Дойдя до угла, он вытащил карту и стал изучать. Выбрав наконец направление, пошел по боковой улице. Через полчаса почему-то оказался на прежнем месте. Боясь попросить помощи, боясь, что голос сразу выдаст его, он попытался еще раз. И вот награда — он у станции метро. Сел в поезд, но ему все казалось, что он в неправильном направлении. Доехав до Бруклина, все-таки не выдержал и обратился за разъяснениями к служащему. Оказалось, сложного ничего нет. Только вот рядом, слишком близко, стояли чужие люди, вагон был полный. Кто-то ущипнул его за задницу. Фрэнки оцепенел, не в силах проронить ни слова. Его ущипнули снова, и Фрэнки втиснулся в толпу, подальше, наконец объявили нужную станцию — и Фрэнки выскочил на свободу. Чувствовал он себя отвратительно, хотелось передохнуть. И он нырнул в первую попавшуюся закусочную, заказал себе бургер и содовую. Удивительно, когда он говорил что-нибудь, никто не обращал на него внимания, не посматривал украдкой и не глазел. Его груди и широкие бедра не вызывали насмешек, голос и одежда — тоже. Всем было наплевать, чем он занимается. Ты чувствуешь себя мужчиной, но у тебя внешность женщины, что ж, прекрасно. Нью-Йорк — город большой, места всем хватит. Добравшись до "Вирго", Фрэнки остановился в замешательстве. А заметив силуэт голой женщины на козырьке бара, совсем застыдился. И туго натянул концы пиджака. Оглядевшись по сторонам и собравшись с духом, вошел в бар.

Внутри было много народу, в воздухе стоял дым, пахло пивом. На платформе под музыку танцевала девушка. От стойки бара послышались возгласы одобрения, и мужчины стали совать деньги девушке за трусики. Фрэнки захотелось убежать: ему не нравился шум, он опять оказался в пугающем хаосе. Вдруг он заметил, что на него глазеют мужчины. Один из них вышел вперед и, нарочно натолкнувшись на Фрэнки и рассыпаясь в извинениях, положил руку ему на плечо. Фрэнки это не понравилось и он резким движением сбросил руку. Мужчина что-то пробурчал, но Фрэнки не расслышал слов, лицо его исказилось.

Чтобы не лезли эти типы, Фрэнки пошел в глубь бара. Хотелось выпить. Продвигаться вперед удавалось с трудом. Но ему повезло, и он приткнулся к стойке бара. Рядом мужчина, выше на голову, раскачиваясь и рассматривая ее искоса пьяными, залитыми кровью глазами, предложил заняться любовью.

— У меня есть пятьдесят долларов, — картавил он, нащупывая в кармане бумажки и вытаскивая мятый ком. — Что скажешь?

— Да пошел ты к черту, — ответил Фрэнки.

— Ну что ж ты так? — Мужчина тряс купюрой перед носом Фрэнки. — Пошли, конфетка. А личико твое мне знакомо… Ты не девственница.

— Кто я, это не твоего ума дело.

Мужчина глотнул остатки пива из бутылки и убрал ее на стойку бара. Улыбаясь, он снова полез в карман. — Вот еще пятьдесят, — и он поднял руку с двумя купюрами. — Сто долларов, да на них можно купить любую киску, в любое время, в любом месте.

Фрэнки всерьез, по-мужски разозлился, ему захотелось показать, кто здесь сильный. Пальцы сжались в кулак. — Я набью тебе морду, сморчок, если не оставишь меня в покое.

Мужчина расхохотался и показал свои кулаки, они были в два раза больше, чем у Фрэнки.

— Послушай, — проговорил Фрэнки, поняв, что преимущество не на его стороне. — Я не то, что ты себе представляешь. Я не женщина, а мужчина. Так что отстань от меня.

— У того полезли глаза на лоб, и он стал внимательно изучать выпуклости Фрэнки. Лицо расплылось в похотливой улыбке. — Это правда? Тогда я готов заплатить, чтобы с ребятами взглянуть на твое оборудование.

— Я не лгу.

Мужчина разгладил бумажки. — Сто долларов, только чтобы посмотреть.

Фрэнки опять оказался в западне. С одной стороны невероятное стремление напасть и победить, но было и что-то еще — сильное, таившееся в глубине души и заставлявшее съежиться от страха и как бы исчезнуть. Фрэнки огляделся по сторонам, надеясь увидеть дружескую поддержку. Но его встретили непристойные ухмылки и горящие похотью глаза. Он опять повернулся к мужчине с деньгами. Тот, казалось, с каждой секундой становился огромнее и страшнее.

Подавив в себе первобытный нерассуждающий страх, Фрэнки одной рукой выхватил у своего противника деньги, швырнул в воздух — тут же другой рукой перехватил этот раскрывающийся грязный цветок и засунул в зияющую перед ним пасть.

Когда мужчина пришел в себя от неожиданности, Фрэнки был уже в другом конце бара, он лихорадочно искал выход. Оглянувшись через плечо и отыскав взглядом лицо противника, красное и злое, Фрэнки толкнул дверь с табличкой "Выход".

Он увидел маленький коридор, упиравшийся в тяжелую металлическую дверь на засове. Сбоку была вторая дверь с табличкой "Только для служащих". Этот вход оказался незаперт, и Фрэнки вошел.

Комната была узкая и длинная, бетонный пол, высокий потолок из балок. Половину комнаты занимали стеллажи со спиртными напитками и пивом. Другая половина выглядела "жилой": два складных стула, большое зеркало, одежда на вешалках.

У Фрэнки перехватило дыхание. Он уже знал, что сейчас сделает. Сорвав со стеллажа ящик с виски и вытащив бутылку "Уайлд Терки", он сделал большой глоток. В горле обожгло, вскоре по животу разлилось тепло. Он отхлебнул еще.

Через несколько минут у дверей послышался шум. Фрэнки запаниковал, прижался спиной к стене, схватив бутылку за горло, готовый разбить ее и употребить как оружие. Дверь распахнулась и вошла девушка, молодая, голая, если не считать трусиков-шнурочков. Лицо ее перекосилось от удивления: не ожидала она увидеть здесь кого бы то ни было.

— Привет, — бросила девушка.

Фрэнки спрятал бутылку за спину, но она подошла и забрала ее.

— Мне надо выпить.

Она была высокая, тоненькая — явно недоедала — и чисто побритая. Просвечивали черные корни льняных волос, глаза у нее были зеленые, грудь с голубыми прожилками. Она села верхом на стул и отпила из бутылки. Фрэнки впервые смотрел на голую девушку.

— Говорят, ты заболела.

Фрэнки не ответил.

— Что, неправда? — девушка вернула бутылку.

— Я в порядке, — проговорил Фрэнки. — Мне сейчас лучше.

— Хочешь курнуть? — девушка перегнулась через вешалки с одеждой — дюжина дешевых платьев из ламе, пиджаки — и достала сигарету с марихуаной.

— У тебя есть зажигалка?

Фрэнки сунул руку в карман, там ничего не было. Девушка оттянула пальцем трусики-шнурочки, всмотрелась. — Здесь тоже нет.

— А вон там что? — спросил Фрэнки, показывая на пластмассовую подставку у зеркала. Потом подошел и, взяв книжечку с картонными спичками, подал девушке.

Девушка закурила и, глубоко затянувшись, прикрыла глаза. Через несколько мгновений из ее ноздрей повалил дым, она как будто изгоняла демонов. Фрэнки стало интересно, и он потянулся к сигарете.

Когда они докурили, девушка встала и, сняв платье с вешалки, прикинула на свое тело, не забыв встать в позу модели.

— Ну как, идет?

Фрэнки задумался. — Ты кто?

— …Тоже мне, вопросик. — Девушка закрыла глаза. — Сегодня я… дебютантка. Сегодня у меня праздник. Она повертела носком туфли. — Они раздают контракты — крошечные билетики с приглашением на "танец", девушки их носят на запястьях. Какой мальчик достанется мне? Джек Деннинг? — он собирается в Принстон. Или Тон Харви? — уезжает в Йель, готовится стать адвокатом. К кому попадет милашка Кристи? Кто отвезет ее к себе домой или уложит на заднем сиденье папочкиной машины?

Платье соскользнуло на пол, и девушка прикрыла грудь ладонями. Дразнящий жест, однако он не скрывал стыд и досаду. Она открыла глаза — на нее смотрел Фрэнки.

— Теперь твоя очередь, — проговорила она чуть смущенно.

Фрэнки не знал, что сказать. Их окружали стеллажи с алкоголем, надтреснутое зеркало, одежда на вешалках… Все это о чем-то ему говорило, но… Фрэнки только сейчас почувствовал боль в костяшках пальцев: оказалось, там ссадина. — Я ищу Кокса, — наконец нашелся он.

Девушка помолчала, а потом расхохоталась. — Тебе какого мопса — большого или маленького?