– То же самое я могу сказать и тебе.

Они помолчали.

– Ир, ну я всё понимаю, ну я понимаю, что я для него просто развлечение, которое прошло. Но ведь можно было позвонить и по-хорошему попрощаться?

– А ты когда-нибудь пробовала?

– Что?

– Позвонить, и по-хорошему попрощаться. Это трудно, причинять человеку боль. Гораздо проще выключить телефон.

– Пожалуй, ты права.

– Ты когда-нибудь делала, так же как и он?

– Что делала?

– Да прекрати же ты, наконец, переспрашивать. Ты когда-нибудь избавлялась от мужчин игнором?

– Да.

– Ну вот, все мы когда-то кого-то мучаем. А потом это к нам возвращается.

Держись, Танька, боль не вечна, ВСЁ ПРОЙДЁТ.

– Ир, спасибо тебе, ты меня хоть немного успокоила, а то я сегодня на работу не пошла, позвонила, что заболела, и сына к тётке отправила…

«О боже, боже, боже!!!! Бедная Танька».

– Тань, ты сейчас ложись поспи, и думай о том, что завтра будет легче, хорошо?

– Спокойной ночи, Ира.

«Как тяжело успокаивать кого-то, когда у самой кошки скребут на душе»

– подумала Ирка.

Она выкурила ещё одну сигарету, уже четвёртую за день.

Она начала собираться на ужин.

Это был её последний ужин в Турции. Она решила собраться по полной программе и показать себя во всей красе. Впрочем, она лгала сама себе. Она надеялась, что ей позвонит Яшар, и они всё-таки проведут эту ночь вместе.

Начало подготовки к ужину – душ. Потом крема – отдельно для лица, для век, для шеи, для тела. Потом причёска. Она выпрямила волосы плойкой, затем сделала пробор крупным зигзагом, и слегка закрепила волосы лаком. Потом макияж. Конечно, стрелки. Сногсшибательно длинные, не выходящие из моды стрелки. И ярко красная помада. Она одела узкое золотистое платье с одним плечом, длиной чуть повыше колен. Это платье обалденно гармонировало с её загаром. И, конечно, босоножки на огромном каблуке. И любимые духи – «Секрет пустыни». Специально заказывала эти духи подруге, которая недавно была в Египте.

Ирка ещё раз оглядела себя в зеркале. «А ты ещё ничего, подруга, – подумала она – с этими стрелками прямо Клеопатра на современный лад».

Современная Клеопатра перекинула через плечо маленькую сумочку, и уверенно зашагала к лифту. Внизу собрался весь немногочисленный контингент отеля. Ресторан был ещё закрыт, и постояльцы оккупировали диванчики в холле у ресепшин, в ожидании, когда откроется заветная дверь. Дверь открылась в тот момент, когда появилась Ирка. И Ирка сразу от лифта походкой манекенщицы проследовала в ресторан. Сзади раздалось восхищённое: «Ох». Ирка так и не поняла, кто это сказал. Наверно, Николай Иванович. Николай Иванович тут же пристроился к Ирке за столик, а Ираклий Петрович уже тащил ей вино. Ирка сказала, что сегодня она будет пить водку, и Ираклий Петрович покорно побрёл в бар за водкой.

Ирка растрогалась: «Милые, милые, смешные старики» – с любовью подумала она. «Если бы я оставалась здесь ещё на неделю, я бы провела всё оставшееся время с вами». Впрочем, она опять лукавила – если бы она осталась здесь ещё на неделю, она бы подцепила себе очередного турка.

К ним присоединилась Людмила. Они вывалили на неё просто поток новостей. Во-первых, уехала Маргарита. Провожали днём всем отелем. Даже хозяин привстал с места, и слегка ей поклонился, когда важная Марго в платье с павлинами и с огромным чемоданом проследовала мимо него. Во вторых, Лилька порезала на пляже ногу, и сидит в номере. Конечно, с Олегом. Из номера слышали Лилькин смех. Они там пьют коньяк и не только пьют… А в третьих – Ирка не дослушала, что в третьих, так как над ней наклонился официант, и сказал, что её ждёт у ворот отеля молодой человек.

Яшар. Это Яшар. Он не стал звонить – он приехал. У неё будет ещё одна ночь любви. Ирка встала с места, и, не прощаясь со своей компанией, пошла к дверям. Когда она пересекала холл, она почти бежала. «Как хорошо, что я сегодня так тщательно собиралась – думала она – интуиция меня не подвела – Яшар всё-таки пришёл».

Она выскочила из ворот и остолбенела – машины Яшара нигде не было. За воротами вообще не было ни машин, ни людей. Ирка вертелась одна под фонарём, а вокруг только тишина и темнота. И шум моря вдали. «Что за глупые шутки» – подумала Ирка. Она резко развернулась на каблуках, и хотела уже идти обратно в отель, когда боковым зрением увидела фигуру человека, вышедшего на свет из тени кустов, обрамляющих дорожку к морю. Фигура показалась ей очень знакомой. И длинные, волнистые волосы тоже. Это был Алекс.

Следующее утро выдалось таким тёплым и солнечным… Следующее… Последнее утро Ирки в Турции. Удался ли её отпуск? Тогда, утром, стоя на балконе своего номера, она думала, что не удался. Ей было грустно. Она стояла и смотрела на море. На спокойное, ни единой рябиночки, зелёное море. Она хотела бы, что бы сегодня был дождь. Или сильный ветер. Но было тёплое, солнечное, почти летнее утро.

Вчера вечером ей так и не удалось поужинать. Алекс ни за что не захотел отпускать её обратно в отель. А она ни за что не захотела идти в ресторан. Они целый вечер гуляли по набережной. Они переговорили обо всём на свете. Впрочем, о чём можно говорить двум людям из различных миров? Алекс рассказывал о себе. Он был из очень бедной семьи, много детей, все младшие, он один работал. И то, только летом. На зиму он уезжал в свою деревню. Он был не образован, но очень стремился к хорошей жизни, нашёл работу и самостоятельно выучил русский язык. Впрочем, в этом ему помогали русские туристки, уж очень этот парень был очень хорош собой.

Периодически Алекс предлагал ей поехать в отель и заняться сексом. Она отказывалась. Она была трезва и непреклонна. Ирка про себя твёрдо решила, что у неё не будет больше секса с турками. И вообще, не будет больше случайного секса и мучительного самобичевания после. Хватит. Она деловая самодостаточная женщина, и если Алекс её хочет, то это его проблемы. Но объяснять Алексу, что это его проблемы пришлось до середины ночи.

В три ночи они стояли и прощались под фонарём у ворот отеля. Ирка уже держала свои босоножки в руках, (ноги-то не казённые), и просто валилась с ног от усталости, сказывалась дневная экскурсия. А Алекс держал её за руку, и сверху, (без каблуков Ирка была ниже его на пол головы), просительно заглядывал ей в глаза. Этот манящий взгляд из-под длинных ресниц она потом долго, долго будет вспоминать. Но она вырвала свою руку из его руки.

– Спокойной ночи – Ирка разворачивается, и медленно, опустив голову, бредёт в отель. Она очень, очень устала. У входа она ещё раз оглянулась, что бы посмотреть на Алекса. Он так и стоял с протянутой рукой, удивлённо глядя на неё. Алекс не ожидал отказа.

Это было вчера… А сегодня её последний день в Турции. Надо умудриться его прожить – не позвонить Яшару (и не сбегать к нему), не напиться и не расплакаться. В общем, просто прожить день.

Ирка спустилась в ресторан, и с удовольствием, плотно позавтракала. В ресторане уже никого не было – в такое тёплое утро все давно валялись на пляже.

Потом она тоже спустилась к морю. Долго медленно плавала в одиночестве, стараясь запомнить свои ощущения, запомнить, как прохладная вода омывает тело, запомнить её солоноватый вкус. Она не знала, когда она теперь увидит море. Впрочем, спокойно поплавать ей не дали – неугомонные Николай Иванович и Ираклий Петрович наконец отыскали её в море. Вытащили на берег, и заставили играть в волейбол. Ирка играть не хотела. Но когда вошла в игру, ей стало весело. Особенно, когда тщедушный Николай Иванович упал как подкошенный от попавшего в него мяча. Смеялся весь пляж.

Старики скрасили её время до обеда. А после обеда она собирала вещи. Собирала не торопясь, укладывая чемодан старательно. Долго разглядывала подарки детям – понравятся ли?

В два часа дня, Ирка, как обычно при полном параде – узкие рваные джинсы, клетчатая рубашка без рукавов и соломенная шляпа, лишь слегка подкрашенная, с большой сумкой на колёсиках спустилась в холл отеля.