— Эй! Сигги! Мьюндэль и Даргин пойдут с вами! — крикнул он своему рыжему товарищу. И добавил негромко, — Так, на всякий случай. А то ты у нас известный баламут, еще и в этих землях умудришься во что-нибудь вляпаться.
Впрочем, Сигги все равно услышал и состроил в ответ гримасу оскорбленной добродетели. Стоявшие поблизости воины посмеялись и стали расходиться, принимаясь за починку корабля, сбор дров и разведение огня. Решено было остаток дня и ночь провести на твердой земле.
Мьюндэль и Даргин быстро облачились в проклепанные кожаные доспехи и, повесив щиты за спины, присоединились к охотникам. Покончив со сборами, пятерка, пробираясь сквозь траву доходящую до пояса, двинулась к темневшей в отдалении границе леса.
Вскоре на берегу, стреляя искрами, уже плясал небольшой костерок. Турн сидел возле него и задумчиво смотрел на пламя, тянущее вверх яркие рыжие языки.
— О чем загрустил, ярл? — подходя к костру и сбрасывая с плеч вязанку хвороста спросил Гвенблэй.
— Пытаюсь понять, что же делать дальше. Друид Ордан говорил, что кто-то здесь очень ждет нас. Но вот уже сколько дней мы плывем вдоль берегов, но даже признаков людских поселений нигде не видно, — рассеянно переломив и бросив в костер веточку, которую крутил в руках, Турн продолжил, — Мне вот что пришло в голову. А что если здешние люди вообще не селятся вблизи побережья? Как же мы их тогда найдем, а?
— Я думаю, мы их все равно найдем. Ведь мы пришли сюда не просто так, а по воле богов. И они должны нам помочь, — раздался сзади голос Брэгги.
Скальд тоже притащил свою вязанку и уже уселся на нее верхом. Затем с чувством выполненного долга он достал из-за пазухи свою дудочку и принялся наигрывать какой-то незамысловатый мотив.
— И почему я не скальд, — с внезапной горечью подумал Турн, глядя на Брэгги, которому уже не было дела ни до чего, кроме его музыки, — Пиликал бы сейчас в свое удовольствие. А голова бы у других болела…
— Не тревожься понапрасну, Турн. Вот вернутся наши с охоты, может, какие следы встретят, — и Гвенблэй уселся с другой стороны костра.
— Ну и жара все-таки в этих местах, — с недовольным ворчанием добавил он, стягивая с себя безрукавку и заваливаясь на спину.
— Да уж, все здесь по-другому. Берега пологие, никаких тебе утесов и фьордов. Ни сосен, ни елей. Неизвестно еще, водиться ли в этом чахлом лесу хоть что-нибудь съедобное… — тоже ложась на спину возле костра, не отказал себе в удовольствии поворчать Турн.
— И только облака такие же, как дома, — немного помолчав, подумал он.
Хорошо было так лежать, ни о чем не думая и глядя в небо. Брэгги не переставая все наигрывал какие-то простенькие мотивы и легко было представить что ты никуда не уплывал, а лежишь где-нибудь на вершине утеса в окрестностях родного городища. И что вот сейчас Брэгги закончит играть, и ты встанешь и пойдешь к себе домой…
— К оружию!
Резкий крик заставил всех вскочить на ноги и обратить взгляды на Бельгемира, чья очередь была стоять в карауле.
— Надо же, задремать успел, — встрепенувшись, подумал Турн.
Крик караульного вдребезги разнес сладкие видения родной стороны, как тяжелый булыжник разбивает тонкий осенний ледок на речках. И было даже немного жаль. Но, мотнув головой и разогнав остатки дремы, Турн побежал к Бельгемиру и уже стоящему рядом с ним Гвенблэю.
Тот не отрываясь смотрел в сторону леса и при приближении Турна рукой указал ему направление. А там, около леса, творилось что-то действительно странное.
Пятерка, ушедшая на охоту, со всей возможной скоростью пробираясь через травяные заросли, бежала к своим. Впрочем, они не неслись в панике сломя голову. Нет, они слаженно отступали. Впереди бежал Сигги, и видно было, что бежать ему тяжело, и что он что-то тащит на плечах, но что, пока разобрать было невозможно. Сзади него, шагах в двадцати, разбившись подвое, отходили остальные четверо. Каждый лучник был в паре с вооруженным воином. Сначала одна пара занимала оборонительную позицию и лучник, прикрываемый воином со щитом, принимался обстреливать каких-то людей преследовавших отступающих. Затем, когда другая пара занимала позицию шагах в десяти позади первой и в свою очередь принималась за оборону, первые двое отступали за спины своих товарищей. Так постепенно пятерка охотников приближалась к расположившимся на берегу нордлингам.
— Хорошо отходят. Молодцы, однако, — тихо пробормотал Гвенблэй.
— Да, хорошо… Ты как в гадательную чашу друида глядел. Не пойди они впятером, сейчас бы отходили вовсе не так хорошо, — ответил Турн и закричал оборачиваясь к своим воинам, — К обороне!
Слава богам, никто не терял времени даром, и почти все уже успели вооружиться. Турн тоже надел свой доспех и повесил меч в ножнах за спину.
— Ярл, дай я покомандую, у меня все-таки опыта побольше, — опять негромко сказал Гвенблэй.
Турн глянул ему в глаза и коротко кивнул.
— Так, семеро со щитами встали полукругом спиной к берегу. Я, Турн и скальд встанем с луками внутри. Все колчаны давайте нам. Остальным особо не геройствовать и без нужды вперед не лезть. Для начала будете просто прикрывать нас от их стрел, или что там у них будет. А мы постараемся выбить у них побольше народу пока не успели сойтись на мечах, — сразу принялся за дело Гвенблэй.
Воины быстро выстроились и теперь напряженно ожидали приближения своих товарищей и их преследователей.
— Похоже, Сигги человека тащит, — внезапно сказал Брэгги.
Чуть погодя Гвенблэй ахнул и воскликнул:
— Человека! Бабу он тащит! Вот рыжий змей, не спели приплыть, а он уже местных баб ворует!
Вскоре можно было уже лучше разглядеть преследовавших нордлингов людей. Было их около тридцати, черноволосых и смуглых кожей, даже с какой-то краснотой. Вооружены они были короткими легкими копьями, которых имели по пучку в своеобразных колчанах за спинами и кои метали в преследуемых. Кроме того, у каждого был легкий прямоугольный щит и либо шипастая булава, либо небольшой боевой топор с двумя лезвиями, располагавшимися противоположно друг другу и с острым шипом на оголовке. Защитных доспехов, как таковых, на них не было, если конечно своеобразные разукрашенные кожаные безрукавки не являлись каким-нибудь видом легкой брони.
Пятеро горе-охотников припустили напоследок изо всех сил, проскочив между щитами своих товарищей, вбежали внутрь полукруга и, переводя дыхание, попадали на землю позади лучников.
— Сомкнуть щиты! — заорал Гвенблэй, одновременно принимаясь выпускать стрелу за стрелой в незваных гостей.
Турн и Брэгги последовали его примеру и вынудили смуглокожих прекратить атаку и отступить.
— Надо отдать им должное, умудрились обойтись только двумя ранеными. Однако более легкое вооружение дает им выигрыш в скорости и маневре. Хотя и щиты у них не такие хлипкие, как кажется на первый взгляд, — натянув тетиву и, наблюдая за перемещениями атакующих, думал Турн.
Остановившись на некотором отдалении, те рассыпались цепью и теперь принялись метать свои копья в воинов, укрывшихся за щитами. Впрочем, это не принесло нападавшим особого успеха. Стрелы нордлингов летели дальше и не давали приблизиться для удачных бросков, и хоть некоторые из копий попадали в щиты, пробить их они уже не могли.
Вскоре один из смуглокожих воинов, вооруженный только одним топором и в необычного вида кожаном шлеме, украшенном разноцветными перьями какой-то птицы, видя безрезультатность действий своих соратников, дал им знак остановиться.
Пользуясь передышкой, Турн решил прояснить ситуацию:
— Сигги, тебя вроде на охоту посылали? А ты что притащил?
— Дичь, — все еще с трудом дыша, ответил рыжеволосый.
— Дичь?! Сиги, ты что ополоумел? Какую дичь? Это же женщина… — недоуменно переспросил Турн.
— Их дичь, — мотнул головой в сторону нападавших Сигги, — Они на нее охотились.
— Охотились? Ты ничего не напутал?
— Нет. Они ее гнали и выгнали прямо на нас. То есть сначала она на меня выскочила. А за ней следом выскочил какой-то мужик с топором, из этих, и с ходу на меня, — постепенно восстанавливая дыхание, говорил Сигги, — Ну, я ему быстренько брюхо и вспорол. А оказалось, что он не один, и за ним остальные с двух сторон посыпались. Ну, тут уж нам пришлось убегать.