— Зачем это было нужно Духу-Правителю, я тоже не понимаю. Так что, остается утешить себя постулатом, что Воин-Лис все равно не знает всех нюансов Игры, — рассеяно откликнулся Мерк, — Насчет же возможной ошибки… Мне все-таки так не кажется. В конце концов, я ведь, прежде всего, искал продолжения Пути. Ну и, в общем-то, нашел. А то, что это приняло столь странную форму… Что ж, Дух-Правитель действует посредством людей и различных невоплощенных Сущностей, а у тех, в свою очередь, тоже имеются личные устремления, что вполне способно привнести свою лепту, и порой весьма значительную. А что я уж точно не буду отрицать, так это то, что факт этот явился для меня неожиданностью, и что из-за этого отнестись к результату спокойно у меня не получилось…

Затянутое низкими облаками небо уже понемногу стало приобретать свинцовый окрас. Еще раз окинув на прощанье взглядом берега озера Ессе-Лэм, друзья направились к месту своей стоянки. Короткий осенний день близился к завершению, а им сегодня еще предстояло добираться до платформы монорельсовой дороги.

— …Все, что было сказано, Властитель, являлось совершенно необходимым. Поскольку сейчас ты имеешь представление о том, что было у истоков, и соответственно, сможешь наиболее полно осмыслить то, что сложилось к данному моменту. И я надеюсь, что это поможет принять тебе верное решение в дальнейшем.

Д`хагон замолк и, выжидая, пристально уставился на Властителя Мира. Эллаль, не отводя своего взгляда, выдержал длительную паузу и, кивнув, поинтересовался:

— Так что же такого сложилось к данному моменту, Джах Х`вей?

— Властитель, как тебе уже известно, судьбы Миров, в которых обосновались д`хагоны после Исхода, шли по практически независящим друг от друга линиям, которые соприкасались исключительно в военных вопросах. Так же ты знаешь и том образе жизнедеятельности, который был присущ сообществу д`хагонов во времена жизни в родном Мире, — вновь начал рассказывать посол…

…Несмотря на полную обособленность друг от друга вновь основанных колоний, развитие их, тем не менее, пошло по весьма схожим сценариям. Все они с незначительными вариациями повторяли тот путь, по которому шло сообщество д`хагонов до Исхода из родного Мира. Вскрылся этот несколько необычный факт уже только после того, как колонии вновь вышли из вынужденной изоляции, но самих д`хагонов он, в общем-то, нисколько не удивил.

Если прежняя схема действий себя оправдывает, то естественно, что она будет повторяться. А прежний сценарий, казалось, оправдывал себя и на этот раз, и уже несколько колоний сполна воздали ему дань.

Каждая из таковых, оставив позади по одному умершему Миру, переселилась в следующий. Причем, поскольку теперь правители д`хагонов имели некоторое представление о том, что их ожидает в будущем и четко расставляли приоритеты своей деятельности, то к моменту, когда подходило время покидать прежний Мир, у них все было полностью готово для захвата следующего. В дальнейшем правители колонии, нуждавшейся в переселении, просто обращались к своим союзникам по конфедерации и, заручившись необходимой поддержкой, вторгались во вновь выбранный Мир. Шансов устоять перед объединенной мощью у последнего при этом не было обычно никаких.

Конечно подобная помощь соседями по конфедерации оказывалась далеко не безвозмездно, да и сами военные действия вообще являлись делом не из дешевых, но все затруднения связанные с этим вопросом в конце-концов все-таки разрешались успешно. И здесь особенно хорошо проявляло себя то, насколько удачной была форма стратегии, выбранной д`хагонами на этот раз.

Стремясь в первую очередь к тому, чтобы в захваченном Мире обязательно были сформированы механизмы и структуры, само наличие которых обязательно потребуется им для дальнейшей деятельности, д`хагоны даже не старались установить тотальный контроль над каждым шагом порабощенного ими населения и не стремились непременно обеспечить их абсолютное подчинение. И как показывали дальнейшие события, они вполне могли себе это позволить — владения ключевыми звеньями общественного механизма оказывалось вполне достаточно.

Как только большинство коренного населения какого-либо из таких Миров убеждалось в том, что их Мир и впрямь подошел к своей гибели, манера их поведения менялась коренным образом. Больше уже д`хагонам не приходилось использовать принуждение или заманивание для того, чтобы были выполнены необходимые им работы, да и сами такие работы больше не выполнялись абы как. Не говоря уже о том, что напрочь оставлялись всякие попытки выйти из подчинения.

Нет. Только лишь те, кому уж совершенно нечего было терять, не стремились заручиться благосклонностью своих хозяев и не старались заполучить себе место на каком-либо из уходящих транспортов. Все же остальные начинали выполнять вмененные им обязанности с многократно возраставшими усилиями. Причем при этом те, кому в силу их значительного общественно положения, пришлось бы потерять особенно много, тиранили своих менее удачливых соплеменников с таким усердием, что диву давались даже сами д`хагоны.

Разумеется это вело к значительному увеличению производительности, что самих д`хагонов конечно же устраивало, и потому распространению сведений о том, что всех покорных и ревностно трудящихся эвакуируют, они всячески потворствовали. Хотя часть своих рабов они и впрямь забирали, ведь в таком случае в очередной Мир они приходили уже имея при себе вышколенную рабочую силу и им не приходилось начинать на голом месте.

Но случались просчеты и у д`хагонов…

— …Там большинство коренного населения отказалось признавать утверждение о том, что Мирам свойственно умирать так же, как и обычным тварным существам, и что их Мир как раз и приблизился к стадии своего умирания.

В результате, вместо того чтобы следовать врученным им предписаниям и добросовестно пытаться снискать право на эвакуацию, они принялись разрабатывать концепцию о том, что это д`хагоны, все больше изменяя их Мир и приспосабливая его для свойственного им образа жизнедеятельности, попросту резко нарушили естественный для него баланс сил. То есть — чрезмерно истощили одни ресурсы, как наиболее потребляемые, и попутно истребили другие — те, что были им не интересны и о сохранности которых они соответственно не заботились. Причем последнее, естественно, особенно касалось растительной части Мира.

Как следствие же такого нарушения сбалансированности — внутри самого Мира условия жизни становились все более неприемлемы для большинства тех видов существ, что были приспособлены к совершенно другим — тем, что царили ранее.

Резко оборвав свой рассказ, посол несколько мгновений помолчал и, пару раз тяжело вздохнув, толи по поводу неосмотрительности действий своих соплеменников, толи по поводу непредвиденного упрямства аборигенов того Мира, возобновил свое повествование:

— Сами д`хагоны, узнав о распространении подобных идей, поначалу не обратили на них особого внимания и не восприняли как хоть сколько-нибудь серьезную опасность для своих планов. Ведь уже не одно поколение строило свою жизнь по той доктрине, что Миры умирают также как и прочие живые существа, и это себя вполне оправдывало. А у их рабов, казалось, выбора не было в любом случае — слишком уж необратима была истощенность ресурсов в данном конкретном Мире для того, чтобы те могли проверить в нем свою теорию.

Однако события повернулись совершенно неожиданным образом. Используя те знания и технологии, которые стали им доступны в результате влияния на их Мир д`хагонов, тем существам удалось создать поистине удивительные машины — они почти смогли заменить для их Мира утраченные растительные ресурсы…

— Почему «почти»? — внезапно перебил д`хагона Властитель Мира, до настоящего момента слушавший с молчаливым вниманием.

Помолчав некоторое время с откровенно недовольным видом, посол опять тяжело вздохнул и нехотя отозвался: