— Внимание! — громко сказал Гвенблэй.

Турн вернулся на свое место и взял лук наизготовку. Тут же рядом встали еще двое лучников только что присоединившихся к отряду. Тем временем гости сменили манеру нападения и вновь решили попытать счастья. Примерно половина из них взяла в руки копья и выстроилась вогнутым полумесяцем напротив нордлингов. Другая же половина вооружилась топорами и сосредоточилась в центре полукруга.

«Оперенный» вождь издал резкий гортанный выкрик, и смуглокожие воины с яростными завываниями бегом рванули к своим противникам. Быстро сокращая расстояние, задний их ряд принялся забрасывать нордлингов метательными копьями, а сосредоточившиеся в центре на бегу образовывали ударный клин с вождем в центре.

На этот раз избранная тактика принесла больше успеха. Копья уже перелетали через ряд щитовиков и не позволяли лучникам нордлингов спокойно выбирать свои цели. И вот уже передний ряд атакуюших прорвался к укрывшимся за щитами. Тут же выяснилось, что мечи нордлингов, немного более длинные, чем топоры нападающих, дают своим хозяевам некоторое преимущество. Впрочем, оказалось, что и смуглокожие тоже умеют преподносить неприятные неожиданности.

Внезапно один из них, размахнувшись, метнул свой топор и попал им Эттингу в голову. Воин тут же стал оседать на землю, а несколько нападавших издав леденящий кровь вопль, устремились к бреши, образовавшейся в стене щитов. Турн бросил лук на землю и, потянув из-за спины меч, хотел уже рвануться им навстречу, но резкий окрик Гвенблэя остановил его. Вместо этого из-за спины Турна выскочили Мьюндэль и Даргин. Первый подхватил под руки упавшего Эттинга и потащил его за спины лучников, а другой, прыгнув в образовавшийся проем, первым же ударом огрел не в меру ретивого смуглокожего воина мечом по голове, а вторым ударом сильным пинком в живот отправил его же под ноги набегающим.

Атака захлебнулась, и нападающих вновь вынудили отойти на приличное отдаление, оставляя пятерых человек в прибрежной траве. И еще семеро смуглокожих отошли в задние ряды, зажимая легкие раны.

— Как наши дела? — хрипло дыша, спросил Гвенблэй, ни к кому конкретно не обращаясь.

Оказалось, что Эттинг в относительном порядке, удар пришелся вскользь, да и шлем выдержал. У Фейлара топор вражеского воина прорубил щит и рассек до кости руку, а у Даньги метательным копьем порвало мышцы на плече. Убитых, слава Доннеру, не было.

— Что у нас со стрелами? — последовал следующий вопрос.

— Не густо, на следующую подобную атаку не хватит, — мрачно отозвался Эйлим.

— А у них, что лучников вообще не было? — спросил кто-то из воинов.

— Было. Четверо, кажется. Там где-то, в поле остались, — коротко ответил Даргин.

— Что ж, в следующий раз нас луки не выручат. Лучников теперь, пожалуй, хватит двух, остальные берите щиты и становитесь в общий строй. И надо придумать что-нибудь другое, — Гвенблэй, прищурившись, посмотрел в сторону противника, — Ну, поскольку клин клином вышибают, сделаем, пожалуй, так…

И он стал объяснять свою задумку.

— Всем внимание! Они опять пошли! — вновь раздался окрик Гвенблэя, впрочем, на этот раз все и так были настороже, — Турн, целимся точнее, не трать оставшиеся стрелы задаром! — добавил он.

Незваные гости опять избрали ту же тактику нападения, что и до этого. При этом они явно были рады тому, что стрел на них сыплется гораздо меньше.

— Так, хорошо! Стоим, ребятки! Ждем. Еще… еще… — Приговаривал Гвенблэй, наблюдая за набегающими все ближе и ближе воинами.

Тем временем первый ряд клина атакующих, издающих так любимые ими боевые завывания, сблизился до расстояния в пять шагов.

— Давай!!! — во весь голос заорал Гвенблэй.

— Ха-а-а! — с дружным яростным воплем, из строя щитовиков вырвались Бельгемир и Фрэккинг, стоявшие до этого рядом друг с другом.

В два прыжка они достигли атакующих и с ходу смяли передних из них, а затем стали прорубаться к «пернатому» вождю. Следом за ними, отставая на пару шагов, следовали Мьюндэль и Даргин. Они еще больше расширяли проход, образовывающийся за двумя смельчаками.

Заметив, что битва приняла неожиданный поворот, задние ряды смуглокожих перестали метать свои копья и, взявшись за топоры, стали обтекать с двух сторон застопорившийся клин своих соратников, что бы отрезать четверку нордлингов от основного строя. Увидев это, Гвенблэй выдвинул им навстречу оба фланга щитовиков, и две волны бойцов сшиблись в ближнем бою.

Тем временем до вождя нападавших оставалось совсем немного, но отчаянный бросок четырех нордлингов увяз в не менее отчаянном сопротивлении их противников, уже оправившихся от неожиданности и начавших сжимать небольшой клин, врезавшийся в их ряды.

— Сигги!!! Давай! Немедленно!!! — вновь заорал Гвенблэй, с ожесточением продолжая выпускать стрелы.

— Ы-а-а-у-у!!! — с диким ревом, достойным самого безумного берсерка, Сигги, до этого державшийся позади всех, бросился вперед и, крутя над головой секиру, рванул к «оперенному» смуглокожему воину.

— Хо! — вырвался у Турна возглас изумления, когда Сигги, останавливаясь на мгновение, одним ударом проломил щит, а за одно и череп одному из воинов, бросившихся ему на перерез, а потом, отбив секирой топор, брошенный в него другим противником, продолжил прорываться к своей цели, — Не остановят! — с внутренним ликованием подумал он.

Но вражеский вождь, увидев рвущегося к нему противника, почему-то не выказал особого замешательства или растерянности. Вместо этого он с хладнокровием, достойным уважения, сунул свой топор в петлю на поясе и повернулся лицом к приближающемуся Сигги. Подняв руки к небу, он выкрикнул несколько гортанных слов, а после этого свел руки перед собой, как будто что-то сгребал в комок, и с резким яростным криком выкинул этот комок в сторону Сигги.

Высокий рыжеволосый нордлинг тут же переломился в поясе, словно кто-то огромным кулаком изо всех сил саданул ему под ребра. Зашатавшись, он схватился за живот и выронил свое оружие, а его противник с прежней невозмутимостью потянул свой топор из поясной петли, явно намереваясь навсегда покончить с возникшей угрозой.

— Сто-о-о-й! — отчаянно закричал Турн и опрометью бросился к Сигги, бросая лук и на бегу выхватывая меч.

Холодный пот прошиб его от осознания того, что сейчас может произойти, и что он никак не успевает этому помешать. «Пернатый» вождь поднял голову и холодно оглядел бегущего к нему с мечом ярла. Внезапно в его глазах проскользнула какая-то тень толи сомнения, толи неуверенности. Он опустил руку с топором и поднял другую ладонью в сторону Турна, как бы призывая остановиться, одновременно отступая на пару шагов от Сигги. При этом он выкрикнул несколько команд своим людям, и те неожиданно прекратили сражение, отступая на несколько шагов от нордлингов, но по-прежнему внимательно наблюдая за каждым их движением.

Вождь же их, внимательно разглядывая Турна тоже остановившегося в свою очередь, принялся что-то настойчиво спрашивать у него, указывая рукой куда-то в сторону моря и часто вставляя фразу:

— Уль Вотан?

Турн, абсолютно не понимая, что у него спрашивают, оглянулся и поискал глазами Гвенблэя. Тот, оказалось, уже стоял в нескольких шагах позади, но на вопросительные взгляды Турна лишь пожал плечами и сказал:

— Ярл, моя задача — бой, а тут уже какие-то переговоры начались. Так что теперь дело за тобой.

— Еще бы знать, в чем дело, — хмыкнул Турн, снова поворачиваясь к ожидающему ответа вождю.

Он уже хотел было развести руками и дать понять вождю, что никак не поймет, чего тот хочет добиться, но в этот момент откуда-то сзади раздался громкий женский голос. Это «дичь», которую притащил Сигги, самым наглым образом распихивая воинов пробиралась к месту где напротив друг друга стояли вождь смуглокожих бойцов и Турн. Добравшись до ярла и встав около него, она принялась так же громко что-то доказывать «пернатому» махая то в сторону неба, то в сторону моря рукой с зажатым в ней кинжалом и тоже постоянно поминая какого-то «Вотана».