— Романа, притормозите в ваших заблуждениях! — попытка была скудная, потому как злость раздирала нутро напополам.

— Нет, уважьте! — раскинув тощие руки по сторонам, продолжила тираду. — Вы меня не успокаивайте! Столько всего накинулось на меня одну, что сил утихомириться, просто нет! Вы меня слышите?! — так как орала прямо на ухо напарнику, сомнений в ответе быть не могло. — Он бросил меня, избавился, как от балласта, болтающегося позади! Теперь, надеюсь, он счастлив? Хотя можете не отвечать! Видела своими глазами!

— Что вы видели? — Volvo с трудом тянулось на третьей передаче.

— Их видела! В месте! Не отвлекайте меня! — вспылила на ходу, уже позабыв, о чем говорила минутой ранее.

— Я бы рад, но хочу вставить, что Олег никогда более не воссоединиться с Дианой.

— Правда? — злость тут же улетучилась, и я с надеждой посмотрела в безмятежные глаза Михаила.

— В этом я уверен, — такого ответа было недостаточно для возмущенного ума, поэтому Чикотиллину пришлось продолжить. — Олег и Диана развелись пару лет назад, прочем через пару месяцев после свадьбы, — я вся превратилась в слух. — Олег тогда был молодым специалистом, и доход его составлял лишь официальный заработок.

О, у киллера есть халтуры?

— В то время как у брата был собственный раскрученный бизнес, который предполагал красивую жизнь и роскошь. Мечты юной красавицы разбились о быт и нехватку наличности, без которой Диана не могла чувствовать себя королевой. Поэтому косые взгляды на неженатого богача вскоре привели девушку в постель к Виталию. Так они стали тайными любовниками, и так у Дианы появились шелка и меха. Поначалу Олег, словно не замечал обновок супруги. То ли сказалось состояние влюбленности, то ли аврал на рабочем месте.

Боже, лучше бы тот молчал про аврал!

— И тайное никогда бы не стало явным, так как обоих вполне устраивало положение вещей, если бы не одно но…

Машина затряслась, и я невольно оторвала очи от профиля Михаила. Под капотом определенно точно что-то происходило. Но тот, выкрикнув пару нелестных ругательств, прибавил газу и продолжил рассказ.

— Диана забеременела. Это стало настоящей катастрофой. Как признаться? Что делать? Но делать было нечего, так как живот рос под дорогими нарядами с каждым днем. Было принято решение сообщить недогадливому супругу об адюльтере. Я, как сейчас помню, тот день, — Михаил смахнул пот со лба. — Олег вначале рассмеялся, подумал, что шутка. Но пополневшая фигура жены была прямым доказательством истинности происходящего. Тогда он взбесился, бросился прочь из дома. Диана поспешила за ним, но тот уже выруливал по дороге к обидчику. Нашли Олега в ресторане у брата. Состоялась драка, при которой младший брат выбил старшему несколько передних зубов. Но на этом не остановился и стал громить ресторан. Его еле успокоили. Точнее, вывели под руки вон, преграждая путь обратно.

— И что было дальше? — от нетерпения вжалась в сидение, которое давным-давно взмокло под телом.

— Потом не было ничего хорошего. Олег сильно напился и полез на крышу десятиэтажного здания.

— Для чего? — пропищала я, рисуя в воображении несчастного возлюбленного, обманутого родным братом и супругой.

— Чтобы решить проблемы, — натянуто пояснил напарник, прикуривая сигарету. Мне тоже захотелось покурить, но я не могла пошевелить конечностями от рассказа, который стал истинным откровением для меня.

— Я так понимаю, что ему не удалось их решить, — на последнем слове на меня нашел кашель, поэтому Чикотиллин выдержал несколько мгновений для ответа.

— Нет, в последний момент его оттащили. Но последствия были необратимыми. Пришлось писать рапорт.

— При чем же тут рапорт? — недоуменно спросила пассажирка.

— Как при чем? Майор милиции не может так просто устроить дебош и остаться при погонах!

— Майор милиции? — вихрь воспоминаний одолел разум.

Вот она связь с Михаилом Чикотиллиным! Они были коллегами. Вот она нить, ведущая к наручниками. Вот они навыки следователя, которые были видны невооруженным глазом. Вот оно все, лежащее на гладкой поверхности истины. Только глаза мои все время были устремлены в самую глубь, отчего ослепли и не видели очевидного!

— Боже! До чего же я была глупа! — Михаил бросил едва заметный взгляд направо и улыбнулся. Его расчеты оказались верны.

— С вашего позволения я продолжу, — обессиленная всплывшей правдой, лишь покорно кивнула головой. — Итак, Олег написал рапорт и отправился домой. Однако по пути его остановил телефонный звонок. Звонил начальник. Попросил вернуться и приступить к служебным обязанностям. Олег не смел перечить, полагая, что произошла глупая ошибка, и по приезду в комитет его опять бы отправили домой. Но нет, ошибки не было. Олег вновь поступил на службу и инцидент мало-помалу забылся.

— Чудо какое-то… — зачарованно прошептала я.

— Не угадали, Романа, — Михаил выкинул бычок в окно. — Чудес в данном случае не было. Все уладилось благодаря пятидесяти тысячам условных единиц, которые явились откупом от всех лиц, кто помнил о произошедшем инциденте.

— Пятьдесят тысяч долларов?!

— Именно.

— Откуда же у бедного специалиста такая сумма?

— У бедного специалиста такой суммы и не было, а вот у его старшего брата…

— О! — вскрикнула я, складывая мозаику воедино. — Так получается, что Виталий помог брату, взамен на прощение?

— Что-то типа того.

— И Олег действительно простил предательство?

— Ну, этот вопрос лично ему не задавал. Однако через некоторое время он стал вновь общаться и с братом и с бывшей беременной супругой. Не знаю, какие чувства кипели внутри у моего дорогого друга, но на людях он держался со свойственным ему достоинством и хладнокровием. Словно и не было измены, не было любви, не было брака. Однажды он в сердцах поклялся, а это происходило при мне, что никогда вновь не полюбит, так это дело неблагодарное.

— Да уж…

— Но не переживайте так за него, думаю, что с этим делом покончено.

— В смысле?

— В прямом, — он многозначительно посмотрел прямо в очи. Я же по-прежнему не понимала, о чем шла речь. — Я же дал вам все подсказки!

— Ничего вы мне не давали! — возмутилась настырностью майора, который вновь прикуривал табак.

— С тех пор, как он закрыл дверцы своего сердца, прошло немало времени. Но теперь! Теперь они стали приоткрываться.

Поняв, наконец, намек напарника, отвернулась к боковому окну, таращась на проплывавшую природу. Краска залила районы щек и шеи. Стало невыносимо жарко и душно.

— Вижу, что дошло.

— Вы ошибаетесь, — тихо парировала я, слыша собственное сердцебиение.

— О, я никогда не ошибаюсь, Романа. Вы плохо меня знаете.

«Колково» было маленькое поселение, состоящее из трех десятков хат. Машину мы оставили у съезда на проселочную дорогу и дальше пошли пешком. Первым зданием на нашем пути стал местный клуб, закрытый на утреннее время. Дальше следовал сельский магазин. Туда мы и направились. Внутри было уютненько. Несколько стеллажей с одеждой — халаты, платья, вышедшие из моды лет сорок назад, резиновые сапоги сорок третьего размера, нижнее белье в виде панталон и еще некоторое тряпье. Дальше шла полка со свежим хлебом. К этому часу как раз завезли свежую партию, от которой вкусно пахло выпечкой. Стеллаж с рабочим инструментом и полка с детскими игрушками. За прилавком имелся скудный ассортимент алкогольной продукции, выставленный в ряд над головой продавщицы.

— Здравствуйте! — улыбнувшись, подошла к кассе. — Лейтенант Горемыкина к вашим услугам.

Женщина, что стояла в качестве обслуживающего персонала, опешила от напора посетительницы и удивленно приподняла тонко выщипанные брови. Чикотиллин сохранял непроницаемую маску на лице, так что распознать, о чем он думал в это миг, было практически невозможно. Но если вы, конечно, не являлись господином Цезаревичем. В идя смятение дамы, ткнула под бок напарника, лениво протягивая: