- Да я понял, что вы из этих… чрезмерно увлечённых учёных, которым, что потоп, что битва под окнами – всё одно, пока они могут цепляться за свои любимые бумажонки, - осклабился новодальский король, - Впрочем, если вы когда-нибудь надумаете…

- Нет, точно нет, - отрезал Кан, - Кстати, а до графини Цветаны кто-нибудь изучал эту болезнь?

- Спросите у моего главного лекаря. Я не обязан знать обо всех их хитростях – я плачу им деньги, чтобы он людей лечили.

Но главный дворцовый лекарь – тот самый знаток по ядам – ничего не знал. Хотя сообщил нам адрес своего мудрого учителя. Делать нечего, мы решили навестить и того.

Учитель королевского лекаря жил где-то на краю столицы в маленьком чистеньком домике. Пришлось подождать на лавочке у крыльца, пока он раздаст наставления ученикам и продаст какие-то отвары больным, объясняя долго и подробно каждому, когда и в каком количестве нужно пить.

- Что привело вас к моему дому? – спросил старик, проводив последнего больного.

Мы поклонились. Любимый почтительно и быстро ответил:

- Мы изучаем «проклятие алхимиков». Мечтаем найти лекарство от этой болезни. О вас слышали много хорошего, поэтому надеемся что-нибудь узнать от вас.

- У меня в памяти застряли только слухи, но от них пользы не будет, - он грустно вздохнул, серьёзно взглянул на Кана, - Эх, нелёгкий же вы путь избрали, молодой человек! Такие упорные лекари мне встречаются редко. До вас только один паренёк из далёкой захудалой деревеньки заходил. Я не принял всерьёз его усилия, впрочем, как и догадки.

- Когда это было? – встрепенулся Кан.

- Около года назад.

- Кто он?

- Какой-то бедный знахарь.

- Где он сейчас?

Старик пожал плечами и опустился на край лавочки.

- Как паренёк выглядел?

- Рыжий, веснушчатый, ничем не примечательный. Учиться лекарскому искусству не пожелал. Вбил себе в голову, будто он сам найдёт лекарство от «проклятия алхимиков». Недоедал, недосыпал, бродил везде в любую погоду. Когда даже самый дурной хозяин забирал собаку в дом, этот паренёк и не подумывал укрыться в моём доме, хотя я его и приглашал. Ни мороз его не брал, ни метель.

Предполагаю:

- Может, заболел кто-то из его родственников?

- Возможно, - горькая улыбка скользнула по губам пожилого лекаря, - Бывает, что болезнь близких или их уход за Грань из-за какой-то болезни толкает людей на изучения лекарского искусства.

- Но почему вы не расспросили знахаря подробно о его жизни? – огорчённо спросил Кан.

- У меня своих волнений хватает. Зачем мне чужие? – старик устало потёр переносицу, - Да и нет от неё лекарства, говорят, от этой-то напасти.

- А как звали паренька? – продолжил расспрашивать мой жених.

- Стёпка Бездомный.

- Спасибо хоть за это.

Мы побрели к дому, в котором снимали комнаты.

- Противно сознавать: болезнь пока сильнее нас, - Кан вздохнул, - Но сдаваться нельзя. Вероятно, кроме нас и того знахаря противников у неё нет.

- Найти бы того знахаря!

- Поищем.

В десяти шагах от нас возник в облаке искр молодой мужчина в чужеземной одежде. И штаны, и рубашка, и плащ незнакомца были сшиты из переливающейся ткани. Плащ скрепляла застёжка в форме крылатой ящерицы, держащей янтарный шар. Чёрные волосы доставали до плеч. Первые прядки маг заправил за уши. Взгляд карих глаз деловито остановился на лице Кана:

- У меня к вам предложение, уважаемый маг.

- Я занят, - спокойно отвечал мой любимый, на которого ни появление незнакомого мага, ни его странная одежда не произвели никакого особого впечатления.

- Моё предложение должно вам понравиться, - блеск глаз незнакомца напомнил мне лезвие кинжала, вытащенного из ножен.

- Милая, иди вперёд, - подмигнул мне жених, - Я тебя догоню.

Неохотно побрела. Раз Мириона пока молчит, может, всё обойдётся?..

Оказавшись у поворота, обернулась. Незнакомец пытался в чём-то убедить любимого. Тот с непроницаемым лицом оборвал его и побежал ко мне. Чужеземный маг тут же исчез.

- Кто это? Что ему было нужно?

- Дракон. Так, старый знакомый, - Кан нахмурился, - Алина, прошу, забудь о нём! Нам не о них нужно думать. У нас есть дела поважней.

Разумеется, я не могла об этом не думать, хотя усиленно старалась сделать вид, будто мне всё равно…

Магия творила чудеса не только магические, но и ощутимо практические: благодаря дипломатическому посредничеству Кана и его магическим умениям, уже через пару дней собрался отряд из новодальских, чернореченских и светопольских лекарей. Аж в пятьдесят два человека, не считая нас! Особенно постарался Ростислав: молодой король отсыпал каждому из собранных им по пятнадцать золотых на дорожные расходы. Причём, отправил с нами он не абы кого, а лучших лекарей и знахарей Дубового города и окрестных деревень, да ещё двух целителей. Мстислав явно пожадничал и набрал всех подряд, преимущественно, зелёных юнцов или дряхлых стариков, как будто подбирал по принципу «ну, ежели и прирежут кого – невелика потеря». Цветана выделила шестнадцать человек из учителей и учеников школы, причём, судя по серьёзным лицам и горящим глазам – этих лекарей и учёных явно интересовал сам процесс исследования и поиск заветного лекарства. С таким отрядом нам предстояло вступить в бой с «проклятьем алхимиков».

Радость моя испарилась в первую же встречу найденных помощников: Кан не успел произнести и двадцати слов, а «отряд» уже поругался.

- Нет, вы только поглядите, как он на меня смотрит! – вспыхнул напыщенный лекарь из моей страны. – Да я, с тобой, подлецом, вообще встречаться не хотел! Я тебя, гада, вообще видеть не желаю!

Прежде чем добежала до них, злой лекарь вылил на скромного молодого знахаря из Черноречья столько грязи, что не разозлиться тот не мог. Сидевшие рядом, к несчастью, оказались из их двух стран, а не из Новодалья. Как и следовало ожидать, заступились «за своего». Из рукавов и голенищ сапог, из-за поясов потянулись кинжалы. Из людей, оставшихся равнодушными к перебранке и назревающей драке, большинство из людей Цветаны. Они и сидели вместе, поодаль. И в драку лезть не спешили.

- Остановитесь, пожалуйста, остановитесь! – закричала я.

Как будто не услышали. С двух сторон летели гнусные упрёки и ругательства. Обвиняли во всём, в чём только можно обвинить. Если бы не мои испуг и отчаяние, отдельные обвинения своей нелепостью могли бы вызвать смех:

- …А ваши кошки своими когтями могут так лицо расцарапать!! Вы бы с таким удовольствием натравили их на нас!

- Да ты хоть видел наших кошек?! Это тихие и кроткие существа!

- Никогда в жизни я ваших кошек не видел! Противно на них смотреть!

- Ах, вот ты как о нас заговорил! Тебе на нас смотреть противно!

Попробовала перекричать их, призывая к порядку. Когда сообразила, что натворила, было уже поздно. Меня грубо схватили за плечи:

- Ты откуда взялась? – грубо спросил у меня широкоплечий мужчина, чьё лицо пересекал шрам.

- Я из Светополья. Мы с вами земляки.

Зря сказала. Светопольцы тут же обвинили меня в предательстве и единодушно решили прирезать на этом же месте. Тут кто-то из новодальцев поднялся и вытащил из-под рукава кинжал…

Кан появился рядом в огненном ореоле, с мечом в руках. Удары и заклинания полетели на окруживших меня. Многие из чернореченцев и светопольцев сообща бросились на него. Хотя кто-то и отошёл в сторонку, с любопытством наблюдая за дракой. Вот люди Цветаны опять-таки проявили меньше всего рвения влезать в склоки.

Эльф расшвыривал всех с яростью разбуженного зимой медведя, уклонялся и наносил удары с холодной быстрой расчётливостью, словно падающий с небес на добычу сокол, всегда попадал в цель, никогда не давал задеть себя. Трясясь от страха, я ждала исхода. Никогда раньше так не злилась на мою женскую долю. Моего голоса не слышат, моей силы так мало. Именно сегодня поняла, сколько бессонных ночей и утомительных дней провёл любимый в длительных, изнуряющих тренировках по использованию магии и оружия. Именно сегодня увидела, каким бесстрашным и могучим он становится, когда защищает кого-то дорогого ему.