Круг 18.

Дуга 61.

С первыми лучами восходящего дня светлая энергия Космоса (осиянная любовью Марии Магдалины и Иоанна), которая царствовала всю ночь - незаметно ушла из города; а на её место отовсюду уже выползала тёмная энергия ненависти - завистливая и жестокая, расчётливая и подобострастная.

Последние годы правления и, в особенности, последние события настолько измотали душу Антипатра, - что он вдруг почувствовал - как волнами к нему начала подкатывать нешуточная тревога. Присутствуя на заседании Академии, члены которой вели свои безконечные прения по безконечно обсуждаемым Законам, он вдруг почувствовал какую-то тревогу - словно бы это было еле слышное шуршание какой-то подкрадывающейся к нему опасности... Подобное состояние и прежде случалось с ним.

"Что делать? _ думал раздосадованный Антипатр. _ Бремя власти Гения Всех Времён - это тяжёлый... тьфу ты пропасть!.. чуть не подумал - "крест"... А хорошо бы сейчас оказаться где-нибудь на сеновале, с какой-нибудь простушкой...".

_ Господа! _ гневно кричал в это время только что переизбранный Секретарь Академии. _ Кое-кто из нас сочувственно относится к так называемым "непризнанным талантам" и... с позволения сказать, к "непризнанным гениям". Их притязания на власть и, условно говоря, их научные амбиции выходят за рамки научных дискуссий... Сегодня они инспектируют Теорию Относительности, - созданную самим Антипатром (при этом он подобострастно склонился в его сторону), Гения Всех Времён и, я бы сказал, Народов, - нагло утверждая, что Скорость Света есть величина переменная... А завтра они заявят - что небыло и взрыва Сверхновой Звезды, образовавшей нашу Вселенную несколько миллиардов лет назад, - открытия, которое является одной из самых ярких страниц в творческой биографии нашего Величайшего и Гениальнейшего Антипатра; открытия, не побоюсь этого слова, поставившего "крест" на вселенной, сотворённой, якобы, Богом... Они уже замахиваются на самое Величественное: ядро Великой Системы Мирозданья, плод всей жизни Антипатра - Закон Тяготения, - гнусно клеветя... (неожиданно запнулся он)... клеветничествуя... лжа... вря...

Он неожиданно покраснел и вспотел, испуганно глядя в сторону Антипатра. Но научная школа, к которой он себя причислял, насчитывала тысячи лет. Он всё-таки нашёл нужное слово; затем, сохраняя высшее достоинство академика, выпил целый стакан воды и продолжил... Тем более, что Антипатр его слов не слышал. На него вдруг нахлынуло тошнотворное одиночество, которое вдруг сменилось неописуемым страхом; он словно бы начал проваливаться, всё больше закручиваясь, в какую-то чёрную пропасть. Но в следующее мгновенье кружение прекратилось, пропасть приняла очертания зала, и страх исчез.

_ ...Гнусно заявляя, _ гневно продолжал только что переизбранный Секретарь Академии, _ что... вы позволите, Ваше Августейшее Величество?.. что в Космосе действуют, - не гравитационные - а магнитные силы. Иначе бы, мол, все частицы Космоса, имеющие массу и влекомые взаимопритягивающей силой, слились бы... язык не поворачивается сказать... в одно Сверхтело; а, между тем, мол, даже планеты Солнечной Системы движутся по орбитам вокруг Солнца и, почему-то, мол, не притягиваются к нему - а как раз наоборот... и почему-то вращаются вокруг своих осей... даже, мол... и Луна... Вы понимаете, господа - откуда всё это веет и чем всё это пахнет?!.

В этот момент прямо из трибуны, перед глазами испуганного и изумлённого оратора, вынырнул, с локоть величиной, бравого вида солдат из гвардии Антипатра (судя по мундиру; однако, рожей своей (в перьях) очень напоминавший Фанфарона), который быстро принюхался своим (не своим - а Гогенштауфена; точнее даже - майора Ковалёва) огромным носом (с известными нам усами) и бравурно отрапортовал: "Так точно - дерьмом-с, ваше пре-во-зно-си-тель-ство!!!". Затем он также неожиданно исчез - отчего крыша (в смысле - чердак) у оратора несколько сдвинулась и даже поехала; и он продолжал уже не очень уверенно...

_ Всё это, господа, попахивает... нет, именно пахнет... а я бы даже сказал - воняет... заговором против великого... писать с маленькой буквы... и Бессмертного... писать через "с"... Кому-то не даёт... (незаметно заглянул он под трибуну)... сияние его славы и могущество его власти... а, скорее, даже и не его... покоя не даёт... Прошу прощения, господа... Кажется, я - не в себе... но и не в вас... Мне срочно нужен врач... Нет ли среди нас... среди вас... Впрочем, здесь скорее нужен Плотник... читать с большой буквы... Крыша, всё-таки... она на гвоздях держится; а не то - чтобы в живого человека шприцами тыкать... Ещё раз прошу прощения... Я что-то говорил о заговоре... да... так вот... вернёмся, так сказать, к нашим баранам... Сказано же в Писании: "Придут в овечей шкуре, а сами будут суть волки хищные"... Это о нас с вами, между прочим... Поэтому этот заговор, господа... А я бы сказал даже... (опять заглянул он под трибуну)... что эта рожа мне кого-то напоминает... Главное, - сам - в мундире; а голова - в перьях, как у индейки... у индейца... Я уже не говорю про этот нос... как будто с таким носом у нас в гвардию берут... Впрочем, это вовсе и не его нос... то-есть, его нос - это вовсе и не его заговор... не заговор... простите... я тут с вами совсем заговорился... Заговор - это вовсе не заговор... а власть нашего... не такого уж... великого... У меня тут, кстати, и стихи сочинились... по этому поводу... А кому они посвящены - вы сами поймёте, господа... "Баллада о Балде" называются... "Балда" - читать и писать с большой буквы...

Баллада о Балде.

В одной из воинских частей,

таясь под маскою закона,

жил неизвестный для Властей

зам с "политическим" уклоном.

Он был не то чтобы умён -

как все иные замполиты;

но был судьбою наделён -

иметь фигуру плотно слитой, -

за что и прозван был Балдой.

А, впрочем, будь он и худой -

он и тогда бы был Балдой.

Не потому, что так хотелось

его кому-то обозвать -

но это прозвище вертелось:

само собой. Ни дать - ни взять, -

он был чрезмерною тупицей,

как и пристало быть балде;

должно в нём ум не мог смириться -

с тем, что замешан на воде...

Итак, Балда был замполитом

назначен в воинскую часть.

Когда и кем - осталось скрытым.

Но слухи есть - попал он в масть, -

с трибуны выступив открыто -

о личном вкладе Самого,

над ним стоящего Полита.

Быть может, это только слухи

иных завистников его;

а может - мелкие "услуги"

"доброжелателей" его...

Но будем всё же справедливы

к его достоинствам, как то, -

он был безмерно суетливым -

пусть безответственным; зато -

имел всегда чужое мненье

о политических делах;

и проявлял по службе рвенье -

пусть не за совесть, но за страх...

И это было для него

вершиной всех его достоинств,

и это славило его

среди властей соседних воинств.

Ему бы, - жить - да не тужить;

своей бы властью наслаждаться;

кой как бы - родине служить;

кой где б - по службе пробиваться.

И про себя бы предаваться

мечтам о кресле Самого,

и в нужном месте бы стараться

затмить достоинства Его.

Глядишь, и так бы он задами

кой-как добрался б до Властей;

а там, глядишь бы, и с годами,

посредством разных там лестей

среди безпроигрышных мастей,

ему бы вышла козырная -

и в урне путь к воротам "рая"...

Но он - не в меру был ретивым;

и рвался к Власти - напролом.

А у Начальства - подхалимом

прямолинейным слыл, как лом.