Но тут… Нэл рассказал историю моих родителей! Так подробно, что я не мог бы усомниться, будто он рассказывает о ком-то другом. Неужели они не только выяснили, что это я наложил заклинание на дворец, но и поняли, из какой я семью, поняли, что я остался жив? Только не это! И отчего такое чувство, будто от меня утаили самое главное?

- Я, наверное, схожу с ума… - добавил Нэл глухо.

А я-то причём? Чего ему от меня нужно?!

- С самого детства мечтал о том, чтобы Кан был жив, и мы когда-нибудь с ним встретились, - грустная улыбка.

- Вы были знакомы?

- Увы, я родился после того, как он ушёл за Грань.

Проще всего перестать слушать и уйти. Сумасшедший ли он или нет, не важно.

«- Кан… - позвал он тихо, - Я понял, что это был ты!» - чётко прозвучало в моей голове. Как бы самому с ним с ума не сойти…

Помедлив, молодой эльф шагнул в отделявшую нас пропасть и полетел вниз, на камни.

- Когда нахожусь рядом с тобой, мне почему-то кажется, будто ты – это Кан. Не могу найти тебя из-за прикрывающего заклинания, но как-то угадываю, в каком месте ты в тот миг находишься. Перемещаюсь – и обнаруживаю тебя.

О том, что видит моё лицо и отличает след от моей магии, солгал или нет? Ох, он меня запутал. Однако было бы не дурно, если б ему не удавалось найти меня с магией.

- Узнаю тебя под любой иллюзией. Без магии. Просто чувствую, что это ты.

Наши взгляды встретились. Если маг не врёт, мы – родственники. Возможно, это объясняет слова приснившегося мне мальчишки. Но почему такое чувство, будто о самом главном я ничего не услышал?

- Ты – Кан, да?

Возможно ли так, чтобы ему не было известно обо мне ничего, но он угадал, кто я, слушая внутренний голос?

- Ты тот эльф, которого я с детства мечтаю встретить?

Признайся он, почему так хочет встретить исчезнувшего в пламени Кана, быть может, остался бы ненадолго, но эльф о том ничего не сказал.

- Нэл, ты уже не ребёнок, а до сих пор веришь в сказки. Если кто-то ушёл за Грань, то никогда не вернётся.

- Почему я слышу это именно от него?

Нет, он нисколько не сомневался в том, кто перед ним, просто не решался прежде это показать. Несколько раз колебался, а я уходил быстрее, чем он решался заговорить.

- Того Кана нет. А я – совсем другой эльф.

Слишком много времени прошло, слишком сильно повлияли на меня те грустные события, поэтому не могу быть прежним. И своей местью отрезал себе путь назад. Впрочем, был ли раньше путь назад? Кажется, тогда, в семь лет, путь назад скрыло магическое пламя. Пусть даже сзади остался кто-то, кто мечтал со мной встретиться, кто-то из моих родственников, Кан не сможет вернуться.

- Но…

- Ты сумасшедший, парень, - хлопаю его по плечу, - Столько раз добивался встречи со мной только для того, чтобы задать такой глупый вопрос, тот ли я эльф или не тот.

Нэл отшатнулся, будто его ударили. Зелёные глаза наполнились болью, не притворной болью, а настоящей. Казалось, меня могла лишь уколоть совесть, но почему-то стало больно самому. Но, разумеется, прощения просить у чужого эльфа не стал. Даже будь он как-то связан с моей семьёй, неужели не мог предположить, как опасно Кану возвращаться, если тот жив, не мог додуматься, что не следует задавать такой вопрос? Чего он ждал, сказав мне так мало?

- Послушай… - робко начал молодой эльф. Именно молодой, раз родился уже после того страшного дня.

- Нэл, я всё выслушал. Теперь оставь меня.

Складываю смесь заклинаний. Нэл мнётся, мучительно подыскивает слова, которые, как ему кажется, заставят меня передумать. Наивный, почему он о таком мечтал? Ну, был у него среди родственников мятежник, ну, пошёл сын мятежника умолять короля просить отца и мать. Да, сгорел заживо, хотя хотел поджечь тронный зал, чтобы напугать короля. Какое магу дело до сына мятежника, забытого родственниками? Да и зачем ему мне помогать? Он и без меня в ужасном положении.

Повернувшись спиной, подхватил свои вещи с земли. Мужчина добежал до меня с некоторым опозданием. Я бросил последний взгляд на него перед перемещением. Заклинание будто бы размазало окружающее.

- Постой, Кан!!! Постой… - остальные слова отрезала матовая стена.

Переместившись, почувствовал себя скверно. Тело было здорово, но на душе мерзостно. Чувствовал, что перед моим перемещением Нэл таки заговорил о главном, но слишком поздно: я не успел это услышать. Да, впрочем, и не нужно. Кан, сын мятежников, не вернётся. А Григория и Канрэла не поймали. И не поймают!

Почти час потребовался на то, чтобы успокоиться и выкинуть ту встречу из головы. Подумав, я всё же отправился к указанной эльфом деревне, так как желал найти Алину. Хотя и думал, а вдруг он всё-таки должен был заманить меня в засаду? Но он мой родственник, стал бы он? Тем более, что тогда, у рассыпающегося пылью дворца, он не напал на меня. Но… он был изгнанником. Вдруг бы он хотел купить прощение, заманив меня, разрушителя одного из главных сокровищ Эльфийского леса, в западню? И всё же я слишком хотел найти любимую, потому уцепился за единственную ниточку, что у меня была.

К вечеру добрался до места. Отдал серебряную монету старосте и получил разрешение переночевать в пустом доме. Что-то в его выражении лица настораживало, но я слишком устал, чтобы выяснять что-либо. Если моя любимая по-прежнему здесь, то завтра встречусь с ней, если нет, начну расспрашивать, была ли она здесь и куда ушла. Да, меня могут поймать здесь. Вроде никого из остроухих не видно, но они могли и спрятаться. Да ладно, они и в других местах могут прийти за мной! И… всё же хочется доверять моему родственнику. Что он не скажет про меня хотя бы из сочувствия к другому, кто тоже сильно пострадал. Ну, хотя бы из-за уз общей крови.

Попросив зажечь свечу и отдав за это медную монетку, вошёл во двор пустого дома. Огород был подозрительно помят, цветов и плодов на растениях не было. Ветки обломаны. Как будто кто-то с жадностью обрывал плоды и выкапывал корнеплоды. Определитель не сообщил ни о чьём присутствии. Возможно, засады в доме нету. Ну, или он не всё эльфийскую магии может засечь.

Дом оказался на редкость пустым и мрачным. Немногочисленная мебель была сдвинута или перевёрнута, словно хозяева собирались в спешке. Впрочем, скорее уж, они взяли с собой самое ценное, потом пришли соседи и забрали остальное. Осталось лишь давно сломанное либо готовое развалиться в любой миг. И в доме меня никто не поджидал.

Присев, провёл пальцем по полу. Слой пыли был подозрительно тонкий, значит, хозяева ушли недавно. Странный дом. Впрочем, мне не интересно, какие тайны он скрывает. Переночую и пойду расспрашивать об Алине.

Закончив обход, запер ставни и дверь, поужинал. Доедал уже в темноте, когда догорела свеча. Магией решил внимание не привлекать. Растянулся на твёрдой кровати, прикрылся плащом. Спать так намного хуже, чем на голой земле: из-за крыши не видно звёзд.

Между изголовьем кровати и стеной была щель, рука то и дело попадала в неё. Не вытерпев, слез, зажёг на полу магический огонёк, который светил, но не сжигал. Попытался придвинуть кровать к стене. Что-то мешало выполнить мной задуманное. Отодвинул кровать, и какая-то тонкая деревянная вещь упала на пол. Пошарил рукой, не сразу нащупал выпавшее, сжал, вытащил и поднёс ближе к огоньку. Это оказался женский гребешок, сделанный из какого-то недорогого дерева. Точно такая же форма, как у гребешка Алины. Необычное совпадение: в двух враждующих странах сделали одинаковой формы расчёски.

И вдруг изумлённо замер. На ней были те же цветы, те же царапины! Старый дом подбросил неожиданную загадку: в нём почему-то оказалась вещь моей любимой. В серединке крайнего цветка незабудки и на краешке верхнего лепестка розовое пятнышко. Сам видел, как капля борща упала на гребешок Алины в этом самом месте.

Потушив огонёк, улёгся, прижав сокровище к груди. Выходит, Нэл не соврал и ещё недавно любимая жила в этом доме, спала на этой узкой кровати. Где она теперь? Кто был с ней? Тот мужчина – маг, перенёсший её на ветре через стену Дубового города или кто-то другой? Если он тот самый маг, то почему не вытащил Алину из тюрьмы, а она после того продолжает ему верить? Или ей больше не на кого положиться? Не буду от себя скрывать: я ревную. Однако прижиться ревности не дам. Хватит уже тратить годы на чувства, ведущие в никуда.