– Но ведь оно гнилое.

После этих слов, фрукт медленно шевелился, его хрупкая оболочка смялась, обнажая полностью прогнившую сердцевину, из которой полезли белые личинки. Ощутив, как эти мерзкие твари извиваются у неё между пальцами, Мария отбросила его как можно дальше.

– Не старайся, они здесь все такие,… и уже ничего нельзя исправить.… Видишь? – протянул ей руки, – Они все в крови.

– Посмотри на меня, – окликнула какая-то девушка. – Правда, оно красивое? Подвенечное.

Обернувшись, Мария тут же оказалась в тёмной комнате, упёршись руками в оконное стекло, через которое смотрела на стоящую снаружи невесту. Необычно светлая ночь и сияющая серебром луна ничего не скрывала от её взора.

Девушка мило улыбалась, оставаясь на том же месте. Послышались чьи-то шаги, и та тут же обернулась на их звуки. Мужчина в широком плаще уверенно шел к ней из-за спины. Проведя рукой в перчатке по её талии, крепко обнимая. Ответив на его прикосновения, девушка потянулась, чтобы поцеловать незнакомца, медленно утопая во тьме его капюшона.

Отчаянно стуча о стекло, Мария попыталась ей что-то прокричать, но все звуки разом стихли в гробовой тишине комнаты. Снова и снова она колотила по нему, но это было бесполезно, стекло было невозможно розбить, а её крики безысходно застревали в горле. Практически доведя себя этими попытками до истерики, Мария никак не могла обратить на себя внимание девушки, когда незнакомец  достал из-за спины огромный тесак, быстрым движением разрубив ей грудь.

И также как и прежде, Мария тотчас оказавшись на месте жертвы. Из последних сих, потянувшись к капюшону, она наконец-то сорвала его, обнажая безразличное лицо Стефана. В этот же момент он растаял словно оживший туман, лишая её опоры. Безвольно рухнув на спину, оказавшись в полном одиночестве, девушка попыталась успокоиться, переводя сбившееся дыхание. Ведь даже зная, что всё это происходит не на самом деле и, тем более, не с ней, испытывала вполне реальные чувства. Страх… панику… ужас…

Подняв голову к звёздному небу, приковав к нему взгляд широко раскрытых глаз, она дернулась, почувствовав у себя на щиколотке чьё-то ледяное прикосновение. Стоя на четвереньках, изуродованный ребёнок настойчиво полз вверх по её ногам. Попыталась подняться, она оказалась в крепких тисках. Потянувшиеся из земли руки, полностью обездвижили её, не позволяя сбросить с себя этого пугающего ребёнка.

Уверенно продвигаясь вверх по женским ногам, он остановился только тогда, когда достиг её живота. Секунда и ледяные руки пробили мари кожу, добираясь маленькими пальчиками до самых внутренностей. Испытав такую боль, которой ещё никогда прежде не ощущала, Мария уже не могла сдержать крик. Каждое его прикосновение к открытым органам отзывалось в её разуме мучительным стоном. Она ощущала каждое движение, когда тот, всё с той же, не человеческой силой продолжил разрывать её плоть. И испытываемый ужас от собственной немощности, диким шоком сковывал ещё сильнее прежнего.

Когда же рана стала достаточно широкой, ребёнок опустил в неё голову и постепенно начал залазить внутрь. Превращаясь в сплошной оголённый нерв, Мария уже ничего не могла с собой сделать: боль, давление, ужас, всё перемешалось, превратившись в невообразимое чувство, которого она ещё никогда в своей жизни не испытывала.

– Спокойно, – придерживал её Михаэль. – Так и знал, что он как следует, решит над вами позабавиться.

Отдышавшись, Мария поняла, что чувствует себя совсем иначе, нежили после своих собственных снов. И если те продолжали мучить её после пробуждения, то эта иллюзия перестала иметь какое-либо значение сразу же. Все те чувства, что разрывали Марию на куски, испарились в одно мгновение. Так быстро, что и признать их существование было сложно.

– Вот ублюдок! – вскочила на кровать, с такой силой ударив демона в живот, что тот моментально согнулся пополам.

– Не слишком вежливо после того как  я позволил тебе приблизиться к желаемому.

– Это моя благодарность. Иначе бы ударила куда сильней.

– Госпожа, как вы?

– Нормально, – кивнула Михаэлю, переведя дыхание. – Самое главное, что я получила желаемое.

– Ну-ка, ну-ка?…  – вмешался демон, игриво покачивая головой. – Я хочу услышать. Хочу узнать, что же ты поняла, моя милая. Назови мне врата!

– Из-за Стефана София потеряла ребёнка от другого мужчины. Он  ударил её, когда она обо всём ему рассказала, что и стало причиной выкидыша. Гнев, зависть, убийство.… Вот твои врата, и теперь тебе уже никуда не деться.

– Всего-то разобралась с такой ерундой и уже считаешь, что преимущество в твоих руках…? Глупая девчонка, какой смысл у той победы, что была завоёвана в ненастоящем бою? Хочешь победить меня в реальной схватке, тогда забирай прочь своего пса и сразимся один на один. Нечестно приходить ко мне с одним из моего рода и племени, девчонка. Я хочу, чтобы в следующий раз ты была сама, иначе я скручу этого паренька так сильно, что ты уже ничего и сделать не сможешь.

– Думаешь, я пойду на подобный риск ради того, кого даже и знать не знаю?

– Могу тебе это гарантировать. Потому что не только ты смогла узнать мою тайну, – надменно заулыбался, упиваясь своим превосходством. – Теперь и я знаю твой страх милочка. Нас ты не страшишься. Демоны неспособны заставить тебя бояться, но… на это способны… люди.… Тот человек. Тот, которого ты ищешь,… Его ты боишься, даже больше смерти… Я видел тот ужас, что ты испытываешь перед ним,… видел твой трепет.… А ведь я знаю, кто он,… где он…

– Говори! – не отдавая себе отчёта, она вцепилась ему в грудки. – Говори или я сейчас же расправлюсь с тобой!

– Не стоит угрожать мне девочка. Я скажу тебе это только, если ты сможешь меня победить, – на этих словах тело Стефана обмякло, безвольно повиснув на её руках.

– Ублюдок!

– Тише госпожа, – схватил её Михаэль, чтобы та не сделала ничего не обдуманного. – Это уже не он.

– Этот гад знает о том контракторе! Михаэль, он знает, где я могу его найти!

– Успокойтесь, – ещё крепче перехватил вырывающуюся Марию, что практически потеряла самообладание, заслышав о том, кого всё это время искала. – Он просто дразнит вас. Потому что хочет, чтобы вы вышли против него один на один. А сейчас, если не успокоитесь, то можете натворить таких дел, что глубоко об этом пожалеете. К тому же… теперь у нас появилась ещё одна проблема.

Эти слова заставили её вспомнить о том, что Филипп оказался непосредственным свидетелем всего их разговора. Перестав вырываться из рук Михаэля, она обернулась, встретившись взглядом с перепуганным священником.

– Его рода?… Его… племени?…

– Ну вот, ещё и вы на мою голову свалились, – не сдержалась  Мария от раздражённого тона.

– Д-де…де… – уставился священник на Михаэля.

– Чёрт, – подскочила к нему, крепко прикрыв рот, понимая, что, не отдавая себе отчёта, перепуганный Филипп сейчас закричит. – Успокойтесь святой отец. Вы же не хотите перепугать тут всех. К тому же, своим криком вы привлечёте внимание к Стефану. Знал же, что он на такое способен, – повернулась к своему фамильяру. – Так лучше бы вместо меня на него внимание обратил и сразу же утихомирил, как-никак всё равно ближе стоял.

– Если бы это сделал я, то святому отцу только хуже стало. По крайней мере, в обморок бы точно свалился.

– Вот же… – недовольно процедила, видя его насмешку. – Филипп, прошу, не бойся, – его взволнованные глаза, что, то и дело бегали от Михаэля и обратно, говорили сами за себя. – Да, он на самом деле тот о ком вы подумали, но этот демон, в отличие от остальных, на очень коротком поводке, и никому не причинит вреда.

– По крайней мере, пока мне этого не прикажут, – усмехнулся, наблюдая за ними.

– Может, хватит уже язвить?! И надо же тебе было упомянуть об этом?! Святой отец, умоляю, успокойтесь. Если вы пообещаете, что не будете кричать, то я вам всё объясню. Согласны?

После того, как Мария освободила его, священник ещё долго молчал, испуганно смотря на этих двоих. Казалось, что у него не хватает сил, чтобы произнести хотя бы одно слово.