План Висхера определялся логикой и интуицией профессионала: кто хочет найти Южную Землю, тот не должен приближаться к ней со стороны мыса Горн, потому что «ревущие сороковые» и «неистовые пятидесятые» — бешеные западные ветры тех широт — препятствуют продвижению на запад. Вместо этого следует избрать маршрут в низких широтах, уже известный голландцам, — морской путь Браувера. Его преимущества очевидны, поскольку на нем, как говорят пираты, «вздергивай все паруса и чеши, покуда хватит сил у твоей посудины». И каким бы само собой разумеющимся ни казалось сегодня предложение Висхера, оно все-таки более чем необычно для времени, когда система ветров в южном полушарии была известна только в самых общих чертах. Такого же мнения был и Антон ван Димен, занимавший с 1636 по 1645 год пост генерал-губернатора нидерландских владений в Ост-Индии. В августе 1642 года, через полгода после выхода в свет «Заметок по поводу открытия Южной Земли» Висхера, он распорядился снарядить для этого плавания два корабля. Это были «Хемскерк», трехмачтовая яхта, имеющая очень мало общего с кораблями, которые мы сегодня называем яхтами, и флейт «Зехайн». Общее число членов команды составляло сто десять человек. В трюмах кораблей было уложено провизии на двенадцать месяцев (а риса даже на восемнадцать) и большой набор всех тех товаров, которыми торговала Ост-Индская компания.

Командиром экспедиции ван Димен назначил тридцатидевятилетнего капитана Абеля Янсзона Тасмана. Должно быть, он долгое время плавал простым матросом, поскольку, когда он в возрасте двадцати восьми лет, после смерти первой жены, женился вторично, в брачном свидетельстве он все еще значился именно таковым. Но в 1634 году он был уже первым кормчим на одном из кораблей Ост-Индской компании. В том же году стал капитаном сторожевого судна. В его обязанности входила борьба с контрабандой в водах острова Амбон (из группы Молуккских островов) и подавление восстаний. В 1639 году Тасман в качестве капитана корабля «Грахт» сопровождал Маттиса Хендриксзона Кваста в его поисках островов, находящихся, согласно испанским и португальским сообщениям, восточнее Японии. Уважение к Тасману вызывает и тот факт, что компания назначила его преемником Кваста на случай смерти последнего в пути. Загадочные острова, богатые золотом, серебром и шелком, они так и не нашли, но для капитана «Грахта» плавание в путанице опасных мелей между Японскими островами было хорошей школой. В 1640 году он уже командовал эскадрой из четырех кораблей, отправившейся из Батавии в голландские фактории на Тайване и в Хирадо на западе Японии. Затем, командуя торговокаперским судном, Тасман продолжал исследовать побережья Японии и Индокитая, боролся с тайфунами, захватывал джонки, перевозившие португальские товары. Ему охотно поручали задания, требующие как навигаторского мастерства, так и мужества и осмотрительности. И вот теперь хозяева Ост-Индской компании, уже почти всемогущие повелители всех известных торговых путей между Персидским заливом и Японией, решили поручить ему совместно с Висхером открыть «доселе неизвестные местности земного шара». Позднее специалисты сравнили успехи Тасмана с теми непомерными задачами, которые поставила перед ним компания, и пришли к выводу, что подобные планы могли быть претворены в жизнь лишь в XVIII столетии, да и то только истинными гениями мореплавания.

13 августа 1642 года Тасман получил надлежащие инструкции — примечательный документ, составленный высокомерными и воинственными повелителями торговли, находящимися в зените своей славы. Вначале они напомнили о плаваниях Колумба, Веспуччи и да Гамы и лишь потом перешли к изложению своих намерений: «И все-таки до сих пор не было предпринято каким-либо христианским королем, принцем или республикой ни одной серьезной попытки организовать надлежащую экспедицию с целью открыть доселе неизвестные области земного шара, лежащие на юге и наверное такие же обширные, как Старый или Новый Свет, несмотря на то что были веские основания предполагать, что там находятся притягательные и плодородные земли».

После столь обнадеживающего вступления хозяева Тасмана уточнили свои желания. Они почти слово в слово пересказали мнение Висхера и, кроме того, выразили пожелание, опять же заимствованное у Висхера, выяснить, существует ли на юге приемлемый маршрут к чилийскому побережью. Тем самым администрация Батавии вплотную подступила к сути своих намерений: Чили подвластно не только испанской короне, но и находится в том районе, на который мечтает распространить свои права нидерландская Вест-Индская компания, основанная в 1621 году. Высказывается красноречивое требование сообщать «о природе тех земель, о культурных растениях и о домашних животных, о формах жилищ местных жителей, их внешнем облике, одежде, оружии, нравах и обычаях, пропитании, религии и формах правления», а также о том, как они ведут войны. Отправлявшийся с экспедицией художник должен был разузнать и зарисовать, какие предметы и продукты производят жители тех областей Земли и в каких нуждаются. Приближаться к «дикарям» следовало очень осторожно и во всеоружии, ибо уже давно доказано, что «ни одному варварскому народу не стоит доверять». Тасман тем не менее должен был следить за тем, чтобы «их домам, посадкам, средствам передвижения, имуществу и женщинам» не был причинен ущерб. Если же экспедиция встретит цивилизованных людей, нужно было узнать, каковы их потребности, заинтересовать голландскими товарами и завести торговые отношения. А если у них окажется золото и серебро, то тогда, заклинает компания своих посланцев, «не показывайте свою жадность, чтобы ценность этих металлов осталась для туземцев сокрыта, но если последние будут расплачиваться золотом и серебром, вы должны держаться так, будто бы их ценность вам безразлична, а предпочтение отдавайте меди, цинку и свинцу, будто бы они для вас более ценны». Как видим, от Тасмана требовали не только навигаторского мастерства, исчерпывающей информации, энергичного руководства, но и хитрости и дипломатической ловкости.

Южное море на голландской карте 1650 года

Вступать во владение населенными местностями следовало только с согласия местных жителей, а как он этого добьется — его дело. Но на всякий случай ловкие господа из Батавии всегда имели наготове совет. Например, можно было бы сначала посадить маленькое деревце, обставив это событие торжественной церемонией, но при этом во что бы то ни стало самым точным образом записать, кто из местных жителей при этом присутствовал.

14 августа 1642 года «Хемскерк» и «Зехайн» покинули рейд Батавии и достигли Маврикия 5 сентября. На острове команды охотились или валили под присмотром плотников деревья для нового рангоута, так как большая часть рей и стеньг уже сгнила. Дрова, воду, такелаж, блоки и разные другие необходимые предметы снаряжения поставил голландский губернатор острова. К началу второй недели октября плавание можно было продолжить. Тасман приказал плыть на юг. В середине месяца ветер изменил направление на западное. 23 октября еще можно было поставить топсель (верхний парус), но спустя день пришлось убрать даже дополнительные паруса грот-мачты. Ветер день ото дня становится все сильнее, дождь и град захлестывали корабли, потом они попали в туман и снег. 7 ноября, на широте пятидесяти градусов, где «сильно шел снег и наши люди стали страдать от чрезвычайного холода». Тасман решил прекратить атаку на юг, кроме того, волны, шедшие с той стороны, подтверждали, что никакой суши там нет. Но на случай, если господ из Батавии это не убедит, Висхер составил исключительно аргументированное объяснение, в котором утверждал, что в той местности действительно нечего открывать в окружности тысячи морских миль.

Положение изменилось после того, как Тасман вернулся примерно к сорок пятому градусу южной широты и две недели плыл в восточном направлении. 24 ноября 1642 года он и его спутники увидели «очень высокую землю». То были поросшие лесом горы и покрытые густой травой холмы Тасмании. Первооткрыватель назвал ее Землей ван Димена, а маленьким островкам вокруг достались имена других членов правления Ост-Индской компании.