Бен понял, что улыбается, несмотря на шок, который все еще испытывал от умозаключений Карла.

— Наверное, нет. И каковы другие ее так называемые правила?

— О, боже, слушай. Не женат, не помолвлен и близко не стоит к этому. Сюда же не подразумеваются никакие коллеги по работе. Никаких ботаников, придурков или гиков. Никого, кто ниже ее или весит больше десяти фунтов. От парней, которые носят костюмы, как правило, разворот на сто восемьдесят градусов. Да, и совсем лысые. Думаю, есть и другие правила, но уже подзабыл.

Бен засмеялся.

— Похоже, с Лорен все хорошо. Удивительно, что со всеми этими правилами она имеет еще свидания.

Карл странно на него посмотрел.

— Она не так часто ходит на свидания. Не могу вспомнить, когда она в последний раз упоминала, что с кем-то отправилась на свидание. Карло не считается, так как он для нее как брат. Знаешь, Лорен больше говорит, хвастается, но мне кажется, что на этом все и кончается.

Фактически до конца рабочего дня его волновали слова Карла, особенно то, что Карл увидел его влечение к Лорен. Но Бен утешал себя тем, что Карл, слава Богу, не знал об их давних отношениях с Лорен. И похоже, что он и Лорен были единственными, кто знал об этом.

Он был на нервах, тратя слишком много времени, чтобы размышлять обо всем, что он обсудил с Карлом — стоило ли Бену претендовать на должность Карла, когда он уволится; что ревность Элли к Лорен была настолько видна, также то, что Бена тянуло к ней; что Лорен встречалась не часто. Он отвлекался исключительно только на три собрания, которые запланировал на этот день, перекладывал бумаги на своем столе и реально мало что сделал за сегодняшний день. К четырем часам дня он понял, что у него осталось всего два или три часа, чтобы наверстать упущенное, прежде чем он сможет даже подумать отправиться домой. Он вздохнул и пришел к выводу, что занять место Карла, безусловно, самая лучшая идея, которая у него появилась в течение длительного времени. Но такая возможность могла предоставиться только через несколько месяцев, Бен начал рыться в нескончаемой куче бумаг на своем столе.

Через час раздался стук в дверь его офиса, заставивший, наконец, оторвать голову от бумаг, отчего он нахмурился от раздражения, но Лорен просунула голову внутрь. Прошли те времена, когда она заглядывала к нему в кабинет по какой-то причине, и ему оставалось только догадываться, что могло ее так разозлить, что она решила непосредственно заглянуть к нему.

— Привет, у тебя есть несколько минут? — спросила она, ее голос звучал слишком нервно, и он готов был поклясться, что она нервничала.

Бен опустил глаза на бумаги, которые ему предстояло просмотреть, прежде чем для него начнутся выходные, и почувствовал начинающуюся головную боль, формирующеюся в висках.

— Не совсем, — пробормотал он. — Это может подождать до понедельника?

— Меня не будет в понедельник, — напомнила она ему. — Мы вылетаем завтра рано утром, помнишь? На первом из четырех рейсов. Господи, Надин, на самом деле, превзошла саму себя в этот раз, ты не находишь? Я точно знаю, что мы могли бы полететь туда на трех других рейсах, я сама все проверила.

Бен провел руками по лицу, нетерпеливо глядя на Лорен.

— Ты об этом хочешь поговорить, как Надин организовала вашу поездку? У меня вал работы, Лорен, которую мне нужно сделать. У меня сейчас нет времени разбираться с твоими истериками.

— Нет, не об этом. Я пришла по-другому... вопросу. Это очень важно, Бен.

Она внимательно посмотрела на него, но на удивление только покачала головой, не стала отстреливаться резкой репликой.

Он вдруг подумал о том, на что ему намекнул Карл — Лорен тоже подумывает уйти из журнала. И он понял, что в данную минуту у него нет настроения разбираться с причинами ее ухода.

— Прости, — коротко произнес он. — Но я, действительно, не могу сейчас тратить время. Может, тебе стоит назначить встречу у Ким, когда вернешься из поездки. Или отправь мне письмо о твоей проблеме.

— Письмо? По электронной почте. — Она странно посмотрела на него, потом качнула головой. — Да, хорошо, я так и сделаю. Прости, что отвлекаю тебя от важной работы.

Лорен испарилась, прежде чем он успел ее окликнуть. И в ее манерах и голосе было что-то такое, как она смотрела на него, он вдруг понял, что ее вопрос никак не был связан с работой.

Бен ударил кулаком по столу, разозлившись сам на себя, что вел себя как полная задница, и уже пожалел о своей резкости с ней. Он наполовину поднялся со своего кресла, намереваясь ринуться за ней, но вдруг решил принять приглашение Натана Этвуда на ужин вместо этой бумажной работы.

Лорен запрокинула последний шот с текилой, прикрыла глаза на секунду или две, а затем сразу же подняла руку, пытаясь подать сигнал официанту. Бен подумал, что несчастный молодой человек, скорее всего прятался в страхе на кухне от сумасшедшей женщины за столиком, который он обслуживал.

Она пребывала в плохом настроении еще до того, как он только приблизился к их столу, и совершенно не удосуживалась скрыть свое удивление и раздражение, узнав, что его пригласил Натан. И с его приходом ее настроение только ухудшалось, пока продолжался ужин, она спорила с сестрой, что следует заказать, доставала официанта, когда что–то ей не нравилось из приготовленного и много пила. Бен осознавал, что он впервые видел Лорен, на самом деле, пьяной, и он, мать твою, очень надеялся, что не он был причиной ее пьянства, после того, как так хладнокровно выставил ее из кабинета.

Она поднялась со своего стула, нетерпеливо оглядываясь вокруг, ища официанта, обслуживающего их столик.

— Где, черт возьми, этот идиот? Если он думает, что получит больше, чем пять долларов, он явно сошел с ума. Натан, ты не посмеешь дать его больше, чем пять долларов, слышишь меня?

Натан выглядел так, как будто очень хотел задушить свою невестку в этот момент.

— За все то дерьмо, которое ты вылила на этого бедного парня сегодня вечером, я должен оставить ему пятьсот долларов, а не пять, — произнес он.

Лорен прищурившись посмотрела на него.

— Ну похоже на земле каждую минуту рождается простак, а? Джулс, ты видишь этого парня где-нибудь? Мне нужно заправиться. Причем быстро.

Она снова подняла руку, чтобы призвать официанта (любого официанта), Бен взял ее за запястье и опустил ее руку.

— Тебе не нужно больше пить сегодня, — произнес он тихим, но твердым голосом. — Думаю, все согласятся со мной, что ты выпила уже достаточно. Перестань смущать свою сестру и Натана, веди себя хорошо.

Бен даже не понял, кто был шокирован больше его словами — трое за столом или он сам. Но даже увидев раздраженное выражение Лорен, он не стал отступить, все еще удерживая ее запястье, прижатым к столу.

Раньше он никогда не видел ее такой злой, ее зеленые глаза блестели яростью, и он по-настоящему побаивался, что она либо плюнет ему в лицо, либо укусит его за руку. Вместо этого она использовала свою другую грязную тактику, сильно ударив его по щиколотке своим острым носком ботильонов.

— Ой. Черт возьми, — выругался он, отпуская ее руку, чтобы потереть ушибленную голень.

Лорен не стала терять времени, вскочила на ноги, схватив свой клатч.

— Пошел ты, Бен Рафферти, — прошипела она. — Ты можешь быть моим боссом на работе, но за пределами офиса я руковожу сама собой. И к черту этого некомпетентного официанта. Я сама закажу себе выпить. А еще лучше, найду кого-нибудь, кто купит мне выпить.

Она сердито отмахнулась, хотя это было и нелегко, учитывая сколько она выпила за сегодняшний вечер. Если бы Бен в данный момент не был бы так зол на нее, возможно, он засмеялся бы, поскольку она немного покачивалась в своих сексуальных черных кружевных ботильонах на шпильках.

Джулия вздохнула.

— Я лучше пойду за ней. Когда она в таком настроении, неизвестно, в какие неприятности может попасть. Прости, Бен. Она никогда не теряла над собой контроль. Я понятия не имею, отчего она такая сегодня.