— Понятно, это вроде наших маралов.

— Вот именно, Василий. Только роль пятна несколько разная. У маралов оно показывает, что нужно следовать за пятном, а у этой птицы — бежать от него.

Чем дальше входили лыжники в лес, тем он казался более безжизненным, и только свежие следы на снегу выдавали опытному глазу сложные взаимоотношения здешних обитателей.

Незадолго до обеденного привала произошел забавный случай. Когда идешь друг за другом по протоптанной лыжне, то самое интересное могут видеть лишь те, кто идет впереди. Волынцева, которой интересно было понаблюдать за животными в зимний период, отделилась от группы и шла параллельно, разглядывая попутно хитрое кружево следов. С ней пошел Стоев протаптывать лыжню. У небольшой поляны Василий замешкался и нагнулся, поправляя крепление лыж. Марина обошла его, но едва сделала несколько шагов, как что-то белое и мохнатое взметнулось из-под ног, словно выброшенное из катапульты, пролетело над головой и упало прямо в руки второго штурмана. Василий машинально сжал пушистый ком в руках, но из этого клубка шерсти возникла округлая мордочка и вцепилась острыми зубами в палец. Плотная ткань перчатки предохранила от укуса, и все же Стоев едва не выпустил животное.

— Ой, держи, держи! — заволновалась Волынцева, видя, что Василий собирается отшвырнуть непонятное существо подальше от себя,

Торопясь развернуться, Марина захлестнула концы лыж и свалилась в рыхлый снег. В два шага Стоев оказался рядом.

— Не надо, сама! — замахала зоолог руками.— Прыгуна упустишь!

— Куда он денется,— усмехнулся Василий, прижимая зверька одной рукой и протягивая другую.

Но Марина быстро поднялась и принялась рассматривать пойманное животное. Отчасти оно напоминало земного зайца. Длинные сильные задние ноги и сильно опушенный хвост помогали животному делать большие прыжки. Округлые большие уши с жесткими щетинками по краям служили своеобразными усилителями звуков. Передние короткие лапы с коготками были хорошо приспособлены для рытья и ловли насекомых. По размерам зверек был немного поменьше зайца-беляка. Так же, как и у беляка, шкурка его была чисто белого цвета, что позволяло ему легко прятаться от хищников.

— Просто чудо, что он попался,— улыбнулась Стоеву Марина.— Сколько я ни ставила ловушек, он их легко обнаруживает.

Она, тронула за щетинки на ушке прыгуна, тот дернулся и попытался укусить зоолога за руку.

— Ага, неприятно,— отметила Марина и добавила, размышляя: — Может быть, у него это своеобразные локаторы? Во всяком случае он удивительно чуток и превосходно ориентируется в пространстве. И вот что я знаю после долгого наблюдения. Он никогда не прыгает от хищника в сторону, а всегда через него И, оказавшись за его спиной, в несколько прыжков уходит подальше, пока тот успевает повернуться. Хищнику приходится начинать сначала. Наконец он находит прыгуна. Тот подпускает его к себе совсем близко, и, когда хищник бросается, прыгун каким-то образом успевает среагировать на это движение и снова перемахивает через хищника за спину. Так продолжается, пока хищнику не надоест бесполезное занятие или его внимание не привлекает более доступная добыча.

— Вы чего отстаете? — окликнул их Никишин, замыкавший группу.

— Догоним, прыгуна вот поймали,— и Марина приподняла зверька, чтобы показать его геологу. Прыгун, казалось, только и дожидался этого момента. Сильно ударив задними ногами, он, перевернувшись в воздухе, упал в снег. Тотчас его тело забилось в мелкой дрожи, не то от страха, не то от холода.

— Ну вот,— огорчилась Волынцева.— По твоей милости я его как следует не рассмотрела!

— Велика ли беда! — улыбнулся геолог.— Куда он денется по такому рыхлому снегу.

Николай подошел к дрожащему зверьку, нагнулся, протянул руку и... словно подброшенный пружиной, зверек улетел метров на восемь-десять через голову незадачливого ловца.

— Пустое дело, Коля,— подъезжая к месту, где сидел прыгун,— сказала Марина. Она нагнулась и осмотрела ямку в снегу.— Ага, так я и думала!

— И что открылось глазу вдохновенного исследователя? — пошутил Никишин.

— Как ты думаешь, почему он дрожал? — ответила вопросом Марина.

— Тебя бы схватили сейчас какие-нибудь огромные существа — ты еще не так бы затрепыхалась,— сощурился в усмешке Николай.

— Этот зверек привык каждодневно смотреть опасности в глаза и далеко не труслив!

— Думаешь, от холода? — недоверчиво покачал головой Никишин.

— Нет, и не от холода. Просто он готовил себе в рыхлом снеге стартовую площадку для прыжка путем виброуплотнения.

Мужчины потрогали снег, где сидел зверек. Действительно, дно ямки было равномерно плотным и даже толчок задних лап при прыжке не оставил заметных следов.

— Вот это механика!— удивился Стоев.

— Хитер, ничего не скажешь. Но нам пора догонять группу.

Лыжники сошли на трассу и усиленно заработали палками...

Домик Байдариных открылся сразу. Он стоял на краю поляны, занесенный до окон снегом. Справа от него высилась мачта с флюгером и анемометром, а на невысоких столбах располагались датчики солнечной радиации, дождемер, барометр и другие приборы...

Внезапно из-за домика вылетел вездеход и, плавно покачиваясь, помчался навстречу лыжникам.

— Хозяева нас встречают,— удовлетворенно кивнул на вездеход Никишин.

Круто развернувшись, Байдарин затормозил вездеход метрах в десяти от геолога, отодвинул дверцу и, выпрыгнув, побежал, взрывая ногами пушистый снег, навстречу.

— Ну, привет! — Байдарин пожимал руки подходившим лыжникам.— Хозяйка вас заждалась... Обед сготовили на всю группу. Кто хочет, может принять ванну...

— Первому колонисту наш физкульт-привет! — радостно и дружно гаркнули биологи...

Снимая лыжи, входили в дом и постепенно обширная гостиная превращалась в зал ожидания точно на орбитальных трассах или межпланетных вокзалах. Кресел не хватало, и лыжники располагались на мягком ковре, сотканном умелыми киберами ткачихи-модельера имени Сомовой.

— Красиво как! — с восхищением рассматривая замысловатый рисунок ковра, сказала Ада.— Правда, Антон?

— Очень,— улыбнулся ей Кабанов.— Нам бы такой, хотя бы один на двоих. А, Женечка?

— Разве я могу отказать молодоженам? — засмеялась, Сомова.— Считайте, что ковер на всю ширину вашей каюты обеспечен.

— А мы еще не поженились,— серьезно сказала Ада.

— Тогда вам придется подождать,— пошутил Юрий Сомов.— Наша фирма обеспечивает только семейных.

— Не говори глупостей, Юрий,— одернула его жена.— Люди в самом деле подумают...

— Ничего, пусть подумают!

Желающих помыться после трехдневного похода оказалось слишком много, и Байдарин предложил отдать в распоряжение женщин ванную и душевую с горячей водой, а мужчинам помыться в бассейне с комнатной водой. Предложение было принято с воодушевлением. Проведя мужчин через душевую к бассейну, Сергей включил подогреватели.

— Минут через двадцать вода будет теплой,— предупредил он.— Выше тридцати, правда, не поднимается, не предусмотрено конструкцией...

— Сойдет и такая,— раздеваясь, ответил за всех Никишин.

Не дожидаясь пока нагреется вода, он забрался в бассейн и начал мыться, пофыркивая и урча от удовольствия.

— Глядя на тебя, Никишин, невольно вспоминаешь, что человек произошел от обезьяны,— ехидно заметил Владимир Седельников.

— Не путай историю с географией,— отпарировал геолог.— С чего бы это тебе мерещились обезьяны?

— Стоит закрыть глаза и послушать твои рулады, как возникают в сознании фырканье лошади, хрюканье свиньи, сопенье бегемота и урчание пещерного медведя. Единственным млекопитающим, обладающим столь бесподобным подражанием, кроме тебя, является, как известно, обезьяна.

— Я вот сейчас выскочу и посмотрю, с какой скоростью ты будешь карабкаться на вышку, чтобы спастись от заслуженного возмездия,— заявил Николай, намыливая голову.

Географ отошел на всякий случай от края бассейна, но не унялся.