— Можешь не переживать об этом. Ты все равно захочешь принять душ, когда вернешься из бара. Я все время так делаю.
— Окей. Тогда, наверное, я готов, — если бы я еще мог заставить угомониться свой пульс.
— Отлично! На этой неделе мне потребуется помощник в баре, у меня не хватает рук. Увидимся через несколько минут.
— Хорошо. Пока, — я завершил звонок и положил телефон на стол. Когда Дерек вернулся на кухню, он выглядел гораздо лучше, более похожим на себя. Спокойным, крутым, все контролирующим.
— Готов? — спросил он.
— Почти. Я сейчас быстро переоденусь. Моя одежда с прошлой ночи все еще в сушилке?
— Да, — как будто нашего предыдущего разговора не было, он взял свой телефон и откинулся на стойку, сосредоточившись на экране. Боже, он мог переходить от горячего к холодному также быстро, как и от холодного к горячему, что, собственно, он и продемонстрировал мне прошлой ночью. Это было головокружительно. Радуясь причине покинуть дом, я быстро вытащил свою чистую одежду из сушилки и направился наверх, чтобы переодеться.
Глава 17
Дерек
Почему его это не волнует?
Это сводило меня с ума. Все в нем сводило меня с ума. То, как я хотел его, как я поцеловал его, воспоминания о прошлой ночи…, но почему-то он совершенно не удивлен тем фактом, что я потребовал забыть все то, что случилось. На самом деле, сидя за столом, именно я снова хотел привлечь его к себе! Насколько же хреново это было?
Но ничего из того, что я говорил, не спровоцировало Максима, он по-прежнему оставался спокойным и отстраненным, пока я был готов лезть из кожи. Это просто убивало меня. Прошлой ночью он был полностью моим! Минет был его идеей! Почему. Его. Это. Не волнует.
Хуже того, почему меня это так волнует?
После молчаливой поездки на машине в бар, я высадил его и, пытаясь вернуть свою голову на место, в течение часа наматывал гребаные круги вокруг. Понимая, что это не помогает, я припарковался в торговом центре и прошелся по нескольким магазинам, убеждая себя, что нужно выбрать подарок для Эллен ко дню рождения, но вместо этого купил несколько вещей для Максима. Возможно, проблема была в том, что он все еще был в моей одежде. Может так у меня получится преодолеть это странное и притягательное чувство близости, и я не буду так воспринимать его? По дороге домой я позвонил Гейджу и спросил, могу ли зайти. В его доме всегда было столпотворение и полный хаос, что поможет мне отвлечься от мыслей.
— Конечно, чувак. Давай к нам. Мы во дворе.
Тридцать минут спустя, с холодным пивом в руке я сидел на их террасе, наблюдая, как дети плескаются в маленьком пластиковом бассейне. Лэни была в доме, готовила шашлыки для гриля, а Гейдж сидел рядом со мной и надувал гигантского резинового аллигатора, слишком большого для бассейна. Когда он закончил, то передал его Пенни, своей старшей дочери, и сказал поделиться им с братьями.
— Нет, — сказала она, убегая с ним. — Дядя Дерек, смотри на меня!
Гейдж отхлебнул свое пиво.
— Что за идея заводить детей?
— Да ладно, у тебя замечательные дети, — я аплодировал и свистел, когда Пенни сделала прыжок в бассейн на своем надувном плоту.
— Я знаю, но они разрушили мою жизнь. Эй, Уилл! — прокричал он своему пятилетнему ребенку. — Не толкай своего брата так! Он упадет, и мне придется вытаскивать себя с этого кресла, чтобы спасти его, а мне этого совсем не хочется делать!
— Я все слышу! — крикнула Лэни через окно.
— Ты все слышишь, — пробормотал Гейдж. Он поставил пиво на стол и вытянул ноги, скрестив их у лодыжек. Его руки были скрещены на животе, демонстрируя первые признаки брюшка. — Боже, я просто устал. Не припомнишь, когда такое было, чтобы я ложился спать после десяти и на следующий день был не отдохнувшим?
— Не помню.
— Это были классные времена.
Я не торопясь сделал длинный глоток пива.
— Все может быть, но если вернуться назад, я ничего не стал бы менять.
— Ты бы не стал? — он повысил голос. — Пенни, если ты попытаешься прокатиться на нем по земле, сотрешь его до дыр!
— Точно. У тебя есть все, чувак. Я завидую тебе.
Он посмотрел на меня.
— Завидуешь мне? Чему, моей душераздирающей ипотеке? Или это мой отец в совете директоров? Или ты завидуешь моему дому с вечным бардаком? Или способности менять грязный подгузник одной рукой?
Я поморщился.
— Может быть, не подгузникам. Или папаше акционеру. Но все остальное — ваши легкие отношения с Лэни, ваш дом, полный детей, ваши субботние футбольные матчи и воскресные барбекю. Хотел бы я иметь все это.
— В браке не все так легко, — заверил он меня. — Половину времени мы с Лэни хотим задушить друг друга. Вторую половину времени мы хотим задушить детей. Но ты на самом деле прав. Я бы ни на что это не променял.
Я снова поднес бутылку к губам.
— За сказанное!
— Да. За семью, — сказал он, улыбнувшись. — Чего же ты ждешь?
— Наверное, правильного человека, — я как-то неискренне засмеялся. — Кажется, я не могу найти такую.
— Кэролин мне показалась классной.
— Да, но... я не знаю. Она совершенна как лист белой бумаги, но между нами никакой химии. Я боюсь строить с ней серьезные отношения, потому как неуверен, что смогу испытывать к ней большее, чем чувствую сейчас.
— Что?
— Она мне очень нравится, но…
— Ты не хочешь ее трахнуть?
— Нет, — признался я.
Он провел рукой по своим непослушным каштановым волосам.
— Чувак, не женись на женщине, которую не хочешь, потому что это единственный человек, с которым тебе разрешено трахаться, пока смерть не разлучит вас. Ты это понимаешь? Смерть.
Я нахмурился.
— Понимаю.
— Может быть, ты слишком придираешься? — предложил он. — Я знаю, что тебе не понравится то, что я скажу, но, А — возможно тебе не нужна идеальная женщина с плюсами, Б — может, тебе стоит поискать неидеальную женщину с минусами, которую ты будешь просто трахать.
— Все может быть.
— Я имею в виду, ты можешь найти себе кого угодно, — продолжал Гейдж. — Девушки, чтобы быть с тобой, всегда выстраивались в очередь. Хотя, может быть и нелегко будет найти двадцати девятилетнюю маленькую очаровашку, одержимую чистоплотностью, которая обожает пылесосить и ненавидит песок также как и ты?
— Я не ненавижу песок, — закатывая глаза, сказал я. — Мне просто не нравится, что он везде попадается.
— Я хренею с тебя, — он хлопнул меня по руке. — Послушай, дай себе немного времени. Если это не происходит с Кэролин, тогда двигайся дальше. Это обязательно должно произойти с кем-то.
Я кивнул, снова опрокидывая пиво, глянул через плечо, чтобы убедиться, что Лэни все еще в доме, и тихо заговорил.
— У тебя когда-нибудь возникало желание обмануть Лэни? Тебя когда-нибудь привлекали другие люди?
— Я бы не сказал, что у меня есть желание обманывать, — Гейдж тоже говорил тихо. — Но да, меня иногда привлекают другие женщины. Я мужчина. Но я стараюсь на это не реагировать. Не стоит оно того.
— И что ты делаешь, чтобы заставить себя не реагировать на это?
— Это как бы уходит само по себе, когда я думаю о том, что у меня есть Лэни. Я никогда никем так не увлекался, чтобы рисковать потерять свою семью или причинить ей боль.
Конечно, нет. Но это мне не помогало.
Гейдж скрестил руки на груди и продолжал говорить.
— Ты знаешь, когда я влюбился в Лэни, она была самой соблазнительной из всех, с кем я до этого спал и с кем по определению не должен был спать. Мы очень долго были просто друзьями, я встречался с одной из ее соседок по комнате, и она, вроде как, встречалась с этим придурком по имени Броуди. Было множество причин, по которым мы не должны были встречаться. Но я не мог перестать думать о ней. Однажды ночью, когда она порвала с этим мудаком, и я чувствовал себя дерьмово, я решился. Мы могли разрушить нашу дружбу, но мне необходимо было попробовать.