- На самом деле, Криция, ты во время, чтобы услышать интересные новости.

Моя кровь застыла в венах до того, как Криция успела сесть на свободное место. Почему отец не сообщил мне, что пригласил ее на этот праздничный ужин? Мое сердце сжалось, когда он продолжил.

- Я хочу, чтобы пресс-релиз был выпущен немедленно.

- Конечно, - ответила Криция, сверкая самодовольной улыбкой.

- Это официально. «Saxton Enterprises» приобретает «Hanson Entertainment» за необнародованную сумму, по слухам, около двух миллиардов долларов, и я в конце года собираюсь уйти на пенсию… оставив повседневную работу в руках своего способного сына.

- С гордой улыбкой, он посмотрел в мою сторону.

Я натянул нервную улыбку, а затем взглянул на Ди. Она выглядела точно так же, как в тот день на пирсе, когда сошла с американских горок… как будто ее стошнит.

Ухмылка Криции увеличилась.

- Это замечательно, Орсон. Я займусь этим прямо сейчас.

- Орсон, дорогой, - прощебетала моя мать. – Почему бы тебе не поделиться другой великолепной новостью с Крицией, так как она будет помогать мне планировать это большое событие.

Внезапно, мне стало так же плохо, как и Ди. Мою грудь сдавило, когда живот скрутило от беспокойства.

- Ах, да, моя дорогая. – Мой отец снова посмотрел в мою сторону, и я с трудом встретился с его взглядом. Затем его глаза переместились обратно к Криции. – Криция, мы только что узнали, что Дрейк помолвлен с Ди и женится на ней в ближайшем будущем.

У Криции раскрылся рот, а глаза вылезли из орбит.

- Что? Он женится на этой шлюхе?

Глаза моего отца сузились в недовольстве.

- Криция, ты переходишь все границы. Мы с женой очень любим ее… и ее очаровательную дочь.

Разряд молнии прошел сквозь меня; я почувствовал, как мои щеки пылают. Может на улице и льет как из ведра, но здесь, в ресторане, начиналась самая настоящая дерьмовая буря.

Шок и ярость Криции сменились злой ухмылкой.

- Что ж, Орсон, возможно, ты не знаешь, на ком женится Дрейк.

Мой отец пристально смотрел на нее.

- О чем ты говоришь?

Криция хмыкнула.

- Должна ли я начать и рассказать, что ваша будущая невестка – нищебродка из трейлерного парка? Ее мать была алкоголичкой, и она даже не знает, кто ее отец.

Густые брови моего отца поднялись.

- Что!?

Удерживая внимание моего отца, и я полагаю, всех остальных, Криция продолжила с коварной смесью уверенности и презрения.

- Это только для начала. Дрейк упоминал, что «наша прекрасная вдова» все еще замужем?

Проглотив гигантский ком в горле, я бросил еще один быстрый взгляд на Ди. Все краски сошли с ее лица.

- И что ее «покойный» муж все еще жив? И…

Мое сердце забилось в груди так быстро, что я подумал, еще немного, и оно выпрыгнет на стол. Неизбежное приближалось.

- …Что он бывший преступник, торгующий наркотиками, который отбывал срок в тюрьме за насилие в семье.

Она замолчала, и тишина, такая плотная, что нож не смог бы ее разрезать, опустилась на наш стол. Наконец, повернувшись ко мне, мой отец нарушил ее.

- Сынок, это правда?

Прежде чем я смог открыть рот, Криция вскочила.

- Орсон, я могу это доказать. У меня есть документы с собой, в сумке.

Изможденный и онемевший, я наблюдал, как Ди медленно поднялась со стула. Бледная, как призрак, со слезами на глазах, она посмотрела прямо на моего отца.

- В этом нет необходимости, мистер Хэнсон. Все, что сказала Криция – правда. Мне жаль, что я опозорила всех вас сегодня. – Не сказав ни слова, она схватила сумку и убежала.

- Иисус, - пробормотал я, вскакивая на ноги.

- Дрейк, куда ты собрался? – услышал я, как мой отец кричал. – Возвращайся сюда.

Было слишком поздно. Я догнал Ди у главного входа в ресторан. Я схватил ее за локоть, останавливая. Своим периферийным зрением я видел, как все в закусочной смотрели на нас; мы создавали шоу.

- Ди, подожди!

- Пожалуйста, отпусти меня, - плакала она, отчаянно пытаясь освободиться.

- Нет, Ди. Нам нужно поговорить.

- Нам не о чем говорить, - слезно ответила она. – Я опозорила твою семью.

- Это не твоя вина.

Ее губы дрожали.

- Как ты мог поступить так со мной? Поставить меня в такое положение?

Я – идиот. Мой фарс, придуманный в порыве, чтобы скрепить сделку мечты моего отца, обернулся кошмаром.

- Я не должен был лгать. Я просто хотел, довести сделку моего отца до конца.

- Чтобы ты смог стать генеральным директором?

- Это не имело к этому никакого отношения.

- Отпусти меня, Дрейк. Сейчас же!

- Я не могу. Я не хочу этого делать.

Затем, с резким, внезапным рывком она освободилась и выбежала за дверь.

- Ди! – закричал я, следуя за ней наружу.

Дождь лил, как из ведра. За считанные секунды мы вдвое насквозь промокли. Когда она попыталась остановить такси, я схватил ее за плечи.

- Ди-детка, пожалуйста. Прости меня.

- Здесь нечего прощать. Я единственная, кто должна просить прощение. Прости, что появилась в твоем кабинете. Прости, что связалась с тобой, когда у меня не было на это права. И прости за то, что испортила большую сделку твоего отца.

- Прекрати.

Импульсивно, я развернул ее, сжимая ее мокрые щеки в своих руках. Мои губы обрушились на ее, утверждая права, со смесью страсти и ярости, пока дождь лил на нас. Она схватила лацканы моего промокшего пиджака, сжимая материал с ощутимым «тяни-толкай». Отчаянные стоны, пойманные между желанием и раздражением, скопились в ее горле, пока наши жаркие вдохи боролись с холодом ливня, а наши языки сражались, безумно сталкиваясь друг с другом.

Наконец, я разорвал поцелуй, но мои руки остались на ее лице с потекшей тушью.

- Возможно, я солгал, но мои чувства к тебе реальны. Я безумно…

Прежде чем я успел произнести то единственное слово, которое никогда не говорил женщине, рука Ди обрушилась на мое лицо. Удар эхом отдавался в ушах, когда боль начала распространяться. Застигнув меня врасплох, пока я потирал щеку одной рукой, ей удалось вырваться из моих объятий.

- Пошел ты. – В ее голосе отчетливо улавливался гнев. – Ты должен был подумать о своих действиях. А я должна была подумать о своих. – Отвернувшись от меня, Ди подняла руку и снова закричала, подзывая такси. Через несколько секунд одно подъехало к обочине.

Когда она направилась к нему, я схватил ее холодную мокрую руку, сжимая пальцы своими.

- Отпусти меня, Дрейк! – ее голос был хриплым и отчаянным. С ощутимой болью.

- По крайней мере, позволь мне отвезти тебя домой, - умолял я, когда нетерпеливый таксист опустил стекло напротив переднего пассажирского сиденья и крикнул, чтобы она садилась. Вокруг нас раздавались гудки.

- Нет, Дрейк. Отойди от меня подальше. Я больше не хочу тебя видеть.

Моя хватка ослабла. Девушка освободилась от меня и забралась в такси. Когда она захлопнула заднюю пассажирскую дверь, такси отъехало от обочины, окотив меня водой. Я был мокрым, как крыса. С дождем, падающим на меня, как будто находился под обстрелом, я похоронил лицо в руках и почувствовал, как мое сердце упало на блестящий мокрый тротуар. Совершенно побежденный, я развернулся и пошел обратно в «Musso».

Никто не ушел из-за стола. Единственная разница была в том, что Криция теперь сидела на месте Ди. Она уже подбиралась ко мне, как хищный зверь. Чрезвычайная ярость, которую я чувствовал по отношению к ней, пульсировала в моей крови. Я сжал кулаки по бокам, чтобы не бросить ее на ее костлявую задницу.

- Дрейк, пожалуйста, сядь, - приказал мой отец, указывая на стул, на котором я сидел. Его слова были остры, как битое стекло.

- Бедная девочка, - прошептала моя мама, сидевшая слева от меня, и спросила, все ли со мной в порядке.

Нет, со мной все совсем не в порядке. Мое сердце раскалывалось на части, и я продрог до костей. А мои эмоции были в полном хаосе. Гнев, растерянность, грусть и сожаление проходили сквозь меня, как осколки, разрывая на части.