- Может быть, может быть, - проговорил Мэйс со злорадной улыбкой, - мы разберёмся, а пока вы побудете под арестом. Сдайте револьверы.

- И не вздумайте шутить, - раздался голос позади нас. Обернувшись, мы увидели офицера с револьвером в руке. Мэйс тоже встал с места и, откинув полу пиджака, положил руку на кобуру.

- Да, конечно, - не стал я спорить и потянулся за оружием.

- Нет! – рявкнул он, - стоите смирно, я сам возьму.

И этот дурак подошёл к нам, наведя ствол револьвера мне в грудь, он потянулся к кобуре. Я качнулся назад, мой корпус на секунду ушёл с линии прицела, а потом я сделал то, чему меня когда-то отлично научили злые дядьки в форме. Запястье его руки было вывернуто, кости хрустнули ещё раньше, чем он успел нажать на спуск, а раскрытой ладонью я ударил его снизу вверх по носу. Нос, естественно, сломался, а офицер, отнюдь не готовый служить в группе захвата, мешком повалился на пол в состоянии болевого шока. В это же время отличился и Эванс, он совершил прыжок рыбкой через стол, ударив Мэйса головой в грудь, тот не был родственником Клинта Иствуда и потому револьвер достать не успел. Два удара кулаком в голову окончательно потушили сознание местного губернатора.

- Что дальше? – спросил Эванс, поднимая револьвер Мэйса.

- Надо идти к своим, если их арестовали, то освободить и прорываться в порт. – Я тоже поднял второй револьвер.

Идти через здание было рискованно, поэтому мы просто распахнули окно и спрыгнули вниз, радуясь тому, что кабинет Мэйса находится на втором этаже. Как бы мы ни спешили, группа захвата нас опередила. На крыльце гостиницы стоял наряд из двух солдат с винтовками. Ребят явно взяли в номере. Мы стояли на противоположной стороне улицы и смотрели в окно. Отчего-то солдаты не спешили выводить их под конвоем. Вообще, что-то было не так. Эванс достал маленький бинокль и посмотрел внимательно, после чего просиял.

- Они там! Солдаты их не видят, Петер и Хорт, заклинание невидимости!

В этот момент в окне показался Билл, который увидел нас, но кричать не решился. Просто показал вниз, где стояли двое солдат, после чего провёл пальцем по горлу. Мы всё поняли, да и сложно было не понять. Маги применили заклинание отвода глаз, парни рассредоточились вдоль стен, солдаты в недоумении шарят по комнатам. Самое время сваливать, но те, кто стоит на выходе, каким-то образом не попадают под действие заклинания, наверное, стоят слишком далеко, а значит… Не сговариваясь, мы достали ножи. На нас заклинание невидимости не действовало, но увидели они нас поздно, опасность ждали изнутри. Молодой солдат начал было поворачивать винтовку в мою сторону, но было поздно, я в один прыжок оказался рядом с ним, длинный узкий клинок легко вошёл между рёбер, как раз напротив сердца. Подхватив обмякшее тело, я протащил его внутрь здания и аккуратно положил на пол. То же самое сделал Эванс. По идее нас должно быть видно с улицы, но никто из обывателей тревогу не поднял. Когда мы снова вышли наружу, Эванс махнул рукой, а парни по одному стали выходить из здания.

Вся команда вышла, обессиленные маги отключили заклинание, после чего мы, делая ставку исключительно на скорость, побежали в сторону джунглей.

Впрочем, джунглями этот лесистый участок можно было назвать весьма условно. Кусок тропического леса, примерно, километр в поперечнике. Теоретически, можно было здесь окопаться и держать оборону, патронов у нас хватало, да только нам не это нужно. Продержаться до завтра, утром, непосредственно перед отплытием, под прикрытием заклинания подняться на борт. А потом, когда отойдём от берега, раскрыть инкогнито и предложить капитану Гриму сотрудничество на безальтернативной основе.

- Хорт, Петер, как вы? – спросил я магов, выглядели они неважно.

- В обморок не упадём, - отозвался Хорт, - но заклинание повторить сможем нескоро.

- Пока и не нужно, - Эванс, спрятавшись за деревом, осматривал ближайшие дома, - почему нет погони?

- А есть ли кого отправлять? – спросил я. – Из рейда вернулись человек двадцать, раненые и деморализованные, одномоментно здесь видел ещё десятка два, которые до сих пор переворачивают гостиницу.

Как бы то ни было, а солдаты нашлись. Через час, или около того, со стороны крайних домов показалась большая группа бойцов. Шли медленно, держа лес на прицеле, а позади и чуть левее устанавливали на треноге пулемёт. Неплохо придумано, если выстрелить в пулемётчика, то ответят стрелки, а если в одного из стрелков, то пулемёт причешет деревья.

- У нас есть пулемёт, а у вас его нет, - пробормотал я задумчиво и повернулся к магам, - парни, без вас никак. Ударьте чем-нибудь, пусть несильным, но страшным. Они, с некоторых пор, магии боятся.

Хорт задумался, потом кивнул. Собственно, изобретать он ничего не собирался, всё та же белая стрела, которой убили динозавра. Он сложил руки ковшиком, что-то прошептал, потом подбросил невидимый предмет, который превратился сначала в шар белого цвета, потом стал вытягиваться, пока не приобрёл форму длинной узкой линии. Лёгкими движениями ладоней он сориентировал её в нужном направлении, сказал слово и словно бы дунул вслед. Стрела сорвалась с места и, резко набрав скорость, уже через секунду ударила в грудь ближайшего солдата.

Это нужно было видеть. Как я понял, заклинание было простым, способным убить только одного человека, но как же это было эффектно и страшно. Солдат не успел даже закричать. Его словно распирало светом изнутри, свет вырвался изо рта и из глаз, форма на нём только слегка начала тлеть, тогда, как сам он рухнул вниз пустым мешком, внутри которого был только пепел и обгорелые кости.

Надо отдать должное солдатам, они были смелыми людьми, даже стреляли, пятясь назад, раз за разом передёргивали затворы и снова стреляли. Явно с лёгкостью пошли бы в атаку на пулемёт, но такая страшная и непонятная смерть их по-настоящему напугала.

А мы получили небольшую передышку, дело шло к вечеру, теперь нужно ждать и подбираться поближе к порту. Не прозевать бы отправку «Акульей пасти», корабль загружен, может отойти в любой момент, по приказу капитана, а тот вполне может отдать такой приказ в связи с последними событиями на берегу. Хорт объяснил, что к утру они смогут нас прикрыть, но не раньше. Значит, будем пробираться под прикрытием темноты.

Но противник наш был непрост. Обломавшись с преследованием, командование пошло на радикальные меры. Понимая, что мы никуда пока не ушли, был отдан приказ применить артиллерию. Первые же снаряды разорвались в воздухе позади нас, осыпав деревья железным горохом. Шрапнель. Плохи наши дела, в землю не зароешься, не поможет, а блиндаж строить некогда.

- Вперёд! – скомандовал Эванс, после чего мы, перехватив оружие поудобнее, бросились в атаку. Уже полностью стемнело, и нас вряд ли кто мог увидеть. Да и не смотрел никто никуда, просто били по площадям. К шрапнельным снарядам прибавились фугасные, которые одно за другим валили деревья. Но нам это на руку, в таком грохоте никто не услышит, как группа из десяти человек пройдёт по улицам и спрячется в порту.

Так и вышло, мы пробрались по пустым улицам, обыватели сидели по домам, не высовывая носа, и вышли в порт, где просто присели в тени причала и терпеливо ждали рассвета.