После довольно продолжительного разговора с Эмилли-Элем и Ниром, идея поехать с ними в салон Госпожи Баррэ казалась фее очень даже хорошей. Но сейчас, стоя за увешанной платьями ширмой, девушка искренне раскаивалась в содеянном. Как ей вообще пришло в голову привести в этот волшебный мир моды двух неотесанных особей мужского пола?! Это… это… это же просто кощунственно!

— Надень, — перекинув очередной наряд через перегородку, потребовал темный. Адель протянула руку к шелковому подолу, но тот проворно ускользнул от нее.

— Ты ссспятил?! — возмущенно зашипел сдернувший платье Эмиль. — В таком только шлюхи на работу ходят.

— Наш светлый мальчик знаком с работой шлюх? — платье снова оказалось на месте, и фея опять потянулась к нему, но… не поймала.

— Не время язвить, темный! — потрясая воздушной вещицей, заявил блондин.

— Не время играть в святую невинность, светлый! Ее вид должен сбивать с толку других иг… конкурентов. А уж чем их там сбить… мужскую половину точно… у маленькой Госпожи, поверь мне, есть, — ядовито закончил он и, в очередной раз отобрав многострадальный наряд у эльфа, снова швырнул его на ширму. — Примерь, Адель!

— Я говорила, что ненавижу вас? — задумчиво спросила фея, разглядывая пойманную, наконец, вещь.

— Да, — синхронно ответили ей.

— Хм… ну, тогда повторюсь, — вздохнув, сказала она и принялась натягивать на себя невероятно красивое, но чересчур открытое платье. Белое с серебристой вышивкой по краю глубокого декольте. Как раз под цвет ее маски.

Одевшись, девушка расправила складки на длинной юбке, поправила тонкую шнуровку на боку и, убедившись, что все сидит нормально, принялась задумчиво разглядывать себя в большом настенном зеркале.

— Маленькая Госпожа, ты там не заснула, часом? — осторожно уточнил Нир, спустя пять минут.

— Нет, — продолжая гипнотизировать свое отражение, проговорила Ада.

— Тогда, может, покаже…

— Нет! — снова повторила она, не дав ему закончить фразу.

— Почему? — оживился Эмилли-Эль по ту сторону ширмы.

— Потому что это не мой стиль.

— Выйди к нам, цветочек, — приказным тоном потребовал темный.

— Да, Адель, покажись уже, тут же все свои, — поддержал его светлый.

— Я раздеваюсь, — сообщила им девушка и, не успела она взяться за шнуровку, как оба спутника оказались рядом.

— Обалдеть! — в купе с восторженным свистом выдал свой вердикт эльф. — Ты такая, такая…

— Неприличная, — мрачно подсказала фея, скрестив руки на груди так, чтобы прикрыть большую часть последней.

— Эээ… я хотел сказать — нежная, — бледные щеки парня вспыхнули, а в глазах промелькнуло виноватое выражение.

— Нежная, — повторил его слова Нир, который в отличие от Эмиля даже не пытался смотреть в лицо своей бывшей госпоже. Он с интересом изучал изгибы ее точеной фигурки под тонкой тканью выбранного им платья. — Это подходит! — заявил молодой человек, отодвигая ширму.

— Да ты ссспятил? — возмущенно зашипела Ада. — Я же со стыда сгорю.

— Под белой шерсткой твоей маски, — склонившись к ней, прошептал темный, — пожар на щеках никто не заметит.

Девушка нервно передернула обнаженными плечиками, и обреченно посмотрела на него:

— Нир, я… я не смогу. Я не такая.

— Не какая? — заинтересовался он.

— Не… эээ… не смелая, — подобрала, наконец, подходящее определение фея.

Хотя на языке вертелось что-то про разврат да отсутствие стыда и совести. Даже подаренный бабушкой наряд, который она надевала для соблазнения герцога, казался вполне скромным в сравнении с этим платьем.

— Да ну? — еще тише проговорил Нир. — Не смелая, значит? А помнишь, с каким предложением ты ко мне ночью приходила? — вкрадчиво шепнул он ей на ухо и чуть дунул на свисающую вдоль шеи прядь волос. Та качнулась, пощекотав кожу окончательно смутившейся блондинки.

— Эм, не помню, — личико ее вспыхнуло, а черные глаза испуганно забегали, пока не столкнулись с сильно заинтересованными голубыми. Эльф нагло прислушивался к их тихой беседе, желая узнать побольше подробностей вчерашней ночи. — Я же говорила вам, что после второго фужера вина — все как в тумане. Нир, что я там тебе наговорила? Ты из-за этого ушел? Да? Извини, — Адель окончательно покраснела, а ее бывший слуга только головой покачал, глядя на нее.

— Успокойся, моя скромная Госпожа, ничего страшного ты не сказала. Просто сделала мне одно деловое предложение и, пока я его активно обдумывал, задремала на кровати. А мне нужно было съездить в одно место. Туда я и отправился.

Фея кивнула, принимая его ответ. Вдаваться в подробности этого самого «делового» предложения она не хотела, нутром чуя, что ничего хорошего не услышит.

— А на Тритэре тебя никто не узнает, если сама себя не раскроешь. Для того и созданы маски животных, чтоб игроки сохраняли свое инкогнито, — все так же тихо пояснил мужчина.

— Но ты ведь откуда-то знаешь всех, — с сомнением отозвалась девушка.

— Шкатулка, которую я тебе показывал, единственная в своем роде. Это магический артефакт, созданный самой Игрой. Не спрашивай, как именно она ко мне попала. Просто пойми, что кроме меня, Духа Тритэры и Милалики, связанной магическим договором молчания, о личностях участников никто не знает. И не узнает, если они сами себя не выдадут, ну, скажем… поведением. Лицо и голос при наличии маски изменяются. Так что тебе ничто не грозит. Успокоилась?

— Ннну… наверное. Только… как в этом платье ходить или… бегать? Вдруг придется? — неуверенно пробормотала она.

— Очень просто, — победно улыбнулся Нир и крикнул в зал, где хозяйка салона беседовала со своей портнихой. — Госпожа Баррэ, мы покупаем это платье, но нам потребуется некоторая коррекция…

— Подогнать по фигуре? — ослепительно улыбаясь, спросила невысокая женщина с хищными чертами не молодого, но хорошо ухоженного лица.

— Дааа, — поправляя свои любимые очки, согласился темный. — Подогнать. Вот тут, — указал он на белоснежный подол, перечеркнув его ладонью пополам. — Хотя лучше тут, — провел он рукой сантиметров на двадцать ниже пояса. — Да, именно!

— Что тут? — отметив наметанным взглядом, как идеально сидит на девушке модель, не поняла хозяйка.

— Обрезать до середины бедра, — спокойно пояснил Нир.

— Что?! — хором воскликнули все присутствующие.

— Обрезать и подшить. А потом подобрать легкие шаровары под цвет и мягкие туфли без каблука. Вы же сможете нам с этим помочь, Госпожа Баррэ?

Она помогла. А еще содрала за эксклюзивный заказ двойную цену. В результате вместо двадцати пяти золотых Адель оставила в этом недешевом царстве моды все пятьдесят. Правда, оба спутника, уговаривая ее на покупку, пообещали возместить на днях если не всю сумму, то хотя бы половину, но девушка лишь вяло отмахнулась. Она прекрасно знала, что у темного таких денег просто нет, а светлый, может, и наскребет нужное количество — но при этом сам останется без гроша. Он являлся младшим сыном знатного эльфийского семейства, и по законам их народа не имел права претендовать на наследство. Зато после скорой свадьбы с Юми-Эль, которую Эмиль видел только на портрете и пару раз в магическом шаре гадалки — он станет богат и влиятелен. Этот взаимовыгодный союз родители заключили, когда их чада еще пешком под стол ходили. И вот теперь, после совершеннолетия обоих помолвленных, им предстояло соединиться узами брака в течение года. Даже не года, а пары месяцев, которые от него остались. Ну, да, не спешил жених к невесте за тридевять земель мчаться, несмотря на ее приданое и красоту неземную. Эльфы они и есть эльфы — все прекрасны до безликости. А пока холостой выпускник Академии Светлого искусства предпочитал жить на то, что сам заработает, игнорируя денежные подачки отца и брата. Этот эльф был гордым парнем, и фее очень не хотелось вынуждать его идти на поклон к родственникам из-за какого-то там… ладно, из-за очень дорогого платья. В конце концов, зря она что ли за своими сбережениями в банк заезжала?