Глава 18

Рассвет не радовал сланцево-серым небом и проливным дождем. Я оставила Лиама спать и вышла на крыльцо, чтобы подышать воздухом.

Свежести как таковой не было. В городе пахло сыростью, как и всегда в Новом Орлеане во время ливней. Вода уже начала собираться в лужах, по улицам и рядом с мешками с песком, окружавшими здание.

— Внимание, — произнес голос из громкоговорителя, эхом разнесшийся по окрестностям. — Последний караван покинет Новый Орлеан через два часа. Если вы намерены остаться, пройдите в назначенное вам убежище. Внимание…

Послание началось снова и повторилось трижды, прежде чем все стихло.

Я вернулась, умылась в маленькой гостевой ванной, затем причесалась и заплела волосы, чтобы скрыть тот факт, что они пережили битву и ливень с тех пор, как я их последний раз мыла. Под глазами появились темные круги, из-за которых я выглядела еще бледнее, чем обычно. Но я ничего не могла с этим поделать. Ведь все это время думала о Гуннаре.

Я сделала глубокий вдох, заставила себя выйти и снова пройти по коридору. И обнаружила, что вокруг было устрашающе тихо. Та же медсестра, которая была здесь прошлой ночью, на этот раз с мешками под глазами, просматривала цветные папки на высокой полке за стойкой. Она повернулась на звук моих шагов и приветственно кивнула.

Остальные комнаты были пусты; либо все выздоровели, либо искали убежище в другом месте.

Я открыла дверь и обнаружила спящих Кэмерона и Кантрелла на стульях по обе стороны кровати, вытянувших ноги и скрестивших руки на груди.

Дверь со скрипом закрылась, и отец Гуннара, хлопнув глазами, прищурился, чтобы сфокусироваться на мне. Затем скользнул взглядом на Гуннара, чья грудь поднималась и опускалась, пока он спал.

— Пока ничего, — прошептал Кантрелл и сел, потерев лицо руками. Затем зевнул, перевел взгляд на Кэмерона, а затем на окно.

— Который сейчас час?

— Около пяти тридцать. Простите, что разбудила.

— Все хорошо. Я только заснул. Решил, что мне нужно остаться здесь.

— Стелла ушла домой?

— Я вчера отправил ее домой. Обратно в Атланту.

Он имел в виду «Из Зоны». Подальше от Нового Орлеана, Благих и шторма.

Я не знала, как к этому отношусь. Была ли я зла на то, что он сдался? Что кто-то сбежал от опасности? Или завидовала тому, что им наконец удалось разорвать узы, которые удерживали их здесь? Воспоминания, которые связали нас с этим умирающим местом.

Может быть, и то и другое.

Страдание в его глазах говорило о многом.

— Она не хотела уходить. Она не хотела покидать Гуннара, меня и дом. Город. Но я должен был ее обезопасить. Мы не должны были возвращаться.

Я кивнула, потянулась и пожала его руку.

— Жизнь здесь становится тяжелее с каждым днем. Некоторые из нас могут остаться. Некоторые из нас не могут. И это нормально. Вот почему все остальные здесь. Потому что мы знаем, что не все могут остаться.

Его глаза наполнились слезами, и у меня защемило в груди.

— Спасибо тебе за это.

Его голос чуть не сорвался, пока он пытался сдержать эмоции.

— Пожалуйста.

Кэмерон пошевелился, моргнул и поднялся.

— Я не заметил, как заснул, — сказал он, переводя взгляд с меня на Кантрелла и на Гуннара.

— Ничего? — тихо спросил он.

— Пока нет, — ответил Кантрелл. Он встал, потянувшись из стороны в сторону.

— Почему бы вам, ребята, не пойти выпить кофе? — предложила я. — Я останусь здесь с ним.

— Я бы размялся, — произнес Кантрелл. — Может, прогуляемся вокруг квартала. — Он выглянул в окно. — Или могли бы, если бы не ливень. — Он снова посмотрел на меня. — Фрида?

Я кивнула.

— Выйдет к берегу сегодня вечером. К нашему.

— О, хорошо, — сухо сказал он. — Еще один дар небес.

* * *

Я свернулась калачиком в еще теплом в кресле. Дождь сильно стучал в окно, словно каждая капля пыталась попасть внутрь.

— Ты хреново выглядишь.

Я застыла от хриплого голоса, на мгновение подумав, что в дверь просочился Пески, чтобы оскорбить меня. Потому что это было похоже на то, как поступил бы любой Пески.

А потом я посмотрела на Гуннара и увидела улыбку в уголках его губ.

Накатили слезы.

— Ты сам хреново выглядишь. — Я наклонилась и поцеловала его в лоб. — Вовремя очнулся. Похоже, урагана нам не избежать.

— У меня в голове ураган прямо сейчас. — Он оглядел комнату. — Где цветы? И воздушные шары?

— Флористов у нас нет, — сухо ответила я. — Но есть великолепный рыжик, не считая меня, который всю ночь просидел у твоей кровати.

Оба глаза широко распахнулись, а на его губах расцвела улыбка.

— Кэмерон был здесь?

— Был. Он с твоим отцом. Пьют кофе. — Я наклонилась вперед. — И Кантрелл извинился передо мной за то, что был придурком после того, как Эмме пострадала.

Гуннар открыл рот и снова закрыл его.

— Неужели ад действительно замерз? Потому что уж очень это неожиданно для Кантрелла за что-либо извиняться.

— Это не ад, ты находишься в очень влажном Новом Орлеане. — Я взяла его за руку, нежно сжав. — И я действительно очень-очень рада, что ты очнулся.

— И я рад очнуться. — Он попытался сесть, посмотрел вниз и поморщился. — Все в порядке?

— Все в порядке. Кроме, возможно, Скарлет. Лиам летел, как летучая мышь из ада, и она уже никогда не будет прежней.

— Запиши это на мой счет, — сказал он и снова лег.

— Ловлю на слове.

— Что ж, это был ужасный кофе, — сказал Кантрелл, выходя в дверной проем, — но он…

Он остановился, когда увидел Гуннара и понял, что его сын не спит, затем тяжело сглотнул.

— Гун, — произнес он, затем подошел к кровати и поставил кофе на боковой столик. — Ты очнулся.

— Да, пап. Извини, что заставил вас беспокоиться.

— Наверное, просто захотел поваляться в постели ради удовольствия. Ленивец, — сказал Кантрелл, вытирая тыльной стороной ладони слезу, которую не сумел сдержать. — Всегда это тебе говорил.

Он нагнулся к сыну и поцеловал его в лоб.

Гуннар слабо улыбнулся.

— Да, это так. Но ты не видел всех моих подвигов. — Он взглянул на меня. — Они были героическими, правда?

— О, однозначно. Они были невероятны. На их основе будут писать рассказы. Оды, стихи и даже баллады. Ты всегда был слишком храбрым для твоего же блага.

Гуннар жестом указал на свое тело неперевязанной рукой.

— Вот и подтверждение.

— Я пойду за Лиззи, — сказал Кантрелл, проходя мимо Кэмерона.

Он шагнул в дверной проем, очевидно, стараясь скрыть улыбку на лице. Он очень старался сохранять спокойствие. Я знала такое выражение лица, потому что сделала то же самое, когда поняла, что Лиам вернулся.

— Я помогу твоему отцу привести Лиззи, — сказала я и встала. — Потому что это совершенно невозможно выполнить в одиночку. — Я поцеловала его в щеку, затем подошла к двери и показала Кэмерону большой палец, чтобы Гуннар не увидел.

— Привет, — услышала я Кэмерона.

— Привет, — ответил Гуннар, и я закрыла дверь.

Хотя мне очень не хотелось.

* * *

Снаружи бушевал ураган, но настроение у нас поднялось. Рэйчел вернулась в Кабильдо, а мы все еще не видели Малахи.

— Надеюсь, с ним все в порядке, — сказала я и отодвинула старые жалюзи, чтобы выглянуть наружу. Не то чтобы было на что смотреть. Лишь серое небо и вода.

— Возможно, он остался с Дарби, — произнес Лиам. — Он знает, что Гуннар в хороших руках с Лиззи — и с тобой — и ему есть над чем поработать с Ловушкой Дьявола.

— Еще многое предстоит сделать, — сказала я. — Мне нужно проведать Таджи, проверить магазин, узнать, на какой сейчас стадии Дарби с оружием. И я думаю, нам следует поговорить о последнем караване. Собираемся ли мы получить там местечко.

Лиам изогнул бровь, его челюсть дёрнулась, и я почти видела, как он жаждет ринуться в спор.

— Мы уже решали, остаться или уйти: мы все еще здесь.

Я посмотрела на него.

— Ты не уедешь, — сказал он. — Даже если бы ты хотела уехать из Нового Орлеана, то не смогла бы просто уйти, потому что ты не такой человек. И я без тебя не уйду.

Я просто смотрела на него, пытаясь понять то, что он сказал. Осмыслить. И осознала, что на каком-то уровне я все еще ожидала, что он снова уйдет. Ждала, когда он попрощается и присоединится к Элеоноре за пределами Зоны, чтобы отправлять записки, в которых будет делиться, как он счастлив за пределами Зоны.

Я не могла представить себя ни с кем другим. Но не верила, что он ко мне относился так же.

Я не верила в нас.

А Лиам верил настолько, что был готов смириться с жизнью здесь, с магией, чтобы быть со мной. Он любил меня достаточно, чтобы пожертвовать собой. Вот и все.

Поскольку у меня не было слов, я обняла его. Это его удивило настолько, что ему потребовалось мгновение, чтобы обнять меня в ответ, притянув ближе. Я дала себе время, шанс побыть с любимым, желанным, прежде чем мир снова нас прервет.

— Спасибо, — тихо произнесла я.

Я не была уверена, сказала ли это достаточно громко, чтобы он услышал, но он погладил меня по волосам.

— Не надо благодарить меня за любовь. Это мой выбор, Клэр. Без каких-либо условий.

Теперь я откинулась назад, прищурившись.

— Ты пытаешься получить награду «Парень года»?

— Может быть. А какой приз?

Я наклонилась и поцеловала его.

— Я люблю тебя. И это же дарю в ответ.

— Хорошо, — произнес он.

— Теперь, когда мы все прояснили, я хочу попрощаться с Гуннаром.

— Ладно. Я подожду в вестибюле.

Мы разошлись, и я вернулась в комнату Гуннара и обнаружила, что он один, смотрит в окно на падающий дождь.

— Где все? — спросила я.

Он посмотрел на меня.

— Кэмерон пошёл проверить свою собаку. Кантрелл вернулся домой. Мы получили сообщения о наводнении, поэтому я их заставил.

— Ты получаешь отчеты?

— Много работы. Особенно сейчас. — Он похлопал по кровати. — Подойди сюда.

Я села на край кровати, устраиваясь так, чтобы было удобно сложить руки на коленях.

— Сейчас ты заявишь мне о своей бессмертной любви ко мне?

— Сейчас я спрашиваю о тебе и Лиаме.

— Обо мне и Лиаме? Тебя чуть не убили Паранормальные, а ты хочешь узнать о моей личной жизни?

— Я хочу знать, в порядке ли ты. Ты кажешься… напряженной. Или была такой.

Я не думала, что это так очевидно. Похоже, я ошибалась.