Глава 23

Арлин

— А знаете, что я думаю? — пробормотал генерал Хокинг, ни к кому конкретно не обращаясь за главным столом и слегка запинаясь благодаря трем чашкам настойки риита, выпитым ранее. — Пожалуй, я изменю этот дурацкий закон. Вы, леди, самые красивые создания, которых я когда-либо видел.

Поскольку мы вернулись в деревню в середине ночи, было решено, что пир за завтраком был более приемлем. С рассветом нового дня пришла заря новой надежды для Варгов. Длинные столы были поспешно расставлены вокруг центра общины, где сидели Альфы, их пары, почетный гость — генерал Хокинг — и новые «три мушкетера».

Я посмотрела сначала на Трайна, потом на Сиенну и Натали, затем на «трех мушкетеров», сидевших напротив.

— Ты разговариваешь с нами? — спросила я у Хокинга.

— Да, черт возьми! — он ударил пустой чашкой по столу, заставив многих Варгов вскочить на ноги в тревоге, но им не стоило волноваться. Казалось, генерал внезапно страстно возненавидел членов собственного общества. — Как только я вернусь, мы с Рентом немного… побеседуем. И я собираюсь закрыть этот проклятый Центр раз и навсегда. Твоя мать проплакала несколько недель после того, как губернатор вынудил нас отправить тебя в Центр.

Нелл на мгновение огляделась вокруг, прежде чем поняла, что он обращался к ней.

— Она плакала?

Хокинг повернулся к дочери, его опущенные глаза были влажными от эмоций… и от выпивки.

— Мы оба плакали, моя милая девочка. Прости… — он подавился своим восьмимиллионным извинением перед Нелл, а затем начал снова: — Я думал, что мы поступаем правильно.

Нелл поцеловала его в лоб.

— Я прощаю тебя, отец. А теперь, почему бы тебе не попробовать пюре из спиральной травы или печеного ротопила? Думаю, пора что-нибудь съесть.

Он мрачно кивнул и откусил большой кусок ротопила.

— Эй, это же рыба! Я так давно не ел рыбы. Настоящая рыба, а не та фальшивка, которую подают в колонии.

Натали наклонилась, чтобы взглянуть на генерала, на ее лице отразилось беспокойство.

— Как думаешь, сколько времени это займет?

— Что именно? — Хокинг радостно затолкал в рот еще один кусок рыбы.

— Изменение закона и закрытие Центра. Сколько нужно времени?

— Ох, — протянул он, отложив вилку. — Боюсь, это произойдет не сразу. Нам повезет, если пройдет меньше двух лет. А может, и дольше. Это будет долгий и тяжелый бой.

На лице Нат появилось то же самое пустое выражение, которое возникало, когда она мысленно производила вычисления. Девушка поморщилась, возвращаясь к реальности, и улыбнулась.

— Хорошо.

— Хорошо? — переспросила Лисандра. — Как это может быть хорошо? Я хочу, чтобы эту дыру закрыли уже завтра!

— Мы все этого хотим, но если Хокинг сдержит свое обещание позволить сиротам присоединиться к нашему племени, — она прищурилась, молча предупреждая генерала, чтобы он не посмел предать нас, — то два года дадут нам достаточно времени, чтобы расширить генетический фонд и обеспечить выживание как вида.

— Оу, — выдохнула Лисандра, выглядя так же противоречиво, как и я.

Естественно все хотели, чтобы Учебный Центр закрыли и чтобы терранские женщины всех размеров были признаны красивыми, но сейчас, когда мы стали Варгами, наша главная забота должна была заключаться в выживании собственного вида. Кроме того, такое изменение структуры общества, вероятно, займет годы, а может, десятилетия.

Я наклонилась к Трайну и провела рукой по его твердому как камень бедру.

— Ты это слышал?

Его набедренная повязка дернулась, когда мой мизинец пробежался вдоль паха, и Трайн тихо застонал.

— Ты ожидаешь, что я хоть что-нибудь услышу, когда ты делаешь это?

Его улыбка была хищной и многообещающей. Мои соски затвердели в ожидании, когда мы останемся наедине… я надеялась, что мы как можно быстрее покинем пир.

Я одарила его своей самой дьявольской ухмылкой.

— Я же говорила, что все будет хорошо.

— Говорила, — улыбнулся он, быстро поцеловав меня в висок.

— Думаю, сейчас самое подходящее время признать, что я всегда права.

Трайн рассмеялся, согревая мое сердце и опаляя плоть.

— Да, дорогая, — согласился он со смешком.

Настроение в племени было праздничным и расслабленным… более расслабленным, чем когда-либо прежде. Щенки гонялись друг за другом в лабиринте из столов, влюбленные флиртовали у костра, а свежий утренний воздух наполнял смех. Варги Холмов и Долины сидели вместе, шутили и воспринимали друг друга как братьев.

Но радость иного рода поселилась в тех из нас, кто знал, что мы находились на грани вымирания. Казалось, каждый из нас, наконец, почувствовал спокойствие. Какие бы невзгоды и испытания ни ждали племя впереди, теперь у нас была надежда. Свет мерцал за утренней пеленой, как и говорила Умма. Мне не хватало только одного.

— Генерал, хочу сказать спасибо за то, что рассказал, как повлияло на вас с женой вынужденное решение оставить Нелл в Центре. То же самое произошло и с моими родителями.

Натали громко вздохнула, но, к счастью, оставила свое мнение при себе. Я знала правду, даже если все остальные пытались убедить меня в том, что мои родители были придурками.

— Как их звали?

— Вин и Уитни Фармер. Охранники похитили меня, когда мне было двенадцать лет.

Хокинг помрачнел.

— Я помню их. Они так много раз приходили ко мне после того, как ты была зачислена…

— Похищена, — перебила я. Может он и был нашим почетным гостем, который мог закрыть Центр, но я не позволю ему обелить то, что произошло.

— Да, похищена, ты права. Во всяком случае, они приходили ко мне больше раз, чем я могу сосчитать, прося освободить тебя.

Его щеки покраснели, генерал избегал встречаться со мной взглядом. Остальная часть истории не нуждалась в продолжении. Он явно отклонил их просьбы… достаточно было просто знать, что они пытались.

Повернувшись к сестрам, я спросила:

— Теперь вы мне верите?

Сиенна и Нат переглянулись. Они были шокированы, но я не могла их винить за это. Большинство девушек, оставшихся в Центре, действительно были брошены.

— Прости нас за то, что мы не верили, Арлин, — пробормотала Сиенна. — Мы должны были верить.

— Тут не о чем сожалеть. Я просто очень хотела, чтобы вы поняли, что я ничего не выдумываю, — я снова повернулся к Хокингу. — Как думаешь… то есть, я знаю, что гражданские лица не имеют права выходить за пределы городских стен, но, возможно, когда-нибудь им позволят прийти сюда? Я скучаю по родителям каждую минуту с тех пор, как меня похитили.

Хокинг на мгновение задумался, а затем ответил:

— Встречу, вероятно, можно устроить. Возможно, это займет некоторое время, но я посмотрю, что можно сделать.

Самое глубокое чувство облегчения и радости нахлынуло на меня, как приливная волна. Мои глаза защипало от слез, но я постаралась не разрыдаться. В течение девяти долгих лет я проводила бесчисленные часы, рисуя лица своих родителей, чтобы никогда их не забывать. А теперь, возможно, я сумею снова их увидеть. Это было почти невыносимо.

Трайн обнял меня за плечи в попытке утешить.

— Вот видишь! — прошептал он в мою макушку. — И снова ты оказалась права.

Я фыркнула от смеха, который снял напряжение и позволил мне расслабиться в объятиях моей пары.

— Я люблю тебя, Трайн, Альфа племени Холмов.

— Теперь я Трайн, со-Альфа Великого племени, а моя любовь к тебе может заполнить всю вселенную.

Я подняла подбородок, чтобы посмотреть на него.

— Мне казалось, ты ненавидишь титул со-Альфы.

— Для меня большая честь делить это звание с такими Варгами, как Маркон и Солан, — пробормотал он, его голос был полон гордости.

Моя рука снова начала блуждать по его коленям.

— Ты хоть представляешь, какой сексуальный, когда вот так искренен?

Его верхняя губа дрогнула, слегка приподнявшись, чтобы обнажить удлинившиеся клыки.

— А ты хоть представляешь, насколько сексуальна была, черт возьми, всегда?

— Тебе реально нравится ругаться, не так ли?

— Во многих ситуациях, — прорычал он, выражая взглядом, как хотел бы поступить со мной прямо здесь, в середине праздника.

— В каких именно? — поддразнила я.

Не говоря ни слова, Трайн отодвинул свой стул так сильно, что тот врезался в кого-то позади, и схватил меня за руку.

— Давай я покажу тебе.