На охоту за артефактами? Да, пожалуйста! Хоть к демону в пасть, лишь бы подальше от радушных хозяев в зеленых скафандрах и их металлических оранжерей. Хотя к демону в пасть все-таки не надо, хватит с нее острых ощущений на сегодня!

Гранд-эльф (как представился рассказчик далеко не на первой минуте своего монолога) торжественно пообещал девушке дать в дорогу еды, быстрого коня и специальный браслет на руку, чтобы они с компаньонами друг друга опознали при встрече. Без своего уродливого шлема этот тип выглядел юным и красивым, если бы не высокомерное выражение прекрасного лица и не интонации певучего голоса, сильно отдающие снобизмом.

Когда в огромную металлическую комнату без окон, но с «растениями» и жутко неудобными лежанками, завели «коня» — фея приоткрыла рот от удивления. Когда объяснили, как этим «зверем» управлять — нервно икнула, но отказываться от транспортного средства не стала. А когда Гранд-эльф, не обращая внимания на ее странные реакции, отмахнулся от взлетевшей с «фикуса» «бабочки», пренебрежительно назвав ее назойливой робо-феей, Аделаида Ванн Грениус истерично хихикнула, вытирая выступившие на глазах слезы. Мешочек с металлическими шариками она обменяла на зеленый рюкзак с провизией (вполне съедобной с виду). Затем забралась на спину техноскакуна по выдвинутой из его бока лестнице и, вдавив красный выступ у основания стальной шеи, выехала в предусмотрительно открытые двери. За ними не было коридоров, не было и других помещений — там высокой стеной стояли металлические джунгли, среди которых, мерзко жужжа, летали стаи зубастых робо-фей.

Эльф сказал, что «конь» знает дорогу сам, «конь» сказал, что он экспериментальная модель, оснащенная навига… короче, чем-то непонятным и загадочным из разряда магии металла. Ну, а фея ничего не сказала, зато она подумала много всего интересного о двуликом мерзавце, который устроил ей этот персональный ад, и о таинственном темном, которого она лично придушит по возвращении домой. Осталась самая малость — вернуться!

Где-то на территории, прилегающей к чертогам «Вечного Совершенства».

Адель ехала по «лесу» уже целую вечность. По крайней мере, девушке, окончательно закоченевшей во время пути, именно так и казалось. Зубы ее отстукивали чечетку, плечи подрагивали в такт тяжелым шагам «животного», а по коже, слегка прикрытой тонким шелком, носились стаи ошалелых мурашек. Теплой одеждой Гранд-эльф свою избранную не обеспечил, зато он, помнится, что-то говорил про режим подогрева «коня». Вот только как активировать этот самый мифический режим до феи так и не дошло, слишком разительно отличались местные транспортные средства от привычных ей ездовых зор-заров, которые слушались… обычно слушались мысленных приказов возницы. К-349 (странная кличка, но что здесь не странное?) никакие внушения не воспринимал. Его громоздкое тело было ужасно холодным и твердым. Да еще и ноги жутко разболелись от неудобной позы.

Для кого вообще предназначалась сея зверюга? Эльфы, то есть несколько их представителей, которых довелось увидеть фее, были не намного крупнее ее. Неужели и в этом мире присущая им мания величия победила практичность?

Адель поправила на руке тяжелый браслет и уставилась на свою кошачью физиономию с чуть припухшим носиком, которая отражалась на отполированном затылке «коня». Изучать окрестности девушке не хотелось. На километры вокруг не было ничего живого, даже ядовито-зеленый мох под копытами К-349, состоял из проволоки и той странной «кожи», в которую был облачен «подопечный» Адель. К счастью, смотреть по сторонам не было нужды. Железный конь сам вез свою миниатюрную наездницу к месту встречи с компаньоном.

От холода и монотонной езды Аду начало клонить в сон. Но как только перед ее полузакрытыми глазами что-то пролетело и, стукнувшись о конский затылок, отскочило, чуть не задев девушку, она тут же проснулась. «Конь» как-то резко (почти как живой) мотнул головой. А фея перевела настороженный взгляд с вмятины, появившейся на его голове, наверх — прямо над ними на металлической ветке угрожающе покачивались шарообразные «плоды». «Конь» еще раз мотнул головой и вдруг произнес:

— Я К-349. К работе готов. Обозначьте маршрут следования, — Адель оцепенела. — Я К-349! Обозначьте маршрут следования!

«Заело!» — подумала девушка и, потянувшись, нерешительно потрогала выемку на голове «животного».

— Задача принята! — «проржал» К-349 и ломанулся сквозь заросли.

— Аааааа! — заорала Адель, прильнув к ледяной шее взбесившегося «скакуна», и зажмурилась, чтобы не видеть проносящиеся мимо «деревья», их хищно мелькающие ветви и затоптанные в землю «растения».

Где-то в зарослях «Нефритового леса».

Ягуар был в ярости. От вездесущей пыльцы чесалось все тело и неимоверно хотелось чихать. А от друидовского транспортного средства ощутимо подташнивало. С трудом отбившись от лиан, перекидывающих его друг другу по воздуху, как грузчики мешок с картошкой, магистр предпочел дальше пробираться пешком.

— Хоть бы тесак какой дали! — бесился маг, в остервенении раздирая заросли и топча ногами ненавистные цветы.

«Кольчугу» из гибких стеблей, которую ему выдали гостеприимные подопечные, мужчина распустил на кучу «ленточек» сразу, как только оказался вне зоны видимости лесных жителей. А вот с дурацким венком, постоянно лезущим в глаза своими листьями, так же радикально поступить не получилось — именно он был опознавательным знаком для компаньона, на встречу с которым спешил хозяин Черной реки. Да и вообще, проклятая зачарованная дрянь банально не снималась, зато источала дурманящий аромат, от которого у магистра чесался нос.

А впереди тихо шелестели пушистые кроны, и этому зеленому безумию не было конца и края.

Где-то на краю «Великих подземелий».

Лиса от души выругалась, в который раз стукнувшись макушкой. Эти «Великие» подземелья уже достали ее до зубовного скрежета своей величиной. У озлобленной ведьмы болело все тело: особенно ныли колени, на которых приходилось порой ползти, и задница, раз пять отбитая об грубые каменные полы. И все же ехать, даже постоянно соскальзывая назад и задевая неловко согнутыми ногами стены, было предпочтительнее, чем передвигаться на четвереньках. Лиса с отвращением посмотрела на проклятую жестянку, еле-еле шевелящую лапами под непривычным грузом.

Крыса! Пусть механическая, но все равно крыса. Ведьма вспомнила, как полчаса назад была вынуждена ползти на карачках, держа эту тварь за хвост, чтобы она не сбежала, и подумала, что если кто-то из недомерков-механиков попадется ей на глаза, прибьет, наплевав на правила. В конце туннеля забрезжил тусклый свет и «крыса», видимо, мечтавшая избавиться от наездницы не меньше, чем та от нее, шустро засеменила к выходу.

Наконец-то выпрямившись во весь рост, Жозефина окинула взглядом окрестности: за спиной «нора», из которой она выбралась; справа и слева камни, поросшие мхом, над ними чахлые ветви пыльных кустов, за ними мрачные силуэты деревьев; впереди же маячит обещанная гномами тропинка. Где-то на ней уже должен ждать Лисицу напарник. Хотелось бы верить, что это будет барс или волк — остальные кандидатуры как-то не вдохновляли ведьму. Потянувшись, она слегка размяла затекшие мышцы, после чего направилась к тропе. «Крыса», не дождавшись приглашения, послушно потрусила следом.

Где-то неподалеку от озера «Бесконечной любви».

Барс сидел, поджав под себя ноги, и предавался меланхолии. Смрад, поднимающийся от воды, начисто отшиб обоняние, в глазах рябило от мелькания прибрежных зарослей, а на бедрах, обтянутых мокрыми штанами, уже не осталось живого места. Вот и сейчас очередная лапка с перепонками между пальцами вынырнула из воды и, ущипнув мужчину за ляжку, снова скрылась под слоем мутной жижи.