— П… привет, — с запинкой пробормотала Ада, глядя округлившимися глазами на своего визитера.

Следом за ним в комнату влетели два крылатых пса и с радостным лаем кинулись к хозяйке. Нападать на нарушителя ее спокойствия они явно не собирались, всем своим видом демонстрируя, что ему таким способом входить можно.

— Да как ты могла?! — раздраженно потрясая кистями рук, с которых все еще сыпались искры от примененного заклинания, заорал эльф на девушку. Она лишь тихо вздохнула в ответ, будучи атакованной домашними любимцами. Собаки, в отличие от гостя стремились не отругать, а облизать любимую хозяйку. Ну, или хотя бы поиграть с ней в «перетягивание одеяла». — Как ты могла это сделать… с НИМ?!

— Э? — круглые глаза блондинки теперь стали «квадратными», она непонимающе похлопала ресницами и осторожно уточнила: — С кем?

— С темным!

— А… а что я с ним сделала? — ее голос дрогнул, а в голову полезли разные страшные мысли о том, что по пьяни она таки свершила свою месть всем темным и… превратила Нира в дрова.

— Что-что, Адель?! Ты спишь в его постели, ты совсем спятила, да? — перестав вопить, простонал Эмилли-Эль. — Меня не было в городе всего несколько дней, а ты, а он… да как ты докатилась до такого?! Ты же благочестивая фея, настоящая леди, ты светлая жемчужина в океане безнравственности, а он, он…

— И что же он? — раздалось за спиной причитающего блондина, отчего тот невольно вздрогнул, машинально ударил светом в пол и, глядя, как дымится прикроватный коврик, пробормотал себе под нос что-то не очень приличное. Затем медленно развернулся к стоящему на пороге Ниру и, ткнув пальцем в его сторону, обвиняюще провозгласил:

— А он, то есть ты, воспользовался неопытностью этого юного создания и лишил ее девичьей чести!

— Правда, что ли? — прошептала шокированная фея и, нервно сглотнув, принялась осматривать свое помятое платье.

Когда ее взгляд упал на темно-красное пятно на юбке, девушка сдавленно пискнула, закрыла лицо руками, после чего благополучно рухнула в обморок. Чем тут же воспользовались обрадованные собаки: они принялись весело прыгать по телу своей хозяйки, то и дело норовя лизнуть ей ладони. Оба молодых человека, не сговариваясь, бросились к фее. Нир пытался оттащить за задние лапы наиболее крупного пса, который, в попытке удержаться на облюбованном месте, вцепился зубами в рукав Ады. Тот жалобно треснул и оторвался, прихватив с собой еще и часть лифа. Повисла пауза, даже мелкий летун, громко тявкающий до этого, проникся моментом и заткнулся. Светлый переглянулся с темным, высокомерно хмыкнул и, схватив брошенное всеми одеяло, накрыл им свою подругу. Затем тяжело вздохнул и тихо произнес:

— Придется жениться.

— На ком? — уточнил на всякий случай Нир.

— На ней, естественно.

— Эээ… а кому?

— Ну, конечно же, мне! — негодующе сверкнув глазами, рявкнул эльф. — Я не позволю ей запятнать свою репутацию браком с такой темной личностью, как ты.

— Ооо, — ехидно улыбаясь, протянул его оппонент. — Какое самопожертвование! А сколько благородства! — и демонстративно поаплодировал светлому. — А как же невеста?

— Язви, язви, слуга, ни на что большее ты не способен, — смерив его надменным взглядом, проговорил Эмиль.

— Ну, как же? А на лишение девичьей чести? — Нир уже откровенно ухмылялся, и эта его мимика стала последней каплей в терпении эльфа.

Рыкнув что-то совсем не «светлое» в адрес противника, парень ринулся на него с кулаками, окруженными золотистым сиянием. Нир плавно уклонился, но блондин, быстро среагировав на его маневр, все-таки достал темного скользящим ударом. Ответ не заставил себя долго ждать. А дальше… понеслось.

Когда Адель пришла в себя, ее взору предстала дивная картина: в полуразрушенной комнате на полу у стены сидели изрядно потрепанные молодые люди и что-то пили из кувшина, который по-братски передавали друг другу. А напротив них с невозмутимой миной стоял старый гном и терпеливо держал в руках пустой поднос.

— А мне? — хрипло сказала девушка, сглатывая слюну. — Пожалуйста! Я тоже пить хочу!

Дворецкий окинул ее хмурым взглядом и, развернувшись на каблуках, вышел из комнаты. Фея искренне понадеялась, что пошел он за водой, а не за жрецом для венчания. Больно уж странно гном смотрел на ее… А на что он, собственно, смотрел? Опустив взгляд, Адель чуть снова не лишилась чувств. Некогда скромное платье сейчас напоминало наряд бывалой развратницы, причем бывалой в нескольких переделках, судя по оторванному рукаву. Взвизгнув, девушка прикрылась краем съехавшего вниз одеяла и дрожащим от негодования голосом произнесла:

— Кто посмел?!

— Шарик, — хором ответили молодые люди и жестами указали на недовольного пса, лежащего у ног Нира.

Он и правда напоминал шар — большой лохматый шар с короткими ножками, прозрачными крылышками и жутко хитрой мордой, которую рассмотреть под длинной челкой было крайне затруднительно. Зато его собрат отличался гладкой шерстью, маленькими габаритами и невероятной подвижностью, а еще он сильно напоминал серого грызуна. Наверное, поэтому его и назвали в детстве Крыс.

— Шарик, — эхом повторила фея, а вышеназванное животное жалобно заскулило, порываясь ползком перебраться к хозяйке из-под ноги темного, придавившего ему хвост.

— Сидеть! — приказал Нир, и пес послушно лег обратно.

Адель прикрыла глаза, мысленно сосчитала до десяти и, снова посмотрев на сидящую у стены парочку, сказала:

— Приводить в порядок дом будете вместе.

— Хорошо, — покладисто согласился эльф, а его недавний противник утвердительно кивнул.

— Хм, — фея прищурилась, машинально поглаживая по голове Крыса, примостившегося возле нее. — А отчего это вы такие… покладистые?

— Выпустили пар, поговорили, прояснили ситуацию… — робко улыбнулся светлый, глядя на подругу подозрительно невинными глазами.

— … разгромили мой дом, разорвали на мне платье, лишили меня невинности, — продолжила девушка, краснея с каждым новым пунктом.

— Что, оба?! — не упустил возможность подколоть ее темный.

— Заткнисссь! — прошипела фея, пряча пылающее лицо за одеялом, а Нир, не выдержав, расхохотался.

— Адель, все в порядке с твоей девственностью, пятно на платье от вина, — поднявшись, Эмиль подошел к ней и, присев на край кровати, продолжил: — Этого придурка всю ночь дома не было, а ты, уставшая и сонная, просто перепутала комнаты.

— Это он тебе сказал?! И ты поверил?!

— Ад… — попытался остановить ее бывший слуга, но девушка лишь раздраженно отмахнулась от него, продолжая:

— Эмиль, я по уши в неприятностях, нет — по самую макушку! Я должна завтра отдать три сундука золота, иначе попаду на три года в рабство и два из них проведу в игорном доме Госпожи Милалики. Слышал о таком? — судя по вытянутому лицу парня, на котором странно забегали ясно-голубые глаза — слышал. — Сегодня в полночь я участвую в Тритэре, а…

— Что?! — на бледной от природы физиономии эльфа проступили красные пятна. — Где ты участвуешь? Тебя зачаровали, солнышко? Или ты все-таки спятила, как я и говорил ранее? Ты в курсе, что с Тритэры не все пешком выходят, некоторых и вперед ногами выносят?

— Это слухи, — пробормотала она, не желая верить в подобные ужасы.

— Слухи на пустом месте не растут.

— На первом уровне еще никто не погибал, — подал голос Нир. — А дальше ей и не надо.

— На первом уровне?! — чувствуя, что снова закипает, взвилась Адель. — Так это правда? И ты знал? Знал и отправил меня на эту проклятую Игру?!

— Ну, если для тебя рабство предпочтительней… — пожал плечами темный, а фея сказала:

— Я вас ненавижу. Обоих!

— Ээээ, а меня-то за что? — возмутился светлый.

— А за компанию!

— Яблочный сок, Госпожа фея, — чинной походкой пройдя по обломкам двери, сообщил старый гном. — Может, позавтракать желаете? Пока столовая не в руинах.

— С…ссспасибо, не надо, — взяв в руку стакан, то ли прошептала, то ли прошипела Аделаида. — Я уже сыта… по горло.