Цветана всегда приносила какие-то послания для Вячеслава – их передавали то Нэл, то Кан. Впрочем, самого Вячеслава мы пока не видели: он был в гуще исследования «проклятия алхимиков», то с отцом, то в окружении других людей – алхимиков из главной чернореченской школы алхимии, где его уважали и любили – то с лекарями, то ещё где-то. И втихую подсунуть ему послания, особенно, вечером, было проще, чем устроить нам с ним встречу, поговорить.

Вышло так, что пока Кан усиленно пил травяные отвары и потихоньку наращивал длительность тренировок для тела, наше дело, наша подготовка к битве с «проклятием алхимиков», да, собственно, и сама битва, уже шли полным ходом. В Черноречье активно занялся исследованием болезни и заболевших Вячеслав, заручившийся поддержкой от отца и школы алхимиков, а Новодалье – болезнь исследовал особый отряд из учителей и учеников школы, основанной Цветаной. Да и в Светополье что-то старался выяснить Ростислав.

Мы с Каном готовились к визиту к Вадимиру. Хотели рассказать, как важно изучать «проклятие алхимиков», тем более, наращивающее мощь, да и… предложить объединение усилий новодальских исследователей со светопольскими и чернореченскими. А Кан мог бы быть посредником по передаче знаний, устроителем встреч лекарей, так как владел магией – и ускорение встреч могло бы намного ускорить приближение разгадки этой таинственной болезни, следовательно, приблизить победу над ней. Хотя, конечно, Враждующие страны прославились из-за своей вражды. И согласятся ли все короли объединиться, ну, хоть объединить усилия нескольких десятков своих подданных, хоть ненадолго, хотя бы ради победы над болезнью?.. Но мы постараемся их убедить объединиться, хотя бы на время!

В выбранный день нас ненадолго задержал дождь. Пока он шёл, мы успели ещё раз подумать о предстоящих действиях. В пути задерживали лужи впечатляющих размеров, которые мы постоянно обходили. Зато воздух стал необыкновенно чистым. Каждый вдох доставлял удовольствие, будто бы очищал тело и душу от усталости и печали. Немногочисленные деревья и цветы, умытые дождём, как будто оживали, пели от радости. Мокрые дома, наоборот, стали ещё темнее, мрачнее…

Без каких-либо происшествий добрались до тронного зала, долго ждали, пока его покинут какие-то влиятельные особы, чей крик порой долетал до нас сквозь толстые створки дверей, покрытых резными оленями. Звери гордо держали свои головы, увенчанные ветвистыми рогами. Этих оленей неоднократно видела на разных вещах и во дворце, и в доме сдающей нам комнаты вдовы. Часто воины моей страны упоминали об оленях на знамёнах Новодалья. На знамёнах Черноречья всегда были волки. На знамёнах моей родины величаво плыли лебеди. Помню, три раза видела живых лебедей и долго не могла оторвать от этих прекрасных птиц взгляда.

- Ты сегодня сварила чудесную кашу, жёнушка. Право, она была намного лучше этих зверей, - неожиданно шепнул мне Кан, обдав меня тёплым дыханием и запахом какой-то травы, которую сорвал с клумбы вдовы, едва мы вышли из дома.

- С чего бы ты вспомнил о той каше? – тем более, не мною приготовленной.

- Нет, ну, сколько внимания этим дверям! Я ревную!

До меня не сразу дошло: мужчина намекал на чрезмерное внимание к оленям, на которых весь новодальский народ смотрел ежедневно. Они должны были запомнить каждую чёрточку в изображении своих любимых зверей.

Пока вслух придумывали, какой у нас был завтрак, отвлекая грустно косившихся на нас воинов, у некоторых из которых в желудках печально заурчало при наших описаниях разных блюд, створки распахнулись, и в коридор выскочили шестеро аристократов. Лиц разглядеть не смогла – слишком быстро скрылись за углом, но вот скудность одежд и блеск богатых украшений заметила. Что-то было не так со знатью «страны серебряных мастеров». Следом вышли Вадимир и Станислав.

- Я вам говорю: нужно сделать иначе… - воин продолжил какой-то разговор, известный лишь им двоим.

- Ещё слово – и вышвырну тебя отсюда, - оборвал его король.

- Мне терять нечего, - усмехнулся Станислав.

- Вот и не возмущайся. А вы, двое, уходите: я ещё не убедился в выздоровлении графини Цветаны.

- Вы давно успели в этом убедиться, - холодно произнёс Кан.

- Упрекаешь короля?

- Нет. И в мыслях не было.

- Значит, у тебя осталась какая-то крупица ума. Убирайся отсюда, маг, и прихвати эту магичку, которая меня околдовала в нашу позапрошлую встречу.

Кан мрачно прищурился:

- Я советую вам меня выслушать.

- Я не обязан выслушивать всех. Стража!!!

Никто не успел: все, кто кинулся исполнять приказ, замерли в самых необычных позах, как будто играли в старинную детскую игру.

- Вам придётся меня выслушать, - строго повторил мой жених.

- Что ты сделал с моими воинами? Ты думаешь, тебе это сойдёт с рук? – кипел от возмущения король. Он не просил пощады. То ли до него не ещё не дошло, в каком положении оказался, то ли гордость перед опасностью – это у них семейная черта или любимая традиция.

Кан убрал с дороги застывшего Станислава:

- Мы тихо обсудим кое-что в зале, а потом разойдёмся.

- Ты не мог совершить глупость большую, чем эта! – возмущался затаскиваемый в зал Вадимир. На него заклинание легло легко и незаметно, оставив лишь способность говорить и сверлить нас злым взглядом.

Я зашла в зал за Каном.

- Дверь не закрывай, - предупредил меня жених, - Тут все застыли. Простите, Вадимир. Нам очень нужно побеседовать и поэтому мы вынуждены предпринимать такие меры, чтобы нам не мешали.

- Ты, маг…

- Не принуждайте затыкать вам рот. Я могу устроить это магией, быстро, но не имею ни малейшего желания это делать.

- Вам в любом случае придётся туго, когда вас поймают!

- Вадимир, вам следовало бы уяснить: мы сами можем за себя постоять.

Гневный взор столкнулся с серьёзным. Мгновение спустя новодальский король недовольно спросил:

- Ну, а от меня вам что надо?

Кан прислонил неподвижного мужчину к стене и совершенно спокойно объяснил, сколь необходимо для Новодалья примирение с двумя заклятыми врагами. Ну, хотя бы временное перемирие. Или хотя бы разрешить нескольким новодальским лекарям объединиться с чернореченскими и светопольски – для сбора сведений о «проклятии алхимиков», которое в этом году наступало намного страшнее, чем в предыдущих. Заодно, как бы между прочим, добавил, что будучи в Синем краю, слышал кой-какие слухи о том, что кое-кто из тамошних королей мечтает отобрать что-то ценное у народов Враждующих стран. Тех, которые уже довольно измучены от распрей между собой. А потому по одиночке их захватить ворогам, полным сил, будет легко.

- С чего бы мне примиряться с Ростиславом и Мстиславом? Я запросто договорюсь со странами, у которых достаточно воинов, чтобы стереть моих врагов с лица земли, - проворчал Вадимир, - Да хотя бы помощи у Лириарда попрошу!

- А потом вы станете лёгкой добычей для ваших союзников.

- Что ты знаешь? – мрачно сощурился Вадимир, - Говори подробно.

- Да я просто бродячий искатель приключений на свою… голову… - Кан ухмыльнулся, - А то просто слухи… но, по-моему, было бы лучше прислушаться к ним.

- Ну, а вам-то какая выгода? Зачем ты вмешался, маг?

Тут в залу влетел запыхающийся белобрысый паренёк, которого заклинание отчего-то обошло стороной.

- Чего тебе? – спокойно спросил Вадимир, видимо, притворяясь, будто его магия не коснулась, просто он так оперся об стену.

- Я из Медного города, мой король, - паренёк огляделся, испуганно сглотнул, но тоже прикинулся, будто ничего особенного не произошло и стражникам в зале аки статуи стоять в позах караульных или наготове для атаки – обычное дело.

- Что тебе велели передать?

- Заболели люди из ближайшей к нему деревни. Вы просили сообщать обо всех таких случаях, поэтому меня послали к вам.

- Сколько человек заболело?

- Семь, мой король.

Король заметно помрачнел.