- А, Петрович, сменщик, - вспомнил Ваня. - Снова к нам сбежал?

- А вот и не сбежал! Вся наша семья к Кате в совхоз переезжает - и мама и я. Только вот мама позднее приедет- ее до осени со старой работы не отпускают. А вы тоже в совхоз едете? Можно, я с вами?

Ваня почесал затылок:

- Ехать-то надо… Да вот у меня два трактора, а второго тракториста что-то не прислали. И, как назло, никого из совхоза нет.

- Как - нет?.. Я только что видел одного. Высокий такой, волосы завитушками. Поет здорово. Только он не в нашей бригаде работает.

Волосы завитушками? Поет здорово? Так ведь это земляк - Витька Сазонов. Наверно, его и прислали за трактором.

- Где же он? Пошли скорее к нему.

- Он воду сюда пить заходил. С улицы.

Они вышли в привокзальный сад. Огромное красное солнце уже скрывалось за горизонтом. Быстро темнело. Вечер был теплый. Многие выходили из зала ожидания и укладывались на ночь прямо в садике: поезд проходил лишь под утро и можно было выспаться.

Но где же искать Виктора? Не подходить же к каждому спящему и заглядывать в лицо.

И вдруг Ваня увидел совсем рядом знакомую шинель с черными пуговицами. Из-под шинели торчали хромовые сапоги с голенищами гармошкой. Витькина шинель! Витькины сапоги.

- Подъем! - скомандовал Ваня и сдернул шинель.

Конечно, Виктор. Лицо у него было мятое, серое.

Или это только так казалось в сумерках? Виктор присел, протер глаза и, сонно помаргивая, посмотрел на Ваню.

- Челмодеев? Откуда ты свалился?

- Да я с тракторами.

- А-а, с завода… - Виктор потянулся, зевнул, снова лег.

- Вставай, соня!-сердито прикрикнул Ваня.-

Нужно к утру тракторы перегнать, а он тут разлеживается!

- Ну и перегоняй! Мне-то какое до них дело!

Ваня удивился:

- Как! Разве тебя не за тракторами прислали?

- Меня?.. Еще чего! Я уезжаю, видишь? - Виктор положил руку на стоящий рядом чемодан.

- Уезжаешь? В отпуск?

- Ну да, в отпуск… На сельскохозяйственную выставку в Москву.

- Фу, черт! - Ваня присел с ним рядом, -Везет же людям. В самую горячую пору - ив отпуск. Рад небось?

- Ага, - позевывая, вяло подтвердил Виктор. - Что это за пацан с тобой? - спросил он.

- Это Саня Петушков.- Ваня легонько хлопнул мальчика по плечу. - Орел!.. Помнишь, весной к нам в совхоз прибегал из Барнаула…

- А, тот! - Виктор передернул плечами и натянул на себя шинель. - Прохладно что-то…

- Неужели? А мне жарко. Досталось же сегодня с этими тракторами… И все напрасно! Думал время выгадать, а оно вон как обернулось.

Они помолчали несколько минут. Ваня искоса посмотрел на Виктора. Тот лежал с открытыми глазами и о чем-то думал.

- Слушай, Витя, у меня идея, - интригующе начал Челмодеев и сделал паузу.

Виктор молчал.

- И трактора в совхоз доставим вовремя, и выставка от тебя никуда не убежит… Один день потеряешь - велика беда!

Виктор по-прежнему молчал.

- Да что ты словно в рот воды набрал?

- Пошел к черту! - отрезал Виктор.

- Нет, в самом деле… Ну что тебе стоит? Один день! Ты же не шкурник какой-нибудь. Уж кто-кто, а я тебя знаю… Ребята там на старых тракторах маются.

- «Маются, маются»! - Виктор резким движением сбросил шинель. - А что я тут на станции вот уже сутки мучаюсь, никак на поезд сесть не могу - это никого не касается… Не поеду я! И не проси!

- Ну, знаешь…

Хлопнула дверь зала ожидания. На пороге появился начальник станции.

- Где тут представитель совхоза? - громко спросил он.

- Это какой? - отозвался из темноты сонный голос.

- Да с тракторами.

Ваня вскочил на ноги:

- Я!

- Зайдите ко мне в кабинет. Быстрей.

Виктор остался с Саней Петушковым.

- Вы на ВСХВ едете? - с любопытством спросил мальчик.

- Да.

- Вы участник, да?

- Нет.

- Экскурсант, значит?

- Да.

- По путевке?.. А вы кем в совхозе работаете?

- Трактористом… И прицепщиком.

- Сначала трактористом, а потом прицепщиком?

- Да.

- А почему? Вас сняли с трактора?

- Слушай, пацан, отстань ты, ради бога, со своими вопросами!

Саня обиженно засопел. Что он такого особенного спросил?

Вани долго не было. Когда он вернулся, лицо его было мрачное, глаза смотрели зло.

- Ну и бюрократ этот начальник станции!

- А что такое?-спросил Виктор.

- Убирай, говорит, немедленно свои трактора с территории станции. Какие-то два эшелона ночью должны подойти на разгрузку… Витя, выручи, будь другом!

Виктор нахмурился:

- Не могу… В четыре тридцать поезд. Я не буду сидеть из-за тебя еще сутки.

- Эх, ты, еще целинник называется! - сердито бросил Ваня и сразу же заговорил совершенно другим тоном:- Послушай, новая идея! Ей-богу! И овцы целы, и волки сыты. Вот послушай…

План был очень прост и вполне приемлем для Виктора. Ваня предлагал довести трактора до села Белая Реч-ка, в двадцати километрах от станции. Оттуда Виктора доставят обратно до станции на колхозных лошадях. А трактор поведет до совхоза знакомый Ване тракторист из МТС.

- Двадцать километров мы на тракторах за два часа с небольшим сделаем, -убеждал Ваня.- Клади два часа на обратный путь. Успеешь на свой поезд. Еще и ждать надоест.

Он подхватил чемодан Виктора: - Пошли в камеру хранения. Бери его шинель, Саня.

Хмурый, недовольный Виктор вынужден был уступить.

- Но только до Белой Речки. Дальше не поеду!

- Вот это уже мужской разговор, - обрадовался Ваня,- до Белой Речки - и ни шагу дальше! Там я уже без тебя обойдусь.

Через полчаса трактора тронулись в путь. Впереди - Ваня Челмодеев, позади - Виктор. К нему в кабину сел Саня.

Дорога была прямая, особого внимания не требовалось. Трактор мерно рокотал и двигался, плавно покачиваясь. Виктор, не спавший прошлую ночь, вскоре стал клевать носом. Глаза его закрылись.

- Дяденька, дяденька! - услышал он вдруг тревожный голос Сани и встрепенулся.

Впереди был мост. Виктор потянул рычаги, сбросил газ…

- Спасибо, что разбудил,-сказал он, когда мост остался позади. - Могли мы с тобой искупаться в речке. А в ней вода холо-о-одная…

- Знаю, - важно кивнул головой Саня. - Пять градусов. Сестра писала, - пояснил он.

- Сестра? Она что. в нашем совхозе?

- Ага! Катя Петушкова. Может, знаете?

- Катя? - улыбнулся Виктор. - Знаю, как же… Боевая… Мы с ней на смежных участках работали. День я впереди, день она… Придется рассказать ей, как ты бдительность проявил.

- Это когда вы с выставки приедете, да?..

Передний трактор остановился. Виктор подъехал поближе и стал рядом.

- Что случилось? - спросил он у Челмодеева, который вылез из кабины.

- Ничего. Передохнуть надо. Голова трещит, - пожаловался Ваня.

Они присели у кустов, неподалеку от дороги. Виктор вытащил портсигар:

- Кури…

- Папиросы? Не хочу. Я к махорке привык… Впрочем, дай, побалуюсь.

Красноватые огоньки папирос осветили лица трактористов. Ваня вдруг тихо рассмеялся.

- Чего ты? - спросил Виктор.

- Вспомнил я… Вот так мы с тобой на лесозаготовках ночью курили… Ох, и трудно же было, верно? Вода кругом по колено, а мы в валенках. Мокро, холодно, голодно. Помнишь, машины к нам пройти не могли?

- Помню… В палаточке жили. Но держались геройски. По две нормы в смену.

- Геройски…- Ваня опять рассмеялся. - А ты знаешь, какой я был герой? Удирать собирался. Честное слово!

- Врешь!

Виктор отшвырнул папиросу, приподнялся на локтях, вглядываясь в лицо товарища.

- Не вру… Сейчас смешно, а тогда знаешь как было. Ты вот ничего не знал. Помнишь, мы с тобой большую сосну валили, сучьями меня задело? Тут я решил: убегу. Уже с мужичком одним договорился насчет лошади.

- Ну?..

- Подвел мужичок, не приехал на условленное место. А потом я посмотрел: ты работаешь, другие ребята тоже. А я вроде как хуже всех. Совестно стало. Подумал так: нет. сейчас не убегу. Легче станет - тогда убегу. Не так подло будет… А легче стало - бежать расхотелось. Потом стыдно вспоминать было… Теперь, конечно, что! Самое трудное позади…