— Что еще за знак? И что Кай готовит для меня?

Выдохнув воздух, я перевожу взгляд на Брэйлин. Она уже съела свой тост, поэтому я встаю, забираю пустую тарелку и завязываю обратно освобожденную прежде руку. Затем, не отвечая, поворачиваюсь к ней спиной и ухожу.

Спрятавшись за дверью кухни, я на секунду задерживаю дыхание, пока мою ее грязную тарелку. Льющаяся из крана горячая вода приятно ощущается на руках. У меня всего несколько спокойных минут до того, как я услышу визгливый голос Брэйлин. Потому что Кай, должно быть, уже подготовился.

Я покидаю уединенную тишину кухни и возвращаюсь в главную часть склада.

Бёрк все еще усердно занят своим делом. Брэйлин злобно выплевывает проклятия. А Кай стоит рядом с ней с иглой в руке.

— Ты закончил? — спрашиваю я его, хотя уже знаю ответ.

— Нет. Она сопротивляется.

— Я подержу ее.

— Какого хрена он собирается мне вколоть? Зачем вам травить меня?

Опустив спинку ее стула на землю, я сажусь на нее верхом, чтобы покрепче обхватить ее тело. Кай опускается рядом со мной на колени, а я одной рукой держу ее за шею, не давая ей сопротивляться, а другую прижимаю к ее плечу.

— Это не наркотики. Не бойся. Лежи, бл*дь, смирно. Он лишь имплантирует устройство.

— Устройство? О чем ты, бл*дь, говоришь? Что он собирается засунуть мне в руку?

Это была идея не Бёрка. И не Кая. Они хотели просто убить ее. Хотя после ее криков их идея уже кажется весьма заманчивой. На этом плане настояла я. И мне удалось победить. Если что-то пойдет не так, когда мы ее отпустим, нам нужно точно знать ее местоположение. Брэйлин явно не из тех людей, кого в этом мире мы можем спокойно выпустить из виду. Было бы глупо полагать, что при ее побеге она не станет для нас новой проблемой. С трудом верится, что она просто уедет куда подальше и больше никогда не побеспокоит нас.

— Все, у меня полный порядок. Дай-ка я проверю программу, — Кай встает и идет к своему ноутбуку. Я остаюсь на случай, если ему вдруг понадобится что-нибудь изменить. — Все отлично! Работает идеально!

Отпустив Брэйлин, я поднимаюсь на ноги.

— Что работает идеально? Кто-нибудь скажет мне, что за хрень он засунул в меня?

Я игнорирую ее вопросы. Уверена, она и сама догадывается. Просто хочет услышать эти слова от нас. Я же не вижу никакой необходимости утешать ее относительно ее будущего. Ведь она получит по заслугам. Вместо этого я преспокойненько иду к гигантскому брезенту, который занимает на полу все свободное место. Бёрк, похоже, почти закончил. Большие черные буквы на кипенно-белом брезенте. Так как буквы написаны жирным шрифтом, они будут легко читаться с большого расстояния.

— Готово!

Кай встает рядом с нами, и мы все внимательно изучаем вывеску.

БРЭЙЛИН НАМ БОЛЬШЕ НЕ НУЖНА. ОНА — ТВОЯ.

МЫ ОСВОБОДИМ ЕЕ ЗАВТРА В ПОЛДЕНЬ.

НА КИПАРИСОВОМ ОЗЕРЕ.

«Отлично!»

— Вы, парни, отнесите брезент на улицу. А я хочу несколько минут побыть наедине с Брэйлин, чтобы попрощаться.

Они идут к брезенту и, подняв его за противоположные концы, выносят со склада. Я же поворачиваюсь к Брэйлин. Никто так и не вернул ее стул в вертикальное положение, так что она все еще лежит на спине и в упор смотрит на меня. Заглянув в ее холодные испуганные глаза, я удивляюсь, как вообще могла поверить, что она — моя семья. Все это время, пока она находилась на этом чертовом складе, не похоже, чтобы она хоть немного поразмыслила о том, как подло со мной поступила. В ее глазах нет ни единого проблеска раскаяния.

— Это последний раз, когда ты меня видишь. Мне бы хотелось сказать хоть что-нибудь, что могло иметь значение для нас обеих. Но, к сожалению, ничего общего у нас нет. Я знаю, кто ты на самом деле. Ты просто корыстолюбивая сука, которая любит манипулировать окружающими и не способна заботиться ни о ком, кроме себя. Я не буду беспокоиться о тебе. Не буду скучать. Я даже не буду думать о тебе. Прощай, Брэйлин.

— Что вы собираетесь со мной сделать, Пейсли?

— Завтра тебя освободят. То, что произойдет с тобой дальше, — это лишь то, чего ты заслуживаешь.

Я сказала все, что хотела, так что пришло время повернуться спиной к «сестре», которая никогда не была достойна меня. Ее роль в моей жизни закончена. И я с радостью закрываю слишком затянувшуюся главу о ней.

Когда я выхожу со склада, парни возвращаются к машине. Бёрк отряхивает руки о джинсы. Палящее солнце обжигает нас всех. И мне остается всего два шага до дверцы машины, когда на моей шее скапливается обильный пот.

Я улыбаюсь Бёрку, когда он приближается и обнимает меня. Кислый привкус на языке после моего прощания с Брэйлин мгновенно исчезает: исходящее от прикосновений этого парня утешение берет верх. Как я только могла думать, что смогу сделать это без него? Без его успокаивающего присутствия рядом?

Я была идиоткой!

— Ты готова ехать? — спрашивает Бёрк.

Я не отвечаю. Просто тащу его за руку к машине. Я более чем готова. Кай берет дробовик, а я запрыгиваю на заднее сиденье. Мы отъезжаем от склада, и я оставляю Брэйлин — со всей ее жизненной драмой — далеко позади.

— Хочу мороженого! Что-нибудь шоколадное.

— Вы, ребята, ничего не хотите мне сказать? Пейсли, ты носишь моего племянника?

— Отвали, Кай, — рычит Бёрк, но в его голосе звучит легкая усмешка.

— Нет. Это не капризы беременной. Просто слишком жарко.

— Бёрк, ты слышал, что сказала леди? Отвези нас в «Лодку любви».

Этим вечером я действительно немного сладкоежка. Но эта последняя остановка послужит большей цели. Каллен уехал с Тиган, так что некому следить за каждым моим шагом. Это открывает для меня прекрасную возможность. Мои пальцы ощупывают подкладку сумочки. Я хочу убедиться, что то, что мне понадобится в ближайшее время, все еще лежит в боковом кармане. Что небольшой клочок бумаги и кнопка, которые я уже проверила раз пятьдесят, по-прежнему находятся там, куда я их и положила сегодня утром. Надеюсь, кафе-мороженое не переполнено. И свидетелями моего невменяемого поведения станет лишь небольшая кучка людей.

Мы подъезжаем, и выбранное нами кафе, к моему удивлению, выглядит довольно тихим. Сегодня удача на моей стороне. Мы втроем направляемся внутрь, и я сталкиваюсь с непростым выбором, что же мне стоит съесть.

Мятная шоколадная крошка... «Красный бархат»... Карамельный шоколад...

«Ням-ням-ням!»

Девушка за стойкой выжидающе смотрит на нас. Я без промедления делаю заказ и, быстро поцеловав Бёрка, говорю:

— Возьми рожок на свой вкус, хорошо? Я подожду вас снаружи. Здесь холодно.

Бёрк коротко кивает мне, и я выхожу за дверь. Солнечный свет бьет мне в лицо. Дурное предчувствие прочно поселяется внутри. Но пути назад нет. Заглянув в дверь магазина и убедившись, что ни Кай, ни Бёрк не смотрят в мою сторону, я достаю из сумочки припрятанный клочок бумаги и кнопку и прячу их в ладони. Начинаю размахивать руками и слегка подпрыгивать. Для любого случайного зрителя мои мельтешащие конечности и странное поведение могут показаться припадком. Но я точно знаю, что за мной пристально наблюдают. Всегда. Значит, они увидят мое сообщение. Я очень рассчитываю на это.

Как только я понимаю, что привлекла нужное внимание, я поднимаю записку над головой и указываю на деревянный стол позади себя. Медленно подхожу и убеждаюсь, что мои намерения ясны. Снова поднимаю вверх записку, закрепляю ее кнопкой под крышкой стола и рисую пальцем знак «неопределенности». Это сообщение для Соннелиона. И я готова поставить все свои деньги на то, что он клюнет на эту приманку.

Я встаю из-за стола и возвращаюсь к двери магазина. Как раз в тот момент, когда парни выходят из него. Я беру свой вафельный рожок и облизываю его там, где уже начинает капать. Нет ничего лучше в жаркий полдень, чем холодное мороженое. Однако во рту у меня до сих пор ужасное послевкусие. И оно мешает мне в полной мере насладиться карамельным и шоколадным вкусом. Страх, колебания, обман, сомнение. Каждый из них задерживается на моих вкусовых рецепторах и делает жуткой кислятиной сладость моего лакомства.

Мы сидим в уютной тишине и спокойно едим. Все это время адреналин бежит по моим венам. Бёрк и Кай, похоже, абсолютно не догадываются о последней части моего плана, прикрепленной под столом, на который мы сейчас опираемся локтями. Легко обжечься, когда играешь с огнем. А мороженое — не единственное блюдо, которое лучше подавать холодным.

Глава 24

Бёрк

Я так и не смог заснуть. Мой разум продолжает лихорадочно работать, а тело всю ночь беспокойно шевелится. Пейсли расслабленно покоится в моих объятиях, но большую часть ночи все было иначе. Она кричала и впадала в панику от кошмаров, которые ей снятся, едва она ночью закрывает глаза. Каждый раз я обнимаю ее и делаю все возможное, чтобы успокоить. Но ее кошмары как всегда неумолимы. Поначалу я даже пытался будить ее, но все было напрасно — она слишком погружалась в свои воспоминания.

Совсем недавно я считался человеком на мировой вершине. Кай и Тиган были рядом со мной во время всех моих взлетов и падений. Я хорошо заботился о моей сестре. У меня были деньги и власть. Я был выше всех, кто меня окружал. Пил спиртное как рыба и трахался как язычник. Мог заполучить любую девушку, на которую падал мой взгляд. Я достиг того образа жизни, которому завидовал еще в детстве. В мире не существовало ничего, что я, пожелав, не смог бы получить. Я был уверен, что у меня есть все самое лучшее. Но как же я ошибался!!

Оглядываясь назад, я понимаю, что, возможно, у меня было свое жизненное «плато» (прим. возвышенная равнина с ровной или волнистой поверхностью). То есть целью моей жизни было достижение определенных высот, а потом, уже без напрягов, спокойно плыть по течению. Таким образом, получив опеку над Тиган, я выполнил все свои намерения. И был весьма доволен собой, не стремясь ни к чему большему. Изо дня в день я делал одно и тоже дерьмо. Причем в течение многих лет. Я делал татуировки. Весь день суетился. И всю ночь трахался. Девушки, выпивка, наркотики, вечеринки — все было как в тумане.