Развернув пергамент и продемонстрировав его содержание, Властитель Срединных Земель коротко рассказал супруге о тех соображениях, что посетили его перед ее приходом.

— Вот только не знаю, имеет ли все это смысл теперь? Что если д`хагоны уже в курсе произошедшего, и Эллаль не может связаться с отцом именно из-за этого? Из-за того, что они отыгрались на нашей базе на сателлите? — подытожил он свой рассказ, — Ведь даже если в пределы этого Мира им путь заказан, то резиденция-то Властителя Небес находится как раз вне его, и вполне уязвима.

— Если она действительно разрушена, то мы будем иметь очень большие неприятности, — сухо ответила Ниннурсах, оторвавшись от чертежей, — Поскольку тогда мы утратим как возможность коммуникаций с нашим старым Миром, так и возможность покинуть пределы Мира этого. Иными словами — мы окажемся без всякой активной поддержки и в своих попытках создать из здешних аборигенов цивилизованное сообщество отныне будем предоставлены сами себе.

— А если еще и послу удались его ухищрения, то ты понимаешь, в каком положении мы окажемся тогда?

— Понимаю, дорогой, понимаю. Мы окажемся в положении одновременно воюющего на два фронта: С одной стороны у нас имеется древняя раса этого Мира, представителей которой еще неизвестно сколько осталось в погребенных подземных укрытиях, и чьи тела точно так же представляют собой остающуюся в целостности совокупность Мер-Кха-Бхоа, и с влиянием которых, оказываемым на аборигенов взятого под наше управление сообщества, мы до сих пор так и не разобрались. А с другой — у нас добавятся новые желающие взять здесь все под свой контроль.

— Да-а-а… В таком положении желательно не оказываться, уж мы-то знаем. Если все обернется именно так, то лучше нам просто предоставить этим двум претендующим силам выяснять отношения между собой, а самим от возникнувшего противостояния как-нибудь ускользнуть и в происходящее вообще не вмешиваться.

— Не вмешиваться… — с горькой иронией усмехнулась Ниннурсах, — Помнишь, в тот день, когда ты получил известия о появлении этого д`хагона, я рассказывала тебе сказку? — поинтересовалась она у мужа.

— Конечно помню, дорогая. Но почему ты вспомнила об этом сейчас?

— Хочу рассказать тебе еще одну.

— Тоже сказка из тех земель? — с любопытством поднял взгляд Властитель Срединных Земель.

— Да. Из тех.

— Что ж, я весь внимание, — и Нидуммунд откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее и ожидая повествования.

— Согласно этой их сказке, при рождении того Мира, в котором они живут, все его светлые боги и все его темные демоны собрались вместе и при помощи тысячеглавого змея Ананты выдернули со дна мирового океана огромную гору. Обвив эту гору змеем, и использовав ее в качестве инструмента для пахтания, все собравшиеся принялись взбивать воды мирового океана, чтобы получить напиток бессмертия. Сначала воды океана превратились в молоко, затем — в масло, и, наконец, из него поднялись несколько новых божественных существ, последнее из которых держало в руках чашу с драгоценной влагой, дарующей бессмертие.

Однако боги решили не делиться с демонами совместно добытым напитком. Один из них принял облик красивой и соблазнительной девушки и, зачаровав демонов, отвлек их внимание, а остальные тем временем унесли чашу и принялись вкушать напиток. Когда же демоны пришли в себя и обнаружили обман, они разозлились и, напав на богов, вступили с ними в битву. Но, так как последние были уже бессмертны, то демоны были побеждены и бежали, укрывшись в глубинах земли и на дне океана.

Помолчав немного после того, как Ниннурсах окончила свой рассказ, Властитель Срединных Земель озадаченно поинтересовался:

— Ты хочешь сказать, что посол д`хагонов все-таки ошибся в своих выводах? И его заявления о том, что одному из его древних родственников удалось стать Тираном этого Мира, не имеют под собой основания?

— Нет дорогой, сейчас я хочу сказать другое. Если ты помнишь, то этот Джах Х`вей заявлял, что единственное истинное устремление, присущее какому-либо сообществу существ, будет определяться направлением от тех существ, что составляют его Мер, к тем, в чьем распоряжении находится наиболее интенсивный источник Пыли Жизни.

Или, обозначая эту тенденцию в несколько иных терминах: От его самых темных демонов — к его самым светлым богам. А теперь подумай, к чему может прийти Мир, двигающийся по направлению к тем, кто для достижения своих целей использует ложь и воровство? С каких пор вор стал способен на что-либо отличное от того, чтобы присвоить плоды чужого труда, а затем, бездарно их промотав, вновь остаться ни с чем и вновь искать того, кого он сможет завлечь в свои сети чтобы обдурить или обокрасть?

Так что, боюсь, что совсем устранившись от вмешательства в происходящее и пустив все на самотек, мы либо окажемся перед тем, к чему этот Мир уже приходил — перед какой-нибудь очередной катастрофой, либо опять очутимся в услужении у д`хагонов.

— Что-то чем дальше, тем все хуже и хуже, — мрачно прокомментировал Нидуммунд соображения изложенные супругой, а затем с сомнением пожал плечами, — Но, Ниннурсах, ведь это всего лишь сказка? Стоит ли нам действительно беспокоиться из-за чего-то подобного? — и тут же запнулся, вспомнив как в свое время, во время одной из бесед с Джах Х`веем, рассказанное послом вызвало у него очень четкие параллели с той, первой сказкой.

— Ладно, — продолжил он после некоторого молчания, — лучше вернемся к тому, с чего начали: Стоит ли все-таки затевать возню с этим сооружением? Ведь если д`хагоны уже в курсе произошедшего, то этим мы их все равно не обманем.

— По моему мнению, все же стоит, — заявила Властительница, — В самом лучшем случае, если д`хагонам все-таки еще ничего не известно, и если связаться с резиденцией Властителя Небес не удается вовсе не из-за их вмешательства, то, как ты и указал, построив это сооружение, мы введем их в заблуждение. А соответственно и получим выигрыш во времени, необходимый для выяснения того, добился ли своей цели сам посол.

При менее удачном раскладе мы, конечно, рискуем дать им в руки инструмент для воздействия на этот Мир, но уж лучше пусть они будут заняты хоть чем-то, и пусть пытаются сами организовать подконтрольное сообщество из местных аборигенов, нежели досаждают нам.

Кроме того, если при строительстве нового монумента нам удастся восстановить все те пути течения Пыли Жизни, которые были завязаны на монумент старый, то это тоже будет очень хорошо. Ведь те племена, о которых ты мне рассказал, только использовали уже существовавшее строение, и нам неизвестно кем в действительности и для чего именно он построен, и кто еще кроме д`хагонов был на него завязан. И, соответственно, чьего еще визита можно ожидать после того, как эти пути нарушились.

— Вообще-то я тоже за, — согласно кивнул Властитель, — Надо же нам в конце-концов прояснить, блефовал ли Джах Х`вей или нет. А так все разрешится весьма быстро: Выведем, наконец, ту самую пару из содержания в изоляции и поселим их среди тех племен аборигенов, что будут проживать вблизи нового монумента. Одновременно дадим последним основы наших знаний и нашего мировоззрения, а потом предоставим им самим управлять своим сообществом.

Если после этого в их среде образуется отдельная сплоченная группа, у которой в представлениях об обустройстве окружающего Мира взгляды свойственные д`хагонам начнут интенсивно вытеснять те, которые привили им мы, то вывод будет очевиден.

— Одна-а-а-ко … — с сомнением протянула правительница, — Все это выглядит как весьма рискованная затея. А что если эта группа умудрится вообще выйти из-под нашего контроля и сумеет занять среди всех прочих племен главенствующее положение?

— Значит, надо позаботится о том, чтобы этого не случилось, и предусмотреть такой механизм, который позволил бы нам направлять их необходимым нам курсом при минимальном нашем личном вмешательстве.

— И все-таки, Нидумунд, это все равно остается рискованной затеей.