Тот поднялся:

— Я полностью разделяю вашу точку зрения, товарищ Демиров! Мы создадим боевой комсомольский отряд! Я сам поведу его на Зюльмата!.. Сотня комсомольцев возьмет в руки оружие!.. Мы готовы с честью выполнить любое задание партии! Илдырымзаде, прижав обе руки к груди, попросил: — Товарищ Демиров, дайте нам сто винтовок! Клянусь вам честью, наш комсомольский отряд разгромит в пух и прах зюльматовцев!

Заведующий земельным отделом Арастун Айдынзаде сказал с места:

— Кончать надо с Зюльматом! Кончать поскорее!

— Кто еще хочет высказаться? — спросил Демиров, останавливая свой взгляд на Мадате.

— Отряд коммунистов должен уничтожить банду как можно скорее! — воскликнул Мадат. — Другого мнения быть не может! Мы все пойдем!..

— А наш храбрец Мадат — впереди всех! — вставил насмешливо Субханвердизаде и громко захохотал. — Да ведь ты, милок, не знаешь даже, с какого конца брать винтовку!.. Тоже мне боец!..

Гашем ткнул окурок в пепельницу и тотчас закурил новую папиросу. Он чувствовал, как почва постепенно уходит у него из-под ног. Никто из членов бюро не был на его стороне, никто не посчитался с его мнением. Ему казалось, перед ним разверзается бездонная пропасть и его все ближе и ближе тянет к ее краю. Явно начали сдавать нервы. Он понимал, что на этом бюро, возможно, решается судьба всей его жизни, понимал, что не так держит себя, как надо, не то говорит; видел, что Демиров и Гиясэддинов пристально наблюдают за ним, взвешивают каждое его слово, каждый жест, однако взять себя в руки не мог. Самообладание изменило ему.

Бюро райкома приняло предложение Демирова: создать вооруженный отряд из коммунистов, комсомольцев и активистов района и выступить в ближайшее время против банды Зюльмата. Ответственным за все мероприятия был назначен Гиясэддинов.

После бюро райкома Алеша Гиясэддинов пошел к себе в райотдел. Ходил по кабинету, без конца курил, подсаживался к столу, снова поднимался, опять мерил шагами ковровую дорожку на полу — взад-вперед, взад-вперед…

Думал, размышлял, взвешивал.

Итак, через несколько дней он возглавит многочисленный вооруженный отряд местных жителей, отряд, перед которым будет поставлена задача — уничтожить банду Зюльмата.

Прежде всего, думал Алеша, следует старательно отобрать людей. Ведь дело нешуточное!.. Трусам и случайным людям не место в этом отряде. Решил: формирование отряда надо поручить Балахану.

Кроме того, размышлял он, формирование и выступление отряда необходимо по возможности законспирировать. Все говорит о том, что у Зюльмата в городе есть осведомители. Только ли осведомители?.. Может, руководители!.. Точнее руководитель!.. Он обязательно постарается дать знать Зюльмату о планах партийно-чекистских органов. Если он это сделает, банда может уйти далеко в горы, даже перебраться в другой район…

Значит, нужна строжайшая конспирация и еще раз конспирация! Пусть Зюльмат узнает о формировании отряда как можно позже. У него не должно быть времени для принятия спасительных решений. Самое главное — не дать зюльматовцам уйти за кордон. Надо завтра же информировать чекистов соседних пограничных районов о возможном рейде бандитов через горы к иранской границе, к Араксу. Пусть перекроют перевалы, пусть усилят охрану государственной границы!

Дальше… Допустим, боевой отряд сформирован и готов выйти из города. Где искать Зюльмата? Где он сейчас?.. Кто это знает?.. Кто-то, разумеется, знает… Но он им, чекистам, этого не скажет. Впрочем, возможно, и сам Зюльмат не знает точно, где его банда обоснуется завтра, через два дня… Тактика Зюльмата — звериная: замести следы, сбить с толку, запутать преследователей. Значит, очень важно накануне выступления иметь сведения: в какой части района искать бандитов, каковы их намерения? Вообще очень важно знать хоть что-нибудь о банде Зюльмата, какое настроение у его людей? Как у них обстоит дело с продовольствием?.. Есть ли боеприпасы?.. Словом, нужны сведения о Зюльмате.

Каковы у них, чекистов, возможности добыть эти сведения в ближайшие дни? Именно в ближайшие!.. Возможности скудные. И все-таки…

Два дня назад у Гиясэддинова произошел один разговор с Хосровом. Алеша подробно интересовался знанием молодым оперуполномоченным здешних мест звериных троп, перевалов, лесных массивов и так далее. Выяснилось, что Хосров, местный уроженец, с детства бродил по горам вместе со своим дедом по материнской линии, заядлым охотником Чирагом-киши, по неделям спал в лесу у костра; хорошо знает окрестность, умеет ориентироваться ночью по звездам, по очертаниям хребтов, умеет, как говорится, читать лесную книгу.

Еще в тот день Хосров разгадал тайную мысль Гиясэддинова. И это было немудрено: после гибели в горах Мидхата их оперативный отдел словно внезапно потерял зрение, ослеп. Оборвалось главное звено в цепи-канале, по которому поступала подробная информация о зюльматовцах (связь с Мидхатом осуществлялась с помощью агентуры из числа жителей отдаленных горных деревень). Не стало Мидхата — Зюльмат и его бандиты словно растаяли в воздухе, будто надели на себя шапки-невидимки.

Именно поэтому Хосрову не стоило особого труда догадаться, почему начальник так подробно интересуется умением его, Хосрова, жить в одиночку в горах, интересуется его знанием горных троп и перевалов в западной части и на юге Карабахского нагорья.

В конце разговора, когда Гиясэддинов, так и не открыв своих тайных мыслей подчиненному, сказал: «Спасибо, Хосров. Ты свободен!», тот неожиданно попросил:

— Доверьте это мне, товарищ начальник!

Гиясэддинов вскинул глаза на Хосрова:

— Что — это? — Смекнул, что Хосров разгадал его замысел, улыбнулся, добавил: — Посмотрим… Будь наготове.

Этот разговор произошел два дня назад.

Итак, размышлял Гиясэддинов, сейчас самое главное — обрести зрение. Действовать вслепую — неразумно и опасно.

Подойдя к двери, заглянул в соседнюю комнату, где работали Балахан и Хосров. Молча, движением головы, пригласил их к себе.

Прежде всего он подробно рассказал своим сотрудникам о решении бюро райкома, затем перешел к задачам, стоящим перед их отделом в мероприятии по ликвидации банды Зюльмата.

Под конец обратился к Хосрову:

— Ну, товарищ младший оперуполномоченный, а тебе предстоит сделать первые шаги — самые ответственные!

Хосров щелкнул каблуками, вытянулся — руки по швам.

— Я готов, товарищ начальник! — Выждав немного, спросил: — Когда?..

— Пойдешь прямо сейчас, ночью. Дорог каждый час… И помни: для нас важны любые сведения о Зюльмате, но чем больше их у нас будет, чем подробнее и достовернее они будут, тем меньше жертв будет нам стоить победа над бандитами!

— Ясно, — кивнул Хосров.

— Без нужды не рискуй! Учти: с тобой ничего не должно случиться, ты должен вернуться с задания живым и невредимым! — Гиясэддинов помолчал, добавил полушутя-полусерьезно: — Таков мой приказ!

— Нет, кроме шуток, Худакерем, признайся мне, кто тебе сказал?

— Говорю тебе — сердце!.. Мое пролетарское чутье!.. Короче говоря, учти, Алеша, на меня всегда можно положиться! Я всегда готов!..

Мешинов направился к двери, картинно выпятив грудь. Вышел, не попрощавшись.

Спустя несколько дней в райотдел ГПУ к Гиясэддинову пожаловал с визитом Бесират Нейматуллаев, глава местной потребительской кооперации.

Узнав от Гашема Субханвердизаде о предстоящем походе вооруженного коммунистического отряда, он решил нажить на этом деле, как говорится, «капитал».

«Раз предстоит многодневный поход, в котором примут участие десятки людей, — рассуждал он, — значит, эти люди должны будут что-то есть!.. Ведь поход будет проходить в горах!.. А в горах, на воздухе, как известно, аппетит у человека зверский!.. Кто утолит этот аппетит?.. Кто обеспечит отряд продовольствием, палатками и прочим снаряжением?.. Разумеется, райпотребсоюз, которым руковожу я, Бесират Нейматуллаев!.. Значит, надо не дремать, а действовать!»