— Прости, но всю вежливость я растеряла вместе с наивностью, когда вытаскивала из этой ловушки одну подлую Змеюку.

— Какая добрая и доверчивая киса, — не без иронии отметил он.

— Иди своей дорогой, а? — скривилась фея. — Все равно же помогать не станешь, так нечего и глумиться! — с раздражением закончила она.

— Какая грозная и недовольная киса, — рассмеялся Барс.

— Да ты издеваешшшьссся?! — зашипела Адель, с силой ударив руками по поверхности воды. Поднявшиеся брызги посыпались на нее, даже не долетев до ног собеседника.

— Я умиляюсь, — спокойно возразил он, а потом задумчиво поинтересовался: — Как ты Змею спасала? Где веревка?

— Э… — от такого неожиданного вопроса фея застыла на месте и едва не ушла с головой под воду, но вовремя спохватилась и снова начала делать легкие движения, чтобы держаться на плаву. — Веревка?

— Ну, да. Не бросать же тебя в беде! Ты слишком хорошенькая, чтобы так глупо утонуть. Хотя… — он склонил звериную голову к плечу и забавно дернул ухом. — Если леди настаивает, я могу пойти своей дорогой. Время на Игру ведь ограничено.

— Нет-нет! — поспешно воскликнула Ада, не до конца веря в свою удачу. — А… как же правила?

— Ну, — мужчина сделал вид, что задумался, потом хитро подмигнул ей и сказал: — Ты же компенсируешь мне эту жертву?

— Ч-чем? — запнувшись, уточнила фея.

— Расслабься, Кошечка, — снова улыбнулся Барс. — За твое спасение я попрошу, — он придирчиво окинул взглядом ее мокрую мордочку-маску, на которой настороженно поблескивали два черных глаза, после чего выдал: — Ну, хотя бы… поцелуй.

Девушка шумно выдохнула, только сейчас осознав, что все время, пока собеседник размышлял, она не дышала вовсе. Фея решила, что какой-то поцелуй — это сущая мелочь, когда на кону стоит собственная жизнь, и охотно согласилась на обмен.

— Без маски, — добавил он, и она с заминкой, но кивнула. — После игры, — новое уточнение ей не очень понравилось, но жить хотелось больше, поэтому девушка согласилась и на него. — На свидании.

— Это весь список? — настороженно поинтересовалась Адель.

— Да. Я угощаю. Ты любишь мороженое?

— Обожаю, — вяло отозвалась она.

— Вот и договорились!

— Угу. А теперь, пожалуйста, вытащи меня из этой ловушки.

— Конечно. И где веревка? — снова спросил маг.

— А, не было ее.

— Как же ты Змею наверх поднимала?

— Штаны сняла, — отчаянно краснея под маской, пробормотала Адель.

Барс странно кашлянул, чем-то подавившись. Для успокоения своих нервов девушка решила, что смешком, а не слюной или воздухом, больно уж плотоядным был его синий взгляд в этот момент.

— А еще раз снять не судьба? — откашлявшись, спросил маг.

— Я чуть не утонула, пока их одевала, — нехотя промямлила фея. — И потом… негоже это перед незнакомым мужчиной в нижнем белье ходить.

— Плавать.

— Что?

— Плавать, говорю, а не ходить, моя скромная белая кошечка, — вздохнул Барс. — В мокрой одежде ты выглядишь не менее аппетитно, чем без нее. Да и ножками твоими уже все зрители успели полюбоваться…

— Зрители? — теперь Ада побледнела, но плотная иллюзия шерстки идеально скрыла и это изменение на ее лице.

— Зрители-зрители, — покивал головой маг. — Тритэра — Игра на публику. Ну, да ладно… — проговорил он и, видимо, придя к какому-то решению, начал быстро расстегивать свою просторную рубашку. — Раз твои штаны выдержали Змею, то и моя рубашка выдержит тебя. Лучший Иссэйский шелк, крррепкий!

— А как же… зрители, — облизав соленые от воды и недавних слез губы, прошептала фея.

— Ну… они же на шоу рассчитывали, придя сюда. Не будем их разочаровывать, — рассмеялся Барс и, обнажившись по пояс, скинул вниз свою рубашку, предварительно намотав один из ее рукавов на руку. Глядя снизу вверх на этого мужчину, Адель невольно подумала, что зрители точно не разочаруются. — Цепляйся, принцесса-кошка. Нам еще лабиринт надо успеть пройти.

Он действительно ее вытащил. Не скинул в процессе (хотя наученная горьким опытом Адель ожидала и такой вариант), не столкнул повторно со стены и даже помог устоять на ней, когда девушка испуганно шарахнулась от него, опасаясь подвоха, и чуть сама не упала в соседний резервуар. А потом они оба вошли в дверь, появившуюся на стене, опоясывающей водяную комнату по периметру, и оказались в совершенно сухом и на вид безопасном помещении. Там Барс натянул на себя рубашку, с какой-то непонятной тоской в синем взоре оглядел девушку и… предложил ей быструю магическую сушку в обмен на еще одно свидание. Не сложно догадаться, что Ада согласилась. Белый шелк, облепивший тело, мешал свободно двигаться, не говоря уже про то, что смотрелось все это крайне неприлично. А ни спотыкаться, ни смущаться, ни позориться перед другими игроками — она не желала.

— Что за ящерка была там? — спросила фея, когда они вместе прошли сквозь ряд комнат, удачно избегая ловушек и сообща разбираясь с зашифрованными подсказками.

— Ящерица? — чуть нахмурился Барс, оглянувшись на нее.

— Ну, да. Саламандра в воде, которая к тебе в рукав скользнула, — кивнула фея, следуя за новым… союзником, партнером? Кем? А, учитывая предстоящие свидания с обещанным поцелуем, определить статус этого господина и вовсе было сложно.

— Эта? — чуть улыбнулся он, показав ей запястье, на котором красовалась одноименная татуировка.

— Эээ, — фея растерялась, так как не видела никаких рисунков на мужском торсе, когда он раздевался. Или она просто не на то смотрела?

— Или эта? — продолжая улыбаться спросил Барс и, отогнув серебристый ворот, продемонстрировал очередную саламандру, выведенную линиями под его ключицей.

Адель замерла, удивленно глядя, как мордочка животного медленно обретает объем и, отделяясь от кожи, имевшей золотистый оттенок, характерный для обитателей Иссэ-Терри, поворачивается в ее сторону. Девушка моргнула, ящерка тоже. В голове выпускницы Академии вновь всплыл курс о характерных признаках разных рас, а мордочка волшебного существа снова прислонилась к груди хозяина, став просто татуировкой. Такими вот мигрирующими тату обладала только одна раса в мире Живых. Раса, с которой опасались связываться даже короли.

— Д… д… дракон? — выговорить это слово у девушки получилось не сразу.

— Тссс, — прошипел он, наклонившись к ней. — Не забывай про зрителей, Киса.

— Д-дааа, — нервно хихикнув, отозвалась она и мысленно поздравила себя с очередным набором неприятностей. — А почему маска Барса? — не найдя ничего лучше, спросила фея.

— Потому что кошечки нравятся, — многозначительно сообщил он и, взяв девушку за руку, потащил вперед. — Третья дверь справа, нам туда!

Ополоснув лицо прохладной водой из каменного бассейна, в центре которого тихо журчал миниатюрный фонтан, Адель оглянулась на свое отражение, и невольно улыбнулась забавной кошачьей мордочке с розовой пуговкой носа. Эта небольшая уборная располагалась через коридор от общей гостиной, в которой участники Тритэры отдыхали между уровнями игры. Светлая и чистая, она сплошь была увешана зеркалами. К одному из них девушка и подошла, желая подробней разглядеть свой звериный образ. Маска-иллюзия практически не ощущалась на ощупь, зато полностью скрывала лицо зрительно. Эмоции отражались на ней не совсем человеческие, но близкие к тому, а снять эту деталь «маскарадного костюма» мог только владелец, что было очень удобно, а еще давало безопасное ощущение анонимности. Именно это ощущение и согревало душу несчастной феи, успевшей вляпаться в историю на самом простом уровне Игры.

Но, несмотря на инцидент со Змеей, Ада вместе с Барсом успели вернуться в гостиную вовремя. Когда они перешагнули через позолоченную раму зеркала и вошли в знакомую комнату — там уже находились четверо игроков: ворон, ягуар, проклятая змеюка и рыба. Кто-то попивал стоящие на столике напитки, кто-то листал книги, взятые со стеллажей, а кто-то просто отдыхал, сидя в удобном кресле. Практически следом за феей и ее спутником явилась сильно злая Лисица в порванном сбоку жилете, и сильно потрепанный волк. А вот филин явно запаздывал. Отпив немного вина, предложенного Барсом, Адель ушла приводить себя в порядок, чем и занималась на данный момент. И, если наряд ее с помощью стараний дракона выглядел, как новый, то в голове девушки царил полный беспорядок. Радость от удачного завершения уровня противостояла беспокойству, усталость — взбудораженности, а желание поскорее вернуться домой — странному азарту, требующему остаться и посмотреть, чем закончится Тритэра. Фея даже знала, за кого именно будет болеть.