По земле расползалась заря... Траву и дорожки покрывала роса… Было холодно, в спину бил сильный ветер… На небе слипались, разрастались и темнели облака, быстро затягивая небо... Отчаянно скрипели ветки старых деревьев... В воздухе зависло напряжение. Надеюсь, мальчик жив. Будет грустно, если он уже перешагнул Грань...

Я бежал по королевскому саду… Бежал и всё не мог понять, что же случилось, ведь ещё недавно Мстислав радостно смеялся, слушая от приближенного об успехах сына, а тут вдруг вернулся очень сердитый… что произошло?.. Вячеслав в чём-то ошибся?..

У главной двери дворца никого не оказалось. Створки были распахнуты, на ступенях валялся чей-то обломанный кинжал… Откуда-то ветер приносил запах дыма. Кажется, с применением алхимии. Слева ругались, кричали, умоляли…

Люди толпились в саду, а земля… трава была выворочена огромными комьями, пожухла… и тут и там были огромные ямы… несколько деревьев превратились в обугленные кочерыжки…

Я пробился сквозь толпу и испуганно замер: Вячеслав с обожжённым лицом и руками был распростёрт на земле, рядом стоял на коленях его отец.

- Да где же эти проклятые алхимики? – проорал король Черноречья, - Где лекари? Где они все?! Почему их нет, когда надо?! Я с них всех кожу велю спустить, если он… если мой сын…

Люди вдруг расступились, пропуская сухонького старика с ужасным старым шрамом от ожога на пол лица.

- Приветствую вас, мой…

Мстислав оборвал его:

- Что с ним?! Говори, живо!

- Мне трудно определить… - алхимик растерянно потянул тощую бородку, - Тут среагировала смесь искусственных веществ… большая смесь… - осторожно взял левую руку мальчика, жутко обожжённую от кончиков пальцев почти до локтя, - Но как такое возможно? Вячеслав вещества в свои браслеты-гроздья подбирал так, чтобы они друг с другом в опасные реакции не вступали…

Мстислав побелел:

- Это я… я во всём виноват! Когда я отправился в поход в Светополье, сын подарил мне кольцо с каким-то камнем. Сказал, если меня обезоружат и свяжут, мне достаточно будет плюнуть на камень – и верёвки сгорят, правда, вместе с моей одеждой. И если затем я швырну кольцом по врагам – они лишатся одежды и оружия, пеплом те осыплются и, может, это поможет мне выжить. Я хотел притвориться, будто разгневан тем, что он выступил против Борислава, швырнул его подарком ему в лицо. Кольцо скатилось по рукаву – и попало по его браслету… и тогда… о, что я наделал! – плечи его опустились, он сгорбился.

- Значит, в реакцию вступил чужой камень, появление которого принц не учёл, - алхимик устало опустил голову.

Получается, Мстислав не нападал на сына. Даже не думал. Просто случилось несчастье, потому что принц таскал при себе столько алхимической пакости. Просто составляя свой защитный браслет, Вячеслав даже не подумал, что однажды отец может швырнуть в него его же подарком с искусственным веществом… Ох, если бы он!.. И если бы Мстислав не вздумал припугнуть сына!..

Хлынул ливень. Мальчик облизнул попавшие на губы капли. Лицо его начало бледнеть, а дыхание замедляться. Увы, у меня не было никаких знаний об алхимии, я не понимал, как помочь.

- Он… он выживет? – отчаянно спросил отец, убитый горем.

- Боюсь, как бы у него внутренние органы не сгорели… - голос алхимика дрожал, - Да и… боюсь, что отравление и удар о землю после взрыва были слишком сильные…

Принц начал бредить. Он глотал капли, разговаривал с кем-то. Шептал о каком-то огне, непонятном законе, чьей-то силе. Вспоминал каких-то людей, будто бы видел свет и звёзды в пустоте. Иногда замолкал, словно теряя сознание. Люди отчаянно смотрели на него… на свою надежду, которая угасала… Ведь они верили в него! Они поверили в него! И всё так закончилось… всё так быстро и так горько закончилось!.. Но, пожалуй, больнее всего было смотреть на лицо сгорбившегося Мстислава, ведь тот не хотел, чтобы сына постигла такая беда, такая мучительная гибель! Тем более, что это он швырнул в него то злосчастное кольцо…

А дождь всё лил, лил… Мы все вымокли насквозь, но никто и не думал уходить. Чернореченцы стояли, опустив головы. Словно они хотели все вместе проводить своего принца в последний путь…

Вдруг тело мальчика охватило синевато-оранжевым пламенем. Люди рванулись в разные стороны. Принца обняла пелена зелёного и красного света, мерцающая пыль, и языки пламени.

- Алхимик, сделай что-нибудь! – отчаянно взревел Мстислав.

- Простите, мой король. Я ничего не могу, - потерянно ответил старик, - Боюсь, мы отравимся все, если не уйдём. Дождевая влага, смешавшаяся с остатками веществ, вызвала новый круг реакций! Эту цепь мне не разорвать… слишком она быстро пошла вперёд…

Король, алхимик и я застыли возле жуткой пламенно-пылевой стены дольше всех.

Мстислав до крови закусил губу. И глухо бросил:

- Уходим!

Он и алхимик кинулись прочь.

Какой-то камень взорвался, отбросив меня на двадцать шагов. Над местом взрыва клубилось нехорошее завихрение. Не обращая внимания на боль, я поднялся и, поскальзываясь на грязи, стал обходить опасное место, чтобы приблизиться к принцу с другой стороны.

Надо вытащить Вячеслава. Может, пока ещё не поздно?.. Может, если спрятать его от дождя?..

Меня сбил усиливавшийся ветер. Он срывал ветки, гнул стволы, сгонял тучи. Казалось, все порывы возникали именно здесь, на клочке сада рядом с дворцом, почти все метались вокруг мальчишки, брошенного в грязи на растерзание непогоды и жутких смесей...

Очередное заклинание, которым собирался укрыть Вячеслава от дождя, комьев грязи и оборванных стеблей появилось и исчезло за три удара сердца, над моим плечом появился луч, скользнул к принцу. Порыв ветра поднял луч и как-то отшвырнул…

Ветер несколько раз сбивал с ног. Потеряв уверенность дойти, с трудом удерживая в воображении новое заклинание, я пополз. Начался поединок между взбесившимся ветром и мной. Расстояние с пол пальца одолевал после долгой мучительной борьбы. Закусив губу, полз, полз. Иногда падал лицом в грязь, поднимался на локтях, стирал грязь с глаз, и двигался вперёд.

Это мой друг. Мой друг. Я же не могу бросить его так, здесь, под дождём! Может, ему станет лучше без этого дождя?.. Может…

Огненная пелена, буйствовавшая над телом принца и сцепившаяся с дождевыми струями, вдруг исчезла. Добравшись до Вячеслава, не понял, дышит ли он. Положил ладонь ему на грудь. Почувствовал, как тихо бьётся сердце принца. Ветер перестал меня толкать, метался вокруг, образовывая небольшой овал. На разыгравшийся ураган он нисколько не походил, так же как и не походил на бурю. Им кем-то управлял, ветер не мог так странно дуть, но Определитель не замечал магии в воздухе. Прочтя заклинание, обрывающее любую магию поблизости, ничего не добился. Магии рядом не было. Таинственным явлением никто не управлял. Как же так? Откуда оно взялось?.. Или… вмешался какой-то древний маг? Но зачем?..

В отчаянии закричал кому-то, что не позволю трогать друга. Кого-то обозвал, хамил. Сплёвывал попадающие в рот струи, смешавшиеся со стекающей грязью, и вновь кричал. Не задумывался, дойдут ли крики до того, из-за кого в природе всё резко изменилось. Кажется, похожее состояние было, когда в семь лет прорывался к королю эльфов. Впрочем, нет, оно чем-то отличалось…

Обессилел от волнений и крика. Но всё равно отчаянно, сердито кричал. Кричал неведомо кому…

Неожиданно пропали звуки, пропал мой крик. Бушевал ветер, и одновременно что-то вокруг остановилось, замерло. Моё тело рассыпалось, я перестал ощущать его, куда-то падал, а потом… слился с окружающим меня миром.

Я видел мальчишку, видел прячущихся в глубине дворца людей, видел где-то внизу самого себя… Я знал каждого, кто находится внизу... А в теле принца пылал какой-то синий огонь... Вода собиралась в небе и бледным светом падала вниз… Вода покрывала весь сад, скатывалась с крыши домов… А свет падал только на Вячеслава... Я стремился потушить огонь в теле мальчика... Меня обжигала какая-то гадость, рассыпанная и разлитая на земле... рассыпанная и разлитая на мне, на моей коже… она разъедала… было больно, но этот мальчик… Я хотел спасти мальчишку, направлял свои силы, силы из моей души и они колонной света устремлялось к нему... Может, если я отдам ему сил, его душе и телу хватит сил, чтобы жить, чтобы справиться с отравой?.. Скользнул к колонне, упал вместе с ней вниз… Почувствовал жизнь в усталом теле, борьбу между светом и чёрным ядом, впитавшимся в кожу… Я был всем, был везде... Я даже на миг почувствовал его муки – и это было жутко… Я был всем, был везде… И всё-таки участь принца больше всего заботила меня... Где-то пыталась докричаться до меня девушка… Где-то затихло море… сошла с гор лавина… Я не мог их остановить, потому что всё моё внимание, все силы моей души собрал тут… Там… там кто-то падал под лавиной… их было жалко… их страх, их боли становились моими… но этот мальчик… он мог бы многое… у него чистое сердце… он не должен уйти так рано на новый виток своего пути!