— Романа! — подняла голову кверху, стараясь определиться с направлением. РОМАНА!!! — юго-восток? Не дожидаясь следующего позыва, ринулась в самую гущу шелестящих стеблей, чертыхаясь по пути и сплевывая то, что успевало залетать в рот. Через несколько мгновений тело покрылось порезами, а волосы превратились в сбитый ком. На горизонте показался просвет, и я выдохнула, разбегаясь перед концом пути.

— Я уже иду! — последнее слово эхом пронеслось над кукурузным полем, разгоняя стаи ворон, решивших поживиться созревшими початками. Я же полетела в пропасть, едва успев скомбинировать тело, чтобы не разбиться при шлепке.

Не буду описывать всех прелестей нахождения на крышке настоящего гроба, также опущу тот ужас, который пережила, когда пришло осознание того места, куда угораздило упасть. Больно приземлившись, ударившись копчиком о днище ямы, не сразу нашлась. Зажмурила крепко глаза, ощупала тело, подвигала конечностями, затем принялась исследовать злачное место, похожее на нору или же туннель со стойким запахом сырости.

И каково же было искреннее удивление, обнаружив, что находилась в огромной могиле, а подле меня слегка колыхалась белая ленточка с надписью «Дорогому, А.В.П. Спи спокойно, милый друг. 0 8.09.1954». Я тут же прикинула числа — тройка и шестерка. Девятка. Магия получалась. Девятки преследовали дело о трех крестах по пятам. И мое личное число, между прочим, было тоже девяткой. Считалось, что люди, рожденные под этим числом, проживали последнюю жизнь на земле, поэтому они обладали необычайными способностями и навыками. Мои же навыки в настоящее время не позволяли даже выбраться из чужого могильника, руки не доставали до края земли.

— Михаил! Вытащите меня! Вытащите немедленно!

— Романа, о, Боже! — увидела встревоженную физиономию напарника на краю пропасти. — Как вы туда попали?

— Как-как? Вывалилась! — от страха сводило челюсти. Мимо глаз вертикально прополз червяк, затем еще один. Хорошо присмотревшись, поняла, что вся яма кишела насекомыми и ползающими тварями. Взвизгнув, подскочила на месте, пытаясь проявить те самые необычайные способности, дарованные при рождении. Но выбраться наружу не получалось. Я приземлилась вновь на крышку гроба, чертыхнулась, схватилась за голову и стала рыдать.

— Романа, вы в порядке?

— А вы как думаете?! — злость одолевала естество. — Вы можете просто меня вытащить? Большего я не прошу!

— Сейчас что-нибудь придумаю. Яма слишком глубокая. Руками до вас не дотянуться. А!

Голова напарника исчезла из виду, но вскоре появилась снова.

— Держите!

На голову приземлилась железная бляха. Бум!

— Эй! — взвыла от удара. — Что вы там удумали?!

— Простите! Хватайтесь за ремень. Лучше за железную пряжку. Я попытаюсь вас вытянуть.

Медлить я не стала. Несмотря на ушибленную макушку, схватилась за ремень, сжала губы и стала карабкаться как по горе наверх. Земля осыпалась под ногами, но я старалась как можно быстрее передвигаться. Почва вообще могла обвалиться и похоронить меня тут заживо.

— Ну, вот и все! — Чикотиллин, довольный проделанной работой, замотал ремень в клубок.

— Благодарю, — усиленно отряхивалась от кусков земли и грязи, придирчиво осматривая тело на наличие червяков и личинок. — Могила найдена.

— Да, точнее, обнаружена. Что там написано на белой ленте?

— «Дорогому А.В.П. Спи спокойно, милый друг. 0 8.09.1954», — присела на корточки, чтобы унять дрожь в ногах.

— АВП?

— Арсений Валерьянович Петров. И год рождения. Можно сигаретку?

Чикотиллин вынул пачку Астры и передал ее мне. Пытаясь скрыть брезгливость, взяла одну штуку. Засунула в рот. Привкус табака проник в сознание. Подкурив, и вовсе зашлась в кашле. Михаил отобрал недокуренную папироску, закинул ее себе в зубы, похлопал напарницу по спине, а затем задал вполне логичный вопрос:

— А вы заглядывали в гроб, который предназначался Мартынову? Может, там кто-то лежал?

— Да, нет. Олег приподнимал крышку. Трупа не было, — с трудом отходила от затяжки никотином.

Чикотиллин потоптался на месте, почесал руки, что-то прикидывая, изредка бросая взгляд на напарницу. Но мне было так плохо, что мыслительные процессы в голове приостановились. Хотелось воды. Следователь же проявлял хладнокровность, ведя расследование, впрочем, за этим мы и приехали. Он присел у края ямы, стал всматриваться вглубь. Я про себя подумала, что только ненормальный станет вот так таращиться на могилу. Что ж там интересного могло быть? Коричневая крышка, гладенькая поверхность которой просматривалась сверху. Белая лента и надпись. Последнюю уже озвучила. Больше нечего было обследовать. Червяки и мухи.

Внезапно Михаил заговорил, я даже подпрыгнула на месте, думая, что голос доносился из гроба.

— Что я вам скажу, дорогая Романа. По долгу службы, как вы понимаете, я неоднократно бывал в местах, где совершались преступления. Видел и тела жертв, и преступников, которые совершили зло. Видел столько, что иногда трудно заснуть по ночам. Но не это главное. Благодаря некоторым навыкам, часть из которых приобретена во время расследований, часть же относится к житейским, я вправе судить, по крайней мере, так считаю, о картине в общем, — на последнем слове помрачнела. Данное высказывание принадлежало господину Цезаревичу. Может, он давал подсказку, указывая тем самым на могильщика? Приподняла бровь и с опаской взглянула на серьезное лицо Михаила. Стараясь не думать о самом плохом, сделала над собой усилие и кивнула. — Так вот. Что я смог увидеть тут, что помогло бы в расследовании. Первое, то, что наш преступный элемент не торопился. Он приготовил вашу, как ее там? Вендетту, заранее. Если я правильно вспоминаю, кукурузу сеют в мае, значит, у него оставалось не так много времени для рытья ямы. Он продумал весь план от начала и до конца. Обыграл все возможные события и факты. Он каким-то образом убедился, что его Вендетта не пройдет стороной. Вот и мы с вами стали участниками его плана. Вы нашли меня, я нашел дорогу, и мы на месте! Правда, потрясающе! Выходит, что это плата, месть этим несчастным, — он указал рукой на надпись на ленточке, — которые чем-то провинились перед ним. Второе, преступник умен. У него хватаем ума и выдержки не просто убить ненавистников, размозжив им головы кирпичом или пустив пулю в лоб. Нет, он придумывает оригинальный способ убийства, запугивая своих жертв. Тем самым, имея власть над ними. Он посылает письма с весьма недвусмысленным текстом, позволяя немного надышаться перед расправой. В-третьих, могильщик богат. Это понятно, думаю. В-четвертых, у него есть связи и выходы на нужных людей. Иначе творить беспредел, вряд ли получилось бы. Тут же все на лицо. Три могилы, три жертвы, а дело до сих пор не завели. Кто-то из высших чинов ему помогает. И пятое. Личный мотив.

— Личный мотив… — тупо повторила, плохо слушая. Все внимание было приковано к внутренним размышлениям. Подозрения падали на сыщика, который имел и связи и возможности.

— Подождите, внутреннее чутье подсказывает мне посмотреть… — он отошел к яме, присел на корточки на несколько мгновений, потом вернулся заметно встревоженный. — Романа, нужно вызывать подкрепление.

— Что? — отошла от мыслей, чтобы вернуться в реалии. — Но я не могу! Меня схватят! А что случилось?!

— Могила не пуста.

Я похолодела.

— Что значит, не пуста? — ужас сковал тело.

— То и значит. Я решил проверить одну догадку, и она подтвердилась. Сами посмотрите, — он указал на место ямы. — Видите гроб? Около него слишком много живности. Она ползет внутрь деревянного ящика, словно там кто-то лежит. Понимаете?

— Кто лежит? — заикаясь, пролепетала я. Мрак ночи только усилил дрожь в теле.

— Мой ответ очевиден, но если вы настаиваете, то я озвучу. Внутри может находиться труп.

— Труп? — в небе погасла звезда. Украдкой посмотрела на крышку гроба, видневшегося с места моей дислокации, словно оттуда мог восстать мертвец.