– Вы… – и тут же снова затих. – Кто ты такая?

– Вы зовёте таких как я проклятыми или клеймёнными, а в мире демонов мы слывём контракторами. Я одна из тех, кто заключил сделку с чудовищем ради исполнения желания в обмен на бессмертную душу.

– Проклятая…

– Именно святой отец, – улыбнулась совсем не к месту.

– Но ведь… такие как ты должны принимать сторону зла… так почему же, сейчас ты пытаешься помочь ему…? – недоверчиво смотрел на Марию.

– Потому что всё зависит от самого контрактора. Мы не подчиняемся воле демонов, это им суждено подчиняться нам. Поэтому совершаемые ими поступки зависят только от приказов их контракторов. Людей, что на время действия уговора, распоряжаются ими как своими слугами. Знаю что сейчас у вас в голове только одна мысль – как можно быстрее расправиться с нами, но – поднявшись, быстро достав клинок, она насквозь пробила Михаэлю грудь, – к сожалению это невозможно. Поэтому не стоит тратить силы на то, чтобы вырваться отсюда и натравить на нас солдат.

– Совсем из ума выжали? – недовольно взялся Михаэль за клинок под эфесом, вытягивая из себя так, словно ничего серьезного и не произошло. – Неужели нельзя было как-то иначе объяснить ему это. Теперь снова придётся новую одежду покупать.

– Ч-ч…Чу-чу…

– Чудовище – наверное, именно это вы хотели сказать, – взглянул на священника, немного напрягшись от боли. И стоило мужчине произнести эти слова, как они тут же застряли у Филиппа в горле.

– Простите…

– Не стоит извиняться за то, что вы называете вещи своими именами. Я чудовище и есть. Но можете не бояться, я ничего вам не сделаю, если вы поступите также. Сейчас мы здесь не для того, чтобы причинять кому-либо вред. Вот только… – достал свёрток из внутреннего кармана, – кажется, что вам всё же понадобится некоторое время, чтобы с этим свыкнуться. Что ж, не хотел использовать его в подобном случае, но,… похоже, что другого выхода у меня нет. Держите.

Боязливо взяв из рук демона какой-то свёрток, Филипп остолбенел, увидев оттиск и, не став сдерживаться, поспешил его прочесть:

– Сим документом я, епископ Инсбрука, прошу вас предоставить любую помощь и убежище этим людям… Глазам своим не верю, о вас просит сам епископ…

– Услуга за услугу. Мы помогли ему и в благодарность получили этот документ. А теперь, святой отец, давайте вы, сейчас сделаете вид, что ничего не произошло, и мы спокойно выйдем, чтобы не пугать этих людей. У них и без нас забот хватает.

Но сделать вид, будто ничего не произошло, оказалось достаточно сложно. Филиппа буквально колотило, из-за чего тот постоянно посматривал на Михаэля, не выпуская из рук распятия и настолько неестественно улыбаясь, что родителям Стефана стало не по себе.

Всю дорогу до церкви, священник, держался около Марии, настороженно наблюдал за идущим перед ними демоном, неустанно читая себе под нос молитвы.

– Стоять! В церковь ты не зайдёшь! Я не позволю осквернить твоим присутствием храм Божий! – заявив это, он метнулся внутрь, скрываясь за громоздкими дверями.

– Госпожа? – повернулся к Марии, ожидая распоряжений.

– Будь снаружи, а я поговорю с ним.

Забежав следом за Филиппом, она поняла, что сейчас предстоит самое сложное. Как можно уговорить священника позволить демону оставаться рядом? К тому же принимая в расчёт тот факт…

«А, к чёрту! – не сдержалась, зная, в какую ситуацию умудрилась попасть. – Гори оно всё огнём!».

– Отец Филипп, прошу, выслушайте меня.

– Ненужно, я и так всё понял! – несмотря на свой вскрик, Филипп, всё же чувствовал себя, куда легче ожидаемого.

То ли это было из-за того что он провел с демоном достаточно времени и не верил что тот на самом деле способен ему навредить. То ли из-за того что этот демон успел воздействовать на него своими чарами, заставив не бояться. В любом случае Филипп был крайне удивлён своим собственным спокойствием, ведь новость о том, что Михаэль, тот самый Михаэль, что чрезвычайно сдержанно и добродушно вёл себя на протяжении всего дня – демон, куда скорей напоминала злую шутку, нежили правду.

– Позвольте мне расставить всё по местам, – снова попросила Мария. – Прошу вас, я не займу много времени, к тому же постараюсь ответить на все ваши вопросы. Пожалуйста.

– Святой отец, – появился в дверях один из клириков – у вас всё хорошо?

– Да. Не беспокойся Дидье, мы просто разговариваем.

– Как скажете, – смерил её мужчина неодобрительным взглядом.

Дождавшись пока они останутся наедине, Мария продолжила:

– Так вы дадите мне объясниться?

– Сейчас у меня очень болит голова, – наполнил чашу вином. – Даже и не знаю из-за чего именно. То ли из-за усталости, то ли из-за Стефана, а возможно из-за того, что вы скрыли от меня одну маленькую правду – что Михаэль демон!

– Прошу вас святой отец, вы же сами понимаете, что я не могла вам сразу сказать о том кто он такой.

– Вы пришли в это святое для всех место, ели и пили с нами из одной посуды и даже не удосужились проявить необходимую долю уважения!

– Филипп, прошу тебя, ненужно так, – попросила, понимая, что на их разговор могут собраться посторонние и тогда… – Ну, не могла же я вот так вот подойти к тебе, будучи абсолютно не знакомым человеком и сказать: «Ах да святой отец я, кстати, совсем позабыла вам рассказать о том, что мужчина, с которым я сюда пришла на самом деле не человек. И так, между прочим, он демон. Я, конечно же, понимаю, что узнав это, вы наверняка натравите на нас всех стражников и солдат города, но я всё равно рискну своей жизнью, говоря вам правду», – говорила она с таким отчаянием, что даже тот сарказм, что был вложен в её слова, звучал отнюдь не высокомерно.

– Да всё я понимаю. А ты садись, в ногах правды нет, – отпивая вина, указал на скамью. – Вот только, раз ты уже сказала, что будешь со мной откровенна, то ответь. Если бы не случившееся, узнал бы я об этом от тебя?

– Нет.

Взглянув на Филиппа, Мария не могла не отметить, что в данный момент, в данном разговоре, он показался куда старше своих лет. Его мальчишеская наивность моментально куда-то пропала, а на её месте появились спокойствие и рассудительность, словно она совсем с другим человеком разговаривала.

– Спасибо за правду. А я-то думал, что сразу подловлю тебя на лжи. Что ж, давай по порядку. Первый вопрос: Как долго ты уже контрактор?

– Полтора года.

– А из-за чего ты на это пошла?

– Чтобы отомстить одному человеку за свою семью.

– И за всё это время так и не отомстила? Разве такое возможно?

– Вполне, – приняла Мария от него чашу. – Мой враг не простой человек, он контрактор – такой же, как и я. Вот почему его становится куда сложнее найти, чем кого бы то ни было. Демоны превосходно умеют скрывать своих хозяев, из-за чего его поимка представляет для нас определённые трудности. Но, рано или поздно мы сможем его отыскать и тогда, всё закончится.

– И, как я полагаю, тогда ты…

– Да.

– Вот значит как.

Последовала долгая пауза. Они просто сидели и пили, каждый о чём-то задумавшись. Понимая, куда она попала и на какой хрупкой грани балансирует, Мария из всех сил старалась почувствовать настрой священника.

– Второй вопрос: Я ведь далеко не первый церковный служитель, с которым вы до сих пор имели дело, верно? – она кивнула. – В таком случае, сколько их было, и кто из них знает кто вы такие?

– Около двадцати трёх. Из них, только двое в курсе.

– И как только могло получиться, что вы всё же оплошали?

– Как только начинаешь доверять – теряешь бдительность. Всё, до обидного, просто.

– Значит, вы доверились епископу Инсбрука, и он обо всём узнал.

Мария совершенно не понимала, о чём он ведёт речь, к тому же, никакого епископа она, и знать не знала, и письма, также, получить не могла. Но, если его передал Михаэль, значит, на то была причина.

– Именно.

– Что ж,… по-видимому, не зря. Человек он неплохой и на его мнение я могу целиком положиться в данном вопросе. Повезло же вам, что попались именно ему. Но свои условия я все, же поставлю. Михаэлю раз и навсегда запрещено заходить на территорию храма. Это святое место и я не позволю очернять его своим присутствием. К тому же, всё происходящее со Стефаном должно быть целиком и полностью открыто для меня. Ничего не скрываете, ничего не утаиваете. Согласны?