Темная материя,подумал он. Это ненадолго.

— Ты просто мысли мои читаешь, дружище Артур, — заявил Форд. — Я вообще-то не слишком люблю питаться разумными существами, но эти ребята такие настойчивые…

Бурая корова подняла переднюю ногу и подтолкнула Артура с Фордом в направлении топившейся дровами жаровни.

— И как вам, сэр, приготовить стейк? А вам, сэр?

— С кровью, — отозвался Форд. — Настолько сырой, чтобы его смог оживить ветеринар с дефибриллятором.

— Думаю, мне средней прожарки.

Корова достала откуда-то салфетку и накинула ее на согнутую переднюю ногу.

— Отлично. А вино?

Артур не имел ни малейшего представления о том, как обстоят на этой планете дела с винами. Сомнительно, чтобы у них успели вызреть хорошие винтажные сорта.

— На ваше усмотрение.

Гавбеггер ощущал себя несколько неуютно в окружении остальных коров. Как-то никогда он не питал особых симпатий к говорящим четвероногим. Это была фобия, с которой он боролся с переменным успехом.

— А ну, зверюшки, отойдите-ка подальше, пока я не поджарил вас своим бластером.

— Ну наконец-то! — вскричала одна из коров.

— На максимальной мощности, можно? — взмолилась другая.

Триллиан взяла Гавбеггера за руку.

— Я знаю этот вид. Они хотят, чтобы их съели.

— Я их не собираюсь есть. Но застрелить могу.

В Рэндом все еще бурлили эмоции недавнего перелета.

— Почему бы вам не перестрелять их всех, а, пришелец? Продемонстрируйте моей мамочке, кто вы есть на самом деле.

Гавбеггер ощутил, как сжимает его руку Триллиан, и волнение его немного отпустило. Он посмотрел на нее.

Как такое случилось? Как вам это удается?

Как уже говорилось выше, Вселенная питает отвращение к нежным чувствам и не допускает, чтобы они затягивались надолго, так что каждый полный любви взгляд уравновешивается где-нибудь в недрах космоса адекватной дозой грубости. А иногда и неадекватной.

Необходимое пояснение.Тяверик Гавбеггер — или, как описывает его энциклопедия H2G2, «зеленый чувак на крутом корабле, который шляется повсюду и оскорбляет людей», — к описываемому моменту пережил в реальном пространстве три полных нежности мгновения с Триллиан Астрой — или, как назвал ее журнал «Ого-Го», «везучей красоткой, отловившей ловца». И за каждое из этих мгновений поплатился во Вселенной какой-либо невезучий тип. Глэма Фоддера, чиновника из отдела городского планирования с Альфы Центавра, укусила за палец карликовая полевка, забравшаяся в его пакет для ленча из-за того, что поставщик пакетов поменял фирменный цвет своей продукции. Урсула Дифер, консультант по вопросам семьи и брака со сверхгорячей системы Гастромили, испытала приступ леденящего ужаса, когда назначенная на 15.00 семейная пара оказалась ее собственными сыном и дочерью, которых она бросила в молодости. Морти Гримм, солист модной группы «Видимая часть спектра» с Хуулуувуу, долго еще лечился у психотерапевта после того, как техник-осветитель навел на него прожектор, залитый по ошибке синим гелем.

Впрочем, этот полный нежности момент был прерван появлением колонны тележек для гольфа. Возможно, появление это вышло бы еще эффектнее, сумей головная тележка сокрушить запертые ворота, не запутавшись в проволоке и щепках.

Обращавшаяся к Артуру корова презрительно сплюнула жвачку.

— Зануды. И такие люди здесь у власти.

— Вегетарианцы? — предположил Артур.

— Нет. Они любят свиней. Просто обожают свинину. Но нас, несчастных коров, почему-то в меню не вставляют. Так что хвала Господу, сэр, что вы прилетели. Хвала Господу!

Из обломков изгороди и тележки выбрался Асид Префлюкс.

— Эй, Артур! — окликнул Форд. — Что получится, если скрестить изгородь с тележкой для гольфа?

Артур так и не успел ответить на этот несколько неожиданный вопрос, потому что как раз в это мгновение их окружила толпа сыромантов.

— Прочь от жаровни! — пронзительным голосом скомандовал Асид. — Эти коровы нужны нам самим.

— Давай я их отвлеку, — прошипел Форд на ухо Артуру. — А ты пока веди Буренку к жаровне.

— Позвольте возразить, — возмутилась подслушавшая это корова. — Видите ли, нас не всех зовут Буренками. Точнее говоря, в просвещенных кругах имя «Буренка» практически не котируется. В этом сезоне популярны Трисджем и Поллигрина.

Асид протолкался сквозь стадо и остановился, запыхавшийся и слегка помятый, перед путешественниками.

— Кто тут у вас старший? — поинтересовался он.

Гавбеггер, стараясь не прикасаться ни к чему жующему или шумно дышащему, сделал шаг вперед.

— Наверное, я. Я Тяверик Гавбеггер, капитан этого корабля.

— Какого еще корабля? Не вижу никакого корабля.

— Он просто замаскирован, недоумок прыщавый.

Асид вспыхнул.

— Что? Да как вы смеете?

— Вот теперь все как положено, — успокоенно кивнул Гавбеггер. — Потрясение, злость… Хорошее напоминание о том, почему я занимался этой работой.

— Занимались? — переспросила Триллиан.

Гавбеггер уставился на свои ботинки — все еще относительно чистые.

— В последнее время это мне разонравилось.

По мере того, как подтягивались остальные колонисты, Асид смелел.

— Пардон, что вмешиваюсь в ваши нежные отношения…

(На борту круизного лайнера, пролетавшего мимо звезды Барнарда, судовой врач чихнул и вогнал себе в коленку шприц. Следующие два дня коленка, несмотря на все ее протесты, провела на жесткой водной диете.)

— …но чего вам здесь нужно, Гавбеггер?

— Я привез вот этих землян к их сородичам, а сам я собирался оскорбить всех здешних жителей, но, думаю, не стоит и стараться.

Асид немного воспрянул духом.

— Эти люди — наши сородичи? Тоже сыроманты?

Гавбеггер потрясенно почесал подбородок.

— Сыроманты? Так вы, ребята, сыроманты? Ушам своим не верю!

Воодушевление Асида снова упало ниже плинтуса.

— Можете дальше не говорить: вы не верите в Сыр. Вы считаете, что все это только у меня в голове.

— Да нет. Я действительно знаком с Сыром. Правда, со стариной Сырищем не видался уже, кажется, целую вечность.

Префлюкс пал на колени. Что-то с шумом всхлюпнуло, другое что-то фыркнуло.

— В-вы знакомы с Сыром? Вы находились в Его высочайшем присутствии?

— Высочайшем? Кто это вам такое сказал?

— Господин Сыр… сам… в моих видениях.

Гавбеггер кивнул.

— Значит, все еще любит фантазировать. Есть вещи, которые никогда не меняются. Найдет пустую башку и забирается туда — старина Сырище всегда придерживается этой тактики. Мы с ним любопытно познакомились: черт знает сколько времени назад я нанял Сырищу, чтобы он меня убил. Он пытался сделать это с помощью черпака или чего-то в этом роде. Разумеется, ничего не получилось, зато с тех пор у меня хроническая нетерпимость к лактозе.

— Это вы навлекли на нас Ана-Фету?

— Ана-Фету? Бред какой. Вы серьезно? Нет. Ну, правда: как вы можете надеяться, что над вами не будут смеяться, с такими-то теологическими терминами? Но если вы имеете в виду большой круг сыра над соседним поселком, боюсь, что это просто космический корабль, возвращающийся из невероятностного пространства.

— А не Ана-Фета?

— Полагаю, нет. По правде говоря, старина Сырище, может, и бог, но по части явлений не мастак. Последнее, что я о нем слышал — это что он готовился к экзаменам на божество среднего разряда, но, судя по тому, что нигде здесь не развешаны календари и постеры со Святым Сыром, похоже, он их провалил.

— Мне тоже так кажется, — заявила одна из коров. — Он лузер, такой же, как ты, Префлюкс.

— Заткнись, корова, или да поможет мне…

Корова снова сплюнула жвачку.

— И что ты сделаешь? Уж не съешь ли?

— О! Вот это верно! Не буду есть ни тебя, ни кого из твоей родни. Где бы ни прятались — найду и ни кусочка не съем!

Корова пришла в ужас.

— Я еще с тобой разберусь, Префлюкс, — пообещала она.

У Асида в кармане заверещал мобильник, и он коротко переговорил с кем-то, оглядываясь на темневший в зелени туннель.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: