— Здравствуйте, — от нервозности голос дрогнул, и приветствие получилось каким-то смазанным.

— Доброго, — он оглянулся по сторонам, а затем спросил: — Вы тут одна?

— Да-да, одна. И вовсе не по работе, — улыбнулась, но кавалер не догонял. Конец сигареты догорал во рту, а он перебрасывал его с одной стороны в другую. — Вы меня не узнаете? — Чикотиллин непонятливо уставился на мое лицо. В свете дневного солнца оно должно было неплохо смотреться. Я посмела снять кепку. — А так?

— Романа? — недоверчиво, почти шепотом уточнил господин милицейский.

— Да-да, но только прошу вас, не арестовывайте меня, я к смерти Несмирной не имею ни какого отношения! — в порыве схватилась за руку высоченного «красавчика» и попросту повисла на ней, опустив голову. Бычок выпал изо рта стража порядка, и угодил прямо на каштановую макушку. От неприятных ощущений ойкнула, стала махать обеими руками в воздухе, затем остановилась, посмотрела на непроницаемое лицо Чикотиллина, а через мгновение мы на пару залились звонким смехом с элементами похрюкивания и покрякивания.

— Не пентхаус, конечно, но все же — Михаил носился по квартире, собирая разбросанные вещи. Я же смущенно стояла в коридоре, не зная, как себя вести. — Вы проходите-проходите. Можете сразу на кухню! В остальных комнатах не убрано.

Поспешила последовать совету начальника и, сняв с ног кеды, просеменила на кухню. Узкий коридорчик привел аккурат к цели. У белого холодильника, обвешанного различными магнитиками, застала кошачью миску. Выходило, Чикотиллин — кошатник. Я тоже лелеяла кошачий прайд.

— Поставьте чайник, пожалуйста, — раздалось из-за стенки.

Я посмотрела на электрическую плиту двадцатилетней давности, заприметила заляпанные жиром конфорки, немытые тарелки в раковине. Холостяк — промчалась мысль в голове. Определенно точно. Причем, судя по общей атмосфере, царившей в этой квартире, а в расчет могла брать только кухню, женщин тут давненько не бывало. Я отыскала взглядом чайник и, встав со стула, наполнила его водой из-под крана.

— Сделано! — выкрикнула я и тут же добавила: — Ой! Это еще что такое?

— Что вы говорите? — любезный тон хозяина послышался вновь где-то неподалеку.

Кошачье дерьмо! Вот что! От ужаса впала в оцепенение. Носок, некогда белый и праздничный, теперь погрузился в мягкую теплую консистенцию, пахнущую отнюдь не французскими ароматами. От злости почти закипела. Вот так гости! Наклонилась к полу, от вдыхания смрада почти стошнило, стянула испорченный носок и выбросила его через открытое окно. Благо тот кот-проказник не попался под горячую руку. Так бы полетел на пару с испорченной вещью. Стянув для симметрии и второй носок, присела на стул, в этот раз тщательно осматриваясь по сторонам, чтобы не допустить прежней ошибки. Но вблизи мин не значилось.

— Как вы устроились? — Михаил переоделся в домашнюю одежду — майку с надписью «Динамо-чемпион» и шорты, некогда бывшие обычными штанами. Странное лицо участливо смотрело на гостью, я же надеялась на понимание со стороны господина начальника. Он был единственным шансом на реабилитацию.

— Благодарю, неплохо, — непроизвольно кинула взор на форточку, но затем мило улыбнулась. — Помните, еще в машине я вам говорила, что у меня к вам серьезное дело?

— Э…. А это было до того или после, как вы рассказывали про карту с тремя крестами? Возможно, история, поведанная с вашей точки зрения, немного обескуражили меня, — Чикотиллин покашлял, посмотрел на чайник, который и не думал закипать, а затем вновь перевел взгляд на гостью. — Так что за дело?

— Дело, — подытожила я. — В свете последних событий и, учитывая тот факт, что кроме вас помощников более у меня нет, — бросила толику грусти на хозяина квартиры. — То вверяю свою судьбу именно вам!

— Кхе — кхе, — подавился слюной честолюбивый герой. — Что это означает? Вы хотите сдаться властям или же нечто иное?

— Ну, почти. Понимаете, я подобралась очень близко к разгадке этого преступления, — зловеще произнесла я, полагая, что выбранный тон мог как-то посодействовать задумке.

— Какого именно? Ну, попытки убийства Несмирной или отравление господина Мартынова? — чайник как раз пустил мощную струю пара в воздух. Господин Чикотиллин подскочил и стал разливать по чашкам кипяток.

— Все преступления. Все сразу! — облизнула губы от перевозбуждения, следя за действиями высоченного милиционера. — Я уже говорила, интуиция подвела к тому, что все события, в том числе и десятилетней давности взаимосвязаны. Одно вытекает из другого. За убийством Хорикова, по — видимому, стоят его соучредители. Пока не доказуемо, но также и не опровергнуто. Мной, по крайней мере. Цифры говорят э… точнее, разум не может не брать в расчет мелкие обстоятельства, которые проскользнули мимо глаз милиции. Нарисованная карта ведет нас к тому, что вырытые могилы это кара настоящим преступникам за содеянное. Мартынов, Петров и Романов, те, кто остались к данному часу живы и здоровы, — вот они претенденты на фамильный склеп. Одну могилу мы, э… — не стала упоминать вслух имени предателя, а только кивнула головой в сторону и продолжила, — отыскали. «Курган Мартынова». Две остальные — вопрос времени. Полагаю, это будут — «Гроб Романова» и «Захоронение Петрова»! Нечто в этом роде. Осталось только узнать, кто решил чинить возмездие!

Горячий напиток появился перед самым носом. Вскоре и Михаил присел рядом, ставя на стол плетеную корзинку с вафлями и сухарями.

— Больше ничего из сладенького нет, гости не часто заходят на чай, — Чикотиллин подтолкнул корзинку поближе ко мне, я же не смела отказать, тем более что желудок требовал наполнения. — Очень занимательный рассказ, Романа Яковлевна.

— Романа или же просто Рома.

— Романа, — Михаил сам взял сухарь и закинул его за щеку. — Но как вы представляете себе поиски того человека, который запутал такое дело? Вырыл могилы, составил карты, разослал их по адресатам. Это не одного дня работа. На это понадобилось время. Может, даже не один месяц.

— Убийца вынашивал план не один год. Просто подбирал нужный момент. Смотрите, господин Хориков пропал в далеком одна тысяча девятьсот девяносто пятом году. Тело нашла некая женщина в августе две тысячи седьмого. Возможно, уже тогда, когда тело всплыло на поверхность, наш претендент на роль инквизитора задумал месть. Но ответить на вопрос, почему воплощение задуманного произошло именно сейчас, пока не в состоянии, — откусила еще кусок вафли, раскрошив немного на стол.

— Может, тут есть толика здравого смысла, — Чикотиллин задумался. Лысеющая голова напряглась, лоб сморщился, глаза сузились. По рефлекторным движениям можно было судить о глубинном мыслительном процессе, происходящем в умной голове сыщика. — А что от меня требуется? Допустим, если я приму ваше предложение. Хотя оно и кажется сомнительным.

— Вы все же представитель, официальный представитель порядка. Вы в праве и осудить и защитить. Так? — он кивнул. — Мне от вас нужно второе. По плану, разработанному накануне ночью, мы с вами отправимся на место, где было найдено тело господина Хорикова, неподалеку находится деревня «Колково», скорее всего, та дама, что отыскала крест в лесу, проживает именно там. Она владеет большей информацией, чем поведала прессе. Нутром чую.

— Это все ладненько, но как мы найдем конкретно эту женщину, деревень в округе может быть десятки, а то и более. Надо списки населения, приезжих, коренных.

— Ничего не надо, Михаил. Непутевую будем искать немного другим методом, — закинула недоеденный кусок вафли и стала с жадностью чавкать предложенным завтраком.

Приняв прохладный душ и выкурив несколько сигарет на незастекленном балконе, была в готовности номер один. Господин Чикотиллин позвонил на службу, доложив, что ночное дежурство прошло без проблем, тоже принял душ и вместо обычного костюма, в котором встретила его еще в первый раз, примерил широкие шорты и рубашку с коротким рукавом в стиле Ямайка. Худощавое тело потерялось в габаритной одежде, но лицо несимпатичного ловеласа стало выглядеть светлее и дружелюбнее. На немые вопрошание «Ну, как, мне идет?», одобрительно кивнула, а затем скрылась в комнате и достала из сумочки несколько купюр наличности. Деньги уж точно не помешали.