Тысячи лет люди создавали мифы, сказания и легенды, героями которых были боги и богини, цари и короли, принцы и принцессы, храбрые и смелые богатыри, простые, честные и добрые люди и всякие подлецы, негодяи и трусы. И всегда в этих мифах и сказках происходили чудесные превращения положительных и отрицательных героев. Чаще всего они принимали вид самых разных животных или звероподобных чудовищ.

Наиболее богаты такими превращениями богов и героев в облик животных мифы Древней Греции, Египта, Рима и Древней Индии.

Своеобразную сводку мифических превращений составил в стихах один из наиболее известных древнерим-книга римского писателя II века н. э. Апулея «Метаморфозы». Чудесные превращения описаны в книгах и других дрёвних авторов. Широкую популярность получила книга римского писателя II века н. э. Апулея «Метаморфозы», более известная под названием «Золотой осел». Этот авантюрно-сказочный роман повествует о приключениях юноши, в силу волшебства превращенного в осла. В числе почитателей книги был и молодой А. С. Пушкин:

Огромное множество чудесных превращений можно найти в сказках буквально всех народов Земли. Причем всегда, когда люди создавали образы разных чудовищ, они наделяли их чертами известных им животных. Даже чертей и то изображали с копытами, козлиными рогами, длинными хвостами и свиным рылом.

Для усиления представления о чем-то особенно страшном люди наделяли созданных их воображением чудовищ смешанными чертами разных животных. Вспомним хорошо известную всем сказку «Аленький цветочек» в замечательной записи С. Т. Аксакова. В ней говорится, как купеческая дочь подружилась с невидимым, но очень добрым чудищем лесным. А когда увидела его — упала на дорогу без памяти. Да и было отчего испугаться. Уж очень страшен был зверь лесной, чудо морское: руки кривые, на руках когти звериные, ноги лошадиные, спереди-сзади горбы великие верблюжьи, весь мохнатый от верху до низу, изо рта торчали кабаньи клыки, нос крючком, как у беркута, а глаза были совиные. Попадись такое страшилище любому современному зоологу, тоже небось душа в пятки уйдет.

Народные поверья о всякой чертовщине нашли отражение и в сочинениях А. С. Пушкина, хотя в них просматриваются и четкие проявления атеизма. Героиня поэмы «Евгений Онегин» Татьяна Ларина во сне оказалась в лесной избушке — туда принес ее обессилевшую большой взъерошенный медведь. Находясь, в сенях, Татьяна слышит шум в доме и тихонько глядит в щелку.

«Шайка домовых» — так назвал Пушкин это сборище чудовищ.

Знаменитый немецкий мыслитель и естествоиспытатель Иоганн Вольфганг Гёте (1749–1832) в борьбе с католической церковью и системой верований и предрассудков не раз обращался в своих произведениях к мифическим обобщениям, к духам, чудесным превращениям. В трагедии «Фауст» Гёте рассказывает, как к ученому во время прогулки явился злой дух, дьявол в виде черного пуделя. Фауст вошел с ним в дом. Во время размышлений ученый увидел перемены в облике пса:

Вопреки ожиданиям Фауста его заклинания не возымели силы, и перед ним вместо рассеявшегося тумана появился Мефистофель в виде бродячего философа-схоласта. Очевидно, читатели трагедии помнят, что Мефистофель — спутник и искуситель Фауста, предложил ему власть, знания, земные блага и всякие радости в обмен на душу.

Мифы, сказки, легенды о чудесных превращениях вызывали удивление, восхищение и, конечно, страх. Разумеется, люди знали, что все сказки — это всего лишь плод фантазии, выдумки. И все же они порождали и утверждали веру в возможность различных превращений в действительной жизни. Так появлялись и закреплялись суеверные представления о колдунах, ведьмах, оборотнях и всякой нечистой силе.

В детстве и в ранние школьные годы, когда мы жили в большом, красивом украинском селе на Киевщине, я слышал рассказы о страшных оборотнях — вовкулаках, злых людях, превращавшихся в волков. Встретишься с таким ночью — жди беды. Загрызет или кровь высосет из тебя.

В русских народных поверьях таких оборотней называли вампирами, или упырями. Считали, что вампир — это сказочный оборотень, обычно мертвец, якобы выходящий из своей могилы и сосущий кровь из живых людей и животных.

Долгое время в деревнях да и в городах упырями пугали и взрослых, и особенно маленьких детей. Помню, как в Воронеже в знакомой семье молодая мать пугала шалившую дочурку:

— Не будешь слушаться — упырь придет…

У оборотней-вампиров было и еще одно название — вурдалак. Легенду о вурдалаках высмеял А. С. Пушкин в одноименном стихотворении, написанном в 1834 году. В нем он рассказывал, как «раз позднею порой трусоватый Ваня бедный чрез кладбище шел домой. Страшно парню, еле дышит, спотыкаясь, чуть бредет по могилам и вдруг слышит — кто то кость, ворча, грызет».

Вера в вампиров-вурдалаков существовала в разных странах. Предрассудок был живучий и, пожалуй, выгодный кое-кому, чтобы держать людей в страхе и повиновении. В народе сложилось даже поверье о том, как можно превратиться в оборотня. Такие народные рецепты записал В. И. Даль. Что же нужно было делать, чтобы стать оборотнем? Нужно идти в лес, найти гладко срубленный пень и воткнуть в него с приговорами нож. Тут же следовало перекувырнуться через этот пень, и станешь волком. Порыскав в качестве волка, оборотень мог снова превратиться в человека. Для этого нужно было вернуться к своему пню, забежать с противоположной стороны и перекувырнуться обратно. Но тут была и опасность: если кто-то из проходивших мимо людей унесет нож, вынув его из пня, то тогда останешься навеки волком.

Нередки были случаи, когда под видом оборотней людей пугали всякие мошенники и грабители. В научной и художественной литературе известно немало таких примеров. Один из самых ярких мы находим в книге бельгийского писателя середины прошлого столетия Шарля де Костера «Легенда об Уленшпигеле». Описанное им поверье относится к XVI столетию. Во Фландрии в селениях возникла паника — в округе появился огромный волк, оборотень, загрызавший девочек и взрослых. Их всегда находили со следами длинных и острых зубов на прокушенной шее. Страшного оборотня поймал смелый фламандец Тиль Уленшпигель. Оборотнем оказался старый рыбник, грабивший и увивавший людей на глухой дороге. На промысел он выходил, надев шкуру, сшитую из шкур двух волков, а свои жертвы убивал, сдавливая им шею вафельницей с ввинчивавшимися в нее острыми зубьями. Порожденный суеверными домыслами миф о страшном оборотне-вампире был развеян.