она живёт одна, то, скорее всего, её похитили прямо из дома, и могу поспорить, что сделал это Маркус со своей жуткой подружкой.

— Но зачем им все эти люди? — подал голос Элай впервые после появления Малфоя, выставляя на стол подогретые булочки и беглым взглядом окидывая стопку документов.

Драко пожал плечами и повернулся к Гарри:

— Есть идеи?

— Понятия не имею, — честно отозвался тот. — Я могу получить досье на них, но, очевидно, зацепок у нас практически нет.

— С Лестрейнджем их можно и не ждать, — хмыкнул Драко. — Его жертвы просто растворяются в воздухе.

— Ну, досье я в любом случае посмотрю — вдруг что-то обнаружится.

— Кстати, Поттер, мы ведь не афишируем это дело? — подозрительно сощурился Малфой.

Гарри нехотя кивнул и добавил:

— Я прекрасно понимаю, что такое жажда мести, но жизни моих лучших друзей сейчас зависят от тебя. Лестрейндж твой, только если ты пообещаешь, что невинные люди не пострадают.

— Он мой в любом случае, — уточнил Драко, ощущая непривычное чувство благодарности по отношению к Гарри. — И я собираюсь вывести людей из замка до того, как что-то начнётся.

— Авроры будут в режиме полной готовности, — сказал Гарри и, заметив, что Малфой собирается протестовать, добавил: — Никто не станет действовать без твоего разрешения, об этом можешь не волноваться, но мне будет спокойнее от осознания, что при худшем раскладе мы сможем спасти хоть кого-то.

— Это не потребуется, — заверил его Драко. Он посмотрел на дверь, лишний раз убеждаясь, что Гермиона не могла их услышать, и, понизив голос, добавил: — Я поеду в поместье в конце недели, чтобы вытащить Пэнси, Уизли и похищенных людей, если кто-то из них ещё жив. Я постараюсь избежать драки, но Гермиона не должна знать.

Гарри даже не потрудился поинтересоваться почему. Он прекрасно понимал, что как только Гермиона узнает о плане Малфоя, она тоже поедет в поместье и обязательно подвергнет себя опасности. Она отлично умела сражаться, но Лестрейндж был настоящим монстром.

— То есть в замке не останется пленников уже к концу недели? Отлично.

— Есть неплохой шанс, что Лестрейнджа там вообще не будет, — размышлял вслух Драко. — У меня вряд ли хватит сил, чтобы драться с ними.

Элай как раз начал раскладывать столовые приборы на столе, когда заметно посвежевшая Гермиона вошла в комнату. Её волосы всё ещё были влажными, но она уже успела переодеться в чёрные брюки и синий свитер. Гермиона всё ещё выглядела немного уставшей, но гораздо более расслабленной.

— Гарри, — произнесла она вместо приветствия, усаживаясь за стол. — Что тут у вас происходит?

Парни украдкой переглянулись, и Драко заговорил первым:

— Мы пытаемся понять, кого похитили люди Лестрейнджа. Пока что явные кандидаты Эдмунд Эббот и Марго Освальд.

— Да, кстати, — встрепенулся Гарри, — ты так и не сказал кто третий.

Драко перебрал несколько документов из верхней части стопки.

— А, вот, — наконец произнёс он, показывая газетную вырезку со статьёй. — Кристофер Брути.

Гермиона бегло пробежалась по ней взглядом и зачитала вслух самое главное:

— Несмотря на то, что по закону миссис Брути пока не может подать заявление о пропаже, тридцатидевятилетняя колдунья уверена, что её муж, сорокатрёхлетний Кристофер Брути, был похищен. Однако нет никаких доказательств, которые подтвердили бы это предположение, за исключением приглушённого вскрика, который, по словам миссис Брути, она слышала в ту ночь, когда её муж пропал. Она утверждает, что проснулась на следующее утро с синяками неизвестного происхождения, которые покрывали её руки.

— Ей изменили память, — предположил Драко. — Наверно, она пыталась бороться с тем, кто пришёл за её мужем — вероятнее всего, с Гектором: он ужасно накладывает заклинание изменения памяти.

— Может быть, Лестрейндж похитил гораздо больше людей, — взволнованно произнесла Гермиона.