- Вряд ли есть недостаток. Просто иди в любое из мест огненного шторма, которые в данный момент не утопают в цветах.

Софи села прямее.

- Почему не с цветами?

- Потому что я слышала, что они переполнены людьми, восхищающимися великолепием природы, и предполагаю, что ты будешь осторожна.

Объяснение имело смысл, но леди Гизела колебалась за те полсекунды до того, как дала его.

- Почему ты не хочешь, чтобы мы туда пошли? - надавила Софи.

- Я не говорю тебе держаться подальше. Я говорю тебе, что если тебе нужен пепел, это не то место, где нужно его искать. Пепла не осталось.

- Ты ожидаешь, что я поверю, что ты убрала весь пепел с двадцати мест пожара? - поспорила Софи.

- Я никогда не говорила, что я его собирала.

- Зачем это сделали Невидимки?

Молчание было единственным ответом, который сказал Софи достаточно.

- Ты знаешь, о каких цветах они говорят? - прошептала Биана брату.

- Кинлин нашел статьи, - пояснила Софи, - говорящие о феномене, который люди назвали Экстраординарным Цветением. Куча участков после пожаров сейчас покрыта редкими полевыми цветами, и никто не знает почему.

- Зачем вы сажаете цветы? - спросил Фитц леди Гизелу.

- Эта информация не является частью нашей сделки, - сказала она ему. - И я надеюсь, что вы не будете настолько глупы, чтобы это отвлекло вас от того, чтобы попасть в Наступление Ночи.

- Почему? - спросил Фитц. - Зачем вам это?

- Я уже говорила тебе... мне нужно больше информации о том, что там делают Невидимки. Особенно, какие двери (если таковые имеются) с нанесенными рунами.

- Это тоже не часть нашей сделки, - напомнила Софи. - И даже не думай о том, чтобы угрожать удерживанием информации о Сире.

- В этом нет никакой необходимости. Как только заберешь своих родителей, ты будешь отчаянно пытаться заключить со мной еще одну сделку.

- С чего это вы так уверены? - спросил Фитц.

- Потому что, если я права насчет того, что Финтан делал с ними в Наступлении Ночи, тебе понадобится моя помощь, чтобы восстановить их рассудок.

ВОССТАНОВИТЬ ИХ РАССУДОК.

Слова были слишком резкими — слишком тяжелыми — излишними.

Они давили со всех сторон, сжимая и перекрывая кислород, пока все внутри Софи, казалось, не закрылось.

Она была смутно осведомлена о то, что леди Гизела закончила их разговор, и о том, что сама Софи пришла за Фитцем и Бианой вниз. Так же, как она знала, что теперь она сидит на диване в гостиной с теплыми руками, обернутыми вокруг ее плеч.

Но она не могла сосредоточиться на том, кто был рядом с ней, или что кто говорит. И чем больше ее воображение бушевало, тем больше ее разум боролся с одним душераздирающим вопросом.

Что сказать ее сестре?

- Ничего, - сказал ей знакомый голос, и ей потребовалась секунда, чтобы сосредоточиться на мистере Форкле, который стоял перед ней вместе с Фитцем. - Ты ничего не скажешь ей об этом, пока не будешь уверена в том, с чем мы имеем дело. И я извиняюсь за то, что снова нарушил правила телепатии, но ты смотрела в одно и то же место на стене больше часа, и мне нужно было удостовериться, что у тебя не было психического расстройства.

- Мне кажется, что так и есть, - пробормотала Софи.

- Как я могу помочь? - спросил Фитц, глубокая складка образовалась между бровями, когда он присел, оказавшись на одном уровне с ней.

Софи покачала головой.

Она не могла остановить то, что происходило с ее человеческими родителями, пока не найдет их... и даже тогда она не могла изменить то, что уже было сделано.

Руки, держащие ее, обняли крепче, и она взглянула через плечо и обнаружила Эделайн и Грэйди рядом с ней.

- Я знаю, как легко впасть в отчаяние, - прошептала Эделайн, - но старайся не терять надежду.

- Мы все исправим, - добавил Грэйди.

Софи закрыла глаза, желая почувствовать хоть каплю уверенности.

- Хочешь, чтобы я дала тебе что-нибудь, чтобы успокоить нервы? - предложил другой голос, и Софи последовала за звуком, где у стены около окна стояла Ливви.

- Эми здесь? - спросила она, отодвинувшись от Эделайн, сканируя комнату.

- Нет, - заверила ее Ливви. - Она с Кинлином, пробирается через статьи про цветение... и я согласна с Форклом. Сейчас она счастлива и гордится собой за то, что ловит детали, над которыми Кинлин скучает. Нет необходимости беспокоить ее, пока мы не убедимся, что это не еще одна игра леди Гизелы.

- Но мама Кифа была честна во всем остальном, - напомнила ей Софи.

- А была ли? - спросил Там оттуда, где он спрятался в тени под изогнутой лестницей. - Потому что мне кажется, что она действительно была достаточно честна, чтобы манипулировать тобой.

- Мистер Там очень мудр, - согласился мистер Форкл. - И прежде чем ты начнешь спорить, я хочу, чтобы ты обдумала следующее: Гизела не Эмпат. Она не Телепат. И не Целитель. Что означает, ей нечего предложить, когда дело доходит до «восстановления здравомыслия твоих родителей». Поэтому я нахожу весьма подозрительным, что она делает такое заявление... тем более, что она знает, что простое упоминание об этом вызовет такой уровень паники.

- Но что если...

- Нет, - перебил мистер Форкл. - Никаких «что если». Постарайся дождаться фактов. И помни, наша медицина может исправить практически любую физическую болезнь.

- Практически, - пробормотала Софи.

Слово было столь же тревожащим, как когда король Димитар использовал его касательно информации о сопоридине.

Также было слово «физическую».

- Она сказала «здравомыслие», - прошептала Софи. - Целители не могут этого исправить.

- Чистильщики могут, - мягко сказал мистер Форкл. - Любая травма, от которой пострадали твои родители, будет связана с их воспоминаниями. Так что, если мы сотрем эти моменты, это будет так, будто этого никогда не было.

- А как же их эмоции? - Софи должна была спросить. - Их нельзя стереть, верно? Так что весь страх, что они чувствовали...

- Будет притуплен, когда мы свяжем эти эмоции с замененными воспоминаниями, - прервал мистер Форкл. - Мы создадим истории, которые повторят те же самые чувства гораздо менее травмирующим образом. Как воспоминание о небольшой аварии в тех опасных транспортных средствах, которые люди любят водить. Конечно, этот процесс будет сложным. Но и эффективным тоже.

- Если только что-то не вызовет настоящие воспоминания, - напомнила ему Софи.

- Это было бы проблемой. Вероятно, нам придется делать то, что называется «перезагрузкой», и стереть каждое воспоминание, которое появилось у твоих родителей со дня их похищения. Мы стараемся избегать этого, потому что это оставит пустую точку в их прошлом, и может заставить их зацикливаться и искать триггеры. Но пока мы будем осторожны и сделаем, чтобы их новые личности чувствовались бесшовными с их предыдущим потоком воспоминаний, они научатся пропускать разрыв. И я знаю, как запутанно и невозможно, все это звучит... но я на самом деле делал это раньше. Дважды. И не сомневаюсь, что смогу сделать это снова.

Софи кивнула, сказав себе, что рада, что у них есть способ стереть из разума ее родителей болезненные воспоминания. Но...

- Это сработает, только если ты снова сотрешь меня, - прошептала она.

- Ты думала, что мы не будем этого делать, - сказал мистер Форкл. Это был не вопрос, но каким-то образом, это было похоже на ответ, убив ту крошечную надежду, которая в ней жила.

- Я думала, что им будет лучше, если они узнают, что находятся в опасности, - призналась Софи. - И я подумала, если бы они это знали... тогда, может быть, они могли бы также знать меня... я бы не жила с ними, - добавила она, глядя на своих приемных родителей. - Только... навещала, иногда. Я знала, что это будет очень сложно, но...

Грэйди и Эделайн сильнее сжали ее в объятиях.

- Мы бы хотели, чтобы так было, - заверили ее оба, и у Софи стало жечь глаза.