— Что это было?

Бенрит наклонился в сторону, чтобы взглянуть на спокойно стоящую лошадь позади него.

Он посмотрел на животное, затем снова на Кантора.

— Твоя лошадь только что смеялась?

— Нет. — Кантор обернулся, чтобы посмотреть на Бриджера в форме лошади. — Конечно, нет. Его пучит. Возможно, газы.

Лошадь вздохнула и покачала головой.

Бенрит почесал подбородок и потерял интерес к лошади, не важно, смеялась ли она, или у нее были проблемы с пищеварением.

— Ты хочешь остаться в доме Одема? Он не был бы против. Мне еще нужно сделать несколько починок после последнего шторма, и мне бы пригодилась дополнительная пара рук и сильная спина.

Кантор посмотрел на небо, пронизанное оранжевыми и фиолетовыми оттенками, простирающимися над темным океаном. Гилеад был близко, но не настолько, чтобы достичь его за эту ночь. Кроме того, он был уставшим и голодным. Утром он мог бы помочь Бенриту по хозяйству в доме Одема и спланировать, как подойти к городу завтра.

— Хорошо.

Бенрит похлопал его по плечу.

— Позади есть сарай. Ты можешь оставить там свою лошадь. Затем приходи ко мне. — Он указал на следующий дом в переулке. Сквозь окна виднелись огни. — Познакомишься с моей семьей и поужинаешь с нами.

— Мне нужно покормить лошадь.

— У меня есть немного сена и овес, которые предназначались для осла Одема. Ты моешь их взять.

— Замечательно. Спасибо.

Бенрит прошел мимо него и поспешил к своей собственной входной двери. Кантор взялся за поводья Бриджера и пошел по дорожке между домами.

— Замечательно? — Бриджер выпустил воздух сквозь губы, издавая презрительный шум. — Сено? Овес? Не овсянка с патокой, а просто овес? И это замечательно?

Сарай был слишком мал для Бриджера, но боковой выступ обеспечивал достаточное укрытие. Расширение крыши вышло более двух метров. С двух сторон были только половины стен, а многочисленные опоры поддерживали заднюю и боковую части. Кантор завел Бриджера через передний вход, открытое пространство, у которого даже не было ворот.

— Бриджер, я знаю, что ты голоден. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Ты можешь купить мне курочку или двоих. Я могу приготовить их по своему вкусу.

— Хорошо, посмотрим, что смогу раздобыть. Ничего не делай пока я не вернусь.

— Как я могу что-либо натворить в этой полуразрухе?

— Ты мог бы ее снести.

— Это привлечет ко мне внимание. Думаю, будет лучше соблюдать осторожность.

— Именно. — И Кантор пошел к дому, который он видел по пути. Если верить табличке на заборе, там продавали кур и яйца. Он купил пару птиц, продавец тут же свернул им шеи и подал их за лапки Кантору. Кантор вернулся на задний двор Одема. Все предприятие не заняло и десяти минут.

Бриджер снова принял свой обычный драконий вид. Он взял добычу Кантора и внимательно ее оглядел:

— Идеально.

— Как ты собираешься их готовить?

— Воспользуюсь проверенным рецептом диких драконов и зажарю их собственным пламенем. Кожа вместе с перьями превратится в угли и отвалится сама, а мясо я съем прямо с костями.

Кантор поморщился:

— И что, даже потрошить не будешь? Фу, мерзость какая.

— О, зачем! Внутренности — такой деликатес.

— Я рад, что не увижу этого.

— А вот и обманул, — громогласно возвестил Бриджер, чтобы подчеркнуть радость от своей же шутки он даже пару раз хрюкнул. Его плечи задрожали, он захлопал в ладоши, все еще держа за лапки куриные тушки.

Тушки подпрыгивали в такт его смеху. Вид болтающихся кур нанес сокрушительный удар по серьезности Кантора. Не скоро дракон и человек смогли успокоиться. А когда громкое ржание сменилось хихиканием, они вновь принялись смеяться до слез как дурные.

С трудом Кантор придал своему лицу серьезное выражение:

— Ты, кажется, начал делиться рецептом приготовления кур.

— Ах да. Ну так вот, когда мясо готово, я раскрою каждую тушку, вычищу все внутренности, в которых могут содержаться паразиты. Потом еще раз своим пламенем поджариваю половинки до корочки. Была бы еще и соль, так вообще сказка!

Кантор глянул в сторону дома Бенрита.

— Кажется время есть, сейчас поищу у Одема.

Он подошел к задней двери и подергал ручку — заперто. Потер руки, чтобы создать поток энергии, потом приложил ладони к месту, где был замок, чтобы выбить механизм. Опасаясь, что Бенрит может увидеть, как он заходит в дом без ключа, он метнулся внутрь и вернулся к Бриджеру с солонкой.

— Спасибо тебе, друг мой.

Дракон облизнул губы.

— Ладно, мне, пожалуй, пора, — сказал Кантор. Он уже пошел в дом, но повернулся к Бриджеру и, не останавливаясь, продолжил, — вернусь к тебе перед сном. Или ты бы лучше в доме спать лег?

— Я не могу думать на пустой желудок, спроси меня, когда вернешься.

— Я оставил заднюю дверь открытой. Ты можешь войти, если захочешь.

— Спасибо. Теперь иди. Ты задерживаешь мою трапезу.

Кантор хмыкнул и небрежно махнул дракону рукой. Как только он отвернулся и направился к передней части дома Бенрита, веселость покинула его. Исчезновение Ахмы и невозможность найти Одема еще больше пошатнули его уверенность в себе. Он всегда мечтал, что эти двое ближайших соратников всегда будут рядом, с готовностью придут на помощь и помогут стать настоящим ходоком. А вот преодоление этого пути в одиночку никакого энтузиазма не вселяло. Это как есть свою собственную стряпню вместо блюд Ахмы — никакой приятной сытости, одна тяжесть в желудке.

Хотя, до сих пор он был не одинок.

Сначала его подкараулил сумасшедший дракон, чья непревзойденная способность к перевоплощению дополнялась стихийной неуклюжестью. Однако Бриджер доказал, что не был трусом. Кантор не сомневался, что у него есть и другие важные качества, такие как преданность, настойчивость и честность. Как ни странно в компании этого свалившегося как снег на голову, несуразного существа, Кантор чувствовал себя спокойно и уверенно.

Потом в ветвях деревьев он столкнулся с Биксби. Такая загадочная, он ее совсем не понимал, но с ней было хорошо. Уровень ее интеллекта явно превосходил его собственный, а таланты приумножались с каждым днем. Он, Кантор, вырос на склоне горы вдали от цивилизации. Биксби же родилась в культурной семье, получила великолепное образование… Да уж, на ее фоне он выглядел жалким. Одежду она тоже носила странную, но почему-то, по какой-то непонятной причине, этот умопомрачительный нелепый стиль казался ему милым и притягательным. Эта загадочная особа состояла из противоречий. Выглядела хрупкой, но действовала как боец. Порой казалось глуповатой, но поступала подобно мудрецу.

И Дакми! Кто он такой? Целитель? Наверняка нечто больше. Дакми пришел им на помощь.

Нет, теперь Кантор был уверен. Он не был один.

И еще их и без того разношерстная компания дополнилась Тотоби-Родолов. Старшая сестра Бриджера играла в жизнь, с этим ее диковинным акцентом и тягой к утрированной красоте. Ему не доводилось слышать, чтобы шкура перевоплощающихся драконов могла так переливаться и включать в себя украшения. Она вела себя театрально-напыщенно, но Кантор был уверен, что на самом деле она хитра, мудра и дальновидна. Какая же из них с Бриджером, все же, удивительная парочка!

Так что, судя по всему Примен послал ему достойных компаньонов, которые помогут ему пройти путь и стать достойным ходоком. Ну и, конечно, искать Ахму и Одема с ними тоже будет легче. Поэтому он глубоко вдохнул, выдохнул, постарался расслабить плечи и решил надеяться на лучшее. Ахма, ведь, учила его, что не стоит заранее хоронить возможности в сомнениях.

Ахмы здесь нет, но он будет следовать ее советам, пока не найдет ее.

28. В город

Кантор отлично провел утро с Бенритом, его женой и тремя детьми. Жена со старшей дочерью отправились в дом Одема наводить уборку, а мужчины принялись чинить разные мелочи снаружи.

— Так, приберемся по-быстрому, — сказала она Кантору, — беспорядка особого нет, ведь никто в доме не живет. Но пыль смести стоит. Да и всегда посматриваю, чтобы всякое зверье, типа лис, внутрь не забралось.

Кантор постарался сдержать ухмылку. Бриджер как раз забрался в дом, в поисках уютного ночлега. О настырном драконе он частенько и думал как о назойливой животине, которая лезет куда не просят.

Йеша сидела на карнизе, внимательно наблюдая то за мужчинами с молотками, то за играющими детьми.

Рукой Бенрит стер пот со лба:

— А чья это кошка, а?

Кантор глянул на Бриджеровского питомца и хмыкнул. Йеша неподвижно сидела с закрытыми глазами под ярким солнцем, будто статуя.

— Разве не твоя?

Бенрит покачал головой:

— Может, соседская. Хотя, вижу ее впервые.

— Говорят, иметь кошку в доме — добрый знак.

— Только детям не говори. Выставят блюдце с молоком, и вот у нас уже и кот в доме живет.

Двое сыновей Бенрита все утро мучили Бриджера, принявшего форму лошади. Они его почистили, объездили верхом на нем весь двор, туда-сюда по улице. Потом снова почистили, заставили есть овес. На многочисленные предложения Кантора придержать маленьких безобразников, Бриджер уклончиво отвечал, что если они все-таки надоедят, он примет обычную свою форму и слопает их, и дело с концом.

В ответ Кантор хихикнул, но потом рассмеялся, ведь встречная волна драконьей радости увеличила его собственную.

Однако, приятные чувства поулеглись, когда он осознал, насколько способен сблизить смех над общими шутками. Похоже он разделяет с Бриджером не только мысли, но и чувства. Надо быть осторожнее с этим коварным партнером, а не то однажды этот дракон станет его постоянной константой.

Бриджер вмешался в его размышления:

— Да, не сомневайся, Кантор, связь между нами укрепляется. Мы были рождены, чтобы стать друг другу константами. Подвиги всех героев померкнут на фоне нашей карьеры. Все дети будут читать о похождениях Кантора и Бриджера.

И тут же Бриджер влетел в кабачковую грядку, раздавив часть плодов Бенрита, от чего Кантор прыснул.