– Никогда не смейте поднимать на меня руку, – слышу я где-то в глубине своего мозга голос Джо. – Даже в аду можно умереть. Теперь я вас оставлю и обещаю, что вы меня больше не увидите. Но прежде чем уйти, я хочу напомнить вам, что вы закопали свою рукопись недалеко от рыбацкого домика на «Грин роуд». Извините, что все так вышло. Я просто хотел поиграть с вами, вот и сказал насчет ящика, в который положил ваш палец. Вышло неплохо, не правда ли?! А теперь до свидания, и удачи. Общение с вами доставляло мне огромное удовольствие. – И он исчез.

Минуту-другую я все еще цеплялась за жизнь, но потом сдалась. Однако мое сердце продолжало еще биться, когда разум провалился туда, где сны соприкасаются с реальностью.

На этот раз я знала, что нахожусь во сне.

«Или в собственном бреду?!»

Может быть, и в собственном бреду. Как бы там ни было, я знала, и никакие противоречия не разрывали мне мозг.

Я сидела в машине. Моя голова была опущена и покоилась на руле. Из-за этого машина издавала протяжной сигнал. Я пришла в себя, подняла голову. Сигнал тут же прекратился. Затем начала осматриваться.

Моя машина стояла посреди леса. Вокруг был туман. Я вышла, захлопнула дверь. Почувствовала легкий ветерок.

Странно, но все казалось таким обманчиво реальным, что по моей коже пробежали мурашки. Неужели бывают такие сны?!

«Что дальше?» – спросила я себя.

Дальше я собиралась отыскать Джули. Я знала, что она где-то здесь, иначе быть не могло. Я залезла обратно в машину, завела двигатель и отправилась в город.

«Что бы ни случилось, я найду тебя! Я вырву тебя отсюда!..»

В городе было пусто. Ни единой живой души.

Складывалось такое впечатление, как будто произошел конец света, и в живых осталась лишь я одна. Ну, и Джули.

Я припарковала машину возле кафе, которое называлось «У тетушки», вышла. Живот заурчал, поэтому пришлось зайти в кафе, чтобы перекусить.

Интересно, думала я. Я хочу есть во сне. Еще никогда такого со мной не было.

Столы, стулья. Никого нет. Я прошла на кухню, нашла холодильник. Залезла в него, и увидела колбасу, сыр.

«Отлично! Можно сделать сэндвич!»

Затем нашла на столе хлеб, разрезала его. Вытащила колбасу с сыром, отрезала себе кусочки и положила их на куски хлеба. Заварила чай, налила его себе в кружку. Через несколько минут на столе уже ничего не было, а живот в блаженстве замолчал.

Теперь можно делать дело, подумала я. Сперва надо поехать домой к маме – посмотреть, вдруг моя Джули где-то там. Потом отправиться к себе. Если после этого я Джули все еще не найду, надо будет поехать на «Грин роуд».

«Может, лучше сначала поехать на «Грин роуд»?»

Нет. Почему-то мне не хотелось сразу туда ехать. То место причинило мне много боли, поэтому где-то в глубине души я его побаивалась.

Я прошла к машине, забралась внутрь, завела двигатель и отправилась к маме. Перед мысленным взором предстала картина, как я ее душу. Я вздрогнула. Закрыла глаза и попыталась выкинуть эти воспоминания в мусор. Было трудно, но я смогла это сделать. Я натянула улыбку на лицо и, чувствуя себя неполноценной дурочкой, поехала в назначенное место.

Дом одиноко стоял среди других домов. В нем не было жизни. Не было света. Улица была пустынна.

Я остановила машину, подошла к крыльцу. Туман стал еще гуще.

Внутри никого не было – ни мамы, ни папы. Я прошла в свою комнату, в спальню родителей. Глянула в зале. Джули не было. Потом спустилась в погреб. Никого. Лишь пустые полки.

Когда я проходила мимо зала к выходу, что-то зацепило мой взгляд. То был шкаф, на полках которого стояли книги. Я подошла ближе, и увидела, что все книги принадлежали одному автору – Сьюзан Кэрролайн. Абсолютно полное собрание сочинений. Не хватало лишь одного романа – «Откровение Сьюзан Кэрролайн».

Теперь я точно помнила, что писала подобную работу. Я знала, что она существует, но не знала, о чем в ней рассказывается. Некоторые писатели не запоминают тот бред, который пишут. Для них это своего рода защита от самих себя. Я всегда знала, что психика – самая неустойчивая вещь. По крайней мере, у меня.

Однако я и не подозревала, что безумие может так сильно затянуть меня. Засосать.

«С любовью. В засос…» – иронично подумала я, и хихикнула.

Среди всех книг я нашла последнюю, которую мне помог написать Джо. Она называлась «Утраченное сокровище». Прочитав название, я почувствовала стыд. Мне так хотелось изменить его, но – увы! – было уже поздно. Я открыла книгу, пролистала в конец.

…Мишель тихо пролезла в его квартиру в 4 часа утра. Сняла медленно обувь. Его квартира дышала тишиной; казалось, в ней нет жизни. Лишь часы тихо отстукивали свой ритм: «тик-так-тик-так». Сняв обувь, она босиком пробралась в его комнату. За то время, что она следила за ним, она хорошо изучила план его дома. Подойдя к двери его спальни, она тихо достала пистолет. Заряжать его не надо было, так как она зарядила его, когда сидела в своем бьюике. Затем медленно начала открывать дверь, затаив дыхание. Дверь чуть-чуть заскрипела. Мишель чертыхнулась про себя и замерла. Потом перевела дыхание и раскрыла дверь настежь, входя внутрь.

Джо мирно спал. Временами храпел.

И вот, глядя на него, глядя, как он спит, Мишель почувствовала злость и страх одновременно. Она хотела его убить и в то же время боялась. Она ведь раньше никого не убивала. Лишь своих героев в романе, а роман – это роман. Не реальность.

«Не сомневайся, – сказала она себе. – Твоя рука не дрогнет. Этот мерзавец хладнокровно убил твою дочь. Он не заслуживает твоей пощады».

Она подняла руку, в которой держала пистолет. Направила на него.

«Спустить курок или нет?» – спрашивала она себя.

Мгновение-другое она постояла в раздумьях, но палец, казалось, дернулся сам.

Интересно, подумала я, но пора уже бежать. Джули где-то здесь, и я намерена ее вытащить.

Я положила книжку на полку, вышла из дома. Села в машину и поехала к себе домой.

Я остановила машину возле подъезда, зашла внутрь, поднялась на свой этаж. Потеребила дверь. Она была закрыта. Ключа, естественно, у меня не было. Откуда в бреду ключ? Пришлось ломать дверь. Как я это уже делала однажды – я начала ее пинать. Вдруг за дверью послышались какие-то шорохи. Я замерла, прислушиваясь. Вот кто-то подходит к двери. Вот открывает замки. Дверь распахивается, и… бинго! Кого я вижу на пороге? Майка! Моего бывшего возлюбленного!

– Майк?! – удивляюсь я. – Что ты тут делаешь?

Он смотрит на меня печальным взглядом, тупо чешет затылок, словно выискивая в своей никчемной голове правильный ответ; потом его рот принимает форму буквы «о», и я слышу его неуверенный ответ:

– Я тут, Сью, чтобы поговорить с тобой. – Он всегда называл меня Сью. Никогда не употреблял такие слова, как «солнце», «милая», «дорогая», «зайка», и так далее. В какой-то степени мне это даже нравилось. – Тебе лучше пройти внутрь, так как это займет немного времени.

Я кивнула головой, и медленно переступила порог.

– Раздевайся. Дома тепло. Запаришься.

Я сняла куртку, отдала ему, словно пришла к нему в гости.

– Кушать хочешь? Может быть, чай? – предложил он.

– От чая не откажусь, – ответила я.

– Хорошо.

Он повесил куртку на вешалку, потом прошел в кухню. Я услышала, как он зажигает газовую плиту и ставит чайник на огонь. Пока он там возился, я прошла в ванную, привела себя в порядок. Умылась, помыла руки с мылом. Глянула на себя в зеркало, и чуть не ахнула – так паршиво я выглядела. Впрочем, мне уже было наплевать на внешность. Меня волновала лишь Джули, остальное не имело значения.

Поправив волосы на голове (все-таки женская сущность взяла надо мной вверх), я прошла в кухню, села за стол. Майк украшал стол всякими сладостями. Бегал по кухне, словно домохозяйка, а когда закипел чайник, принялся его заваривать. Через несколько минут он сел и начал разливать чай в кружки.