— Я Энни Рид, по поводу места, которое вы мне предложили.

— Я предложил вам место? Ну, этот вопрос еще окончательно не решен.

Огонек интереса, вспыхнувший было в глазах ковбоя при появлении Энни, потух.

Ладони девушки стали влажными. Усилием воли она заставила свой голос звучать спокойно:

— Мистер Рассел, по телефону вы сказали, что я могу получить место повара на вашем ранчо.

— Ну зачем же сразу сердиться. — Развалившись в кожаном кресле, он принялся читать ее короткое резюме.

В конторе, обитой панелями из сосны, было тихо. Энни совладала со смятением, царившим в ее душе, и стала прислушиваться к звукам, доносившимся снаружи: к обрывкам разговоров, смеху, негромкому стуку копыт лошадей.

Закончив чтение, мистер Рассел поднял глаза от бумаг и покровительственно улыбнулся:

— Ну, милая барышня, читать тут особенно нечего.

Он бросил бумаги на стол и резко выпрямился в кресле. Теперь ковбой не улыбался.

— Что ж, попробуйте произвести на меня впечатление. Ранчо Санрайз-Пикс пользуется международной известностью — мы должны поддерживать репутацию.

Энни выпрямилась, пытаясь ничем не обнаружить своего отчаяния. «Никогда нельзя показывать своего волнения», — подумала она и напустила на себя самоуверенный вид.

— Ну, для начала — я выпускница Американского института кулинарии в Сент-Хелене, штат Калифорния.

— Что-нибудь еще?

Она глубоко вздохнула:

— Я работала помощником повара-кондитера и специалиста по сладким блюдам в течение нескольких месяцев, еще когда посещала занятия.

— Почему его имени нет в рекомендательном письме?

Энни вспомнила, в какую ярость пришел повар Франко, когда обнаружил, что она собирала булочки, печенье и пирожки и раздавала их людям в мотеле-общежитии, где жила. Владелец ресторана разрешил ей забирать излишки. Несмотря на это, Франко уволил ее.

— Мне не хотелось беспокоить его. — Врожденная честность заставила добавить: — Однажды мы с ним повздорили.

— То, что вы, милочка, помогали изготовлять сладкие блюда, вряд ли доказывает, что вы достойны занять место шеф-повара по блюдам для гурманов и удовлетворить вкусы наших весьма искушенных клиентов.

— Я выпускница института кулинарии, — повторила она. — И владею навыками изготовления блюд самой разнообразной кухни. — Она сжала одной рукой другую, чтобы скрыть их дрожь. — До поступления я, в соответствии с требованиями института, проработала год. Моя работа в качестве повара и хлебопека в ресторане «Дейли брэд» была признана удовлетворительной и зачтена архивариусом-регистратором. В общем и целом, я обладаю достаточно высокой квалификацией.

— Не для моего ранчо. Если вы так уж настроились быть поваром на ранчо-пансионате, так заводите свое собственное.

У нее перехватило дыхание, но она все-таки заставила себя проговорить немеющими губами:

— Это означает, что работу я не получу?

Рассел встал и, обойдя стол, приблизился к ней. Его довольно привлекательное лицо расплылось в улыбке:

— Прости, милочка. Хоть ты, конечно, и прехорошенькая кобылка, но нанять тебя в качестве шеф-повара я не могу.

Он присел на край стола.

— Однако ты девушка смышленая. И можешь прекрасно устроиться здесь в другом качестве. Хочешь стать моей личной ассистенткой? Это неплохие деньги плюс масса развлечений и апартаменты в моем крыле дома. — Он протянул руку и широким пальцем с наманикюренным ногтем коснулся ее щеки. — Я буду хорошо с тобой обращаться. Так что ты на это скажешь?

— Спасибо, но мне это не подходит.

Держась очень прямо, она поднялась со стула и взяла свое резюме. Омерзение разливалось в ней, как желчь, жгло внутренности, как огонь. Она не вынесла бы еще и одной минуты рядом с Расселом.

Ковбой загородил ей дорогу. Лицо его вдруг стало очень неприятным.

— Подумай о моем предложении. Работу найти не так-то просто.

Она посмотрела ему прямо в глаза и, стараясь, чтобы лицо ее выражало только хладнокровие и ледяное спокойствие, ответила:

— Нет.

Пожав плечами, он вернулся к компьютеру.

Энни схватила свои документы и твердым шагом вышла из конторы.

Час спустя она снова остановилась в маленьком городишке, который рано утром проезжала по пути на ранчо Санрайз-Пикс. Сейчас она сидела за столиком в кафе под названием «Кофи кап». Энни забилась в угол оранжевого винилового сиденья, высокая спинка которого отгораживала один столик от другого, образуя отдельные кабинки. Запахи лука, бургеров, жареной картошки наполняли помещение, так же как запах моющего средства с ароматом сосны и испарения смертельно опасного для жизни пойла, которое здешний повар изготовлял из кофе. Ситуация, в которой оказалась девушка, ее не радовала. Она здесь, в городишке Дриппинг-Спрингз, штат Аризона, до дома девять часов езды, в кармане ни гроша, все кредитные карточки закончились, на носке колготок дырка… В этой жалкой забегаловке приходится пить густые помои под названием кофе.

Энни отхлебнула из чашки и с трудом удержалась, чтобы сразу же не выплюнуть его. Наверняка какая-нибудь закусанная мухами корова отдала бы полкопыта и одно ухо за возможность использовать эту жидкость в качестве средства от насекомых.

Привычная суета маленького кафе напомнила ей школьные годы, время, когда она после занятий работала в кафе «У Пита». Интересно, не нужна ли им здесь повариха или официантка?

— Подлить горяченького, дорогуша?

И горячий кофе полился в ее чашку. Наливала напиток веселая официантка в буром и местами прожженном форменном халате некогда оранжевого цвета. К груди ее была пришпилена карточка с именем «Верна».

— Спасибо, Верна. — Энни собрала последние силы и улыбнулась.

— А может, пирога? — И прежде чем девушка успела ответить, Верна добавила: — Гас особенно гордится своей выпечкой. К нам со всей округи съезжаются специально отведать яблочного пирога.

Несмотря на то, что Энни довелось мельком увидеть этого Гаса — в грязном переднике, с волосатыми лапами и потной физиономией, — она ощутила при словах официантки такой приступ голода, что заурчало в животе. И тем не менее отрицательно покачала головой. При нынешнем финансовом положении она могла позволить себе только кофе.

— Спасибо, не надо.

— Что-то случилось? — спросила официантка тихонько. — Почему такой грустный вид? Молодой человек бросил?

— Дело не в этом. Просто я, честно говоря, практически на мели. Кстати, вам здесь еще одна пара рабочих рук не нужна?

Верна с сожалением покачала головой:

— Извини, нет. — Она наполнила доверху керамическую чашку с толстыми стенками. — Прибереги свои денежки. Пей себе кофе и сиди тут сколько душе угодно.

— Еще несколько минут. Мне надо сообразить, где сегодня устроиться переночевать. — Энни живо представила себе, как спит в своей машине на обочине дороги, а вокруг бегают койоты. — Я приехала сюда, рассчитывая получить место шеф-повара на ранчо Санрайз-Пикс.

— Это у Бена Рассела. — Верна скривилась. — Это ранчо принадлежало его папаше, еще когда Санрайз-Пикс было нормальным скотоводческим хозяйством.

— А вы Рассела хорошо знаете?

— С пеленок.

Вертя в пальцах бумажную салфетку, Энни рассеянно смотрела в окно на мирный городской пейзаж и раздумывала, что же ей делать дальше. По дощатым тротуарам неспешно прогуливались горожане. Она перевела взгляд на высокие, поросшие лесом горы, окружавшие городок с трех сторон. Наверное, в таком красивом месте приятно жить.

Верна подошла к ее столику. В руках у нее была тарелка супа и две булочки.

— Это вон Кэппи заказал, а потом передумал, сказал, возьмет чили. — Она кивком указала на пожилого бородатого ковбоя, сидевшего у стойки. — Что хорошей еде пропадать? Сделай одолжение, съешь это.

— Вы уверены, что это удобно? — Гордость Энни тщетно боролась с невыносимыми муками голода.

— Ешь.

И Верна пододвинула поближе к девушке блюдечко, на котором лежали две булочки и три кусочка масла.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: