- Нет, малыш, - мягко сказала я, снова чувствуя, как внутри все истекает кровью.

Однако, на этот раз я истекала кровью за Микки.

- А она их любит? - внезапно спросил он.

- Что, прости? - в замешательстве переспросила я.

- Эш и Килла, - выпалил он. - Потому что если любит, тогда я не понимаю. Меня она не любила. Я ей сказал, чтобы она либо протрезвела, либо убиралась. Мы поссорились. Она поклялась, что у нее нет проблем, говорила, что проблемы у меня. Она вернулась ко мне и нашей семье, воняя перегаром и выглядя как дерьмо, и это у меня оказались проблемы. Потом она ушла. Это означало, что она предпочла бутылку мне. Это не любовь. Значит, то же самое происходит и с детьми?

- Я ничего не знаю о зависимости, Микки, но думаю, что она любит их, и она любила тебя. Но она не контролирует ситуацию. Ее контролирует зависимость.

- Это слабость, - отрезал он.

- Ты злишься, - тихо сказала я, приближаясь к нему, но, не касаясь. - Знаю, тебе виднее. Болезнь - это не слабость, а алкоголизм - это болезнь.

Он стиснул зубы, отвернулся, и я увидела, как на его щеке заиграли желваки.

Он знал.

Я рискнула и вторглась в его пространство. Когда он не отстранился, я прижалась ближе, крепко обняла его и прильнула щекой к его груди.

Это заняло у него несколько мгновений, но, в конце концов, он обнял меня одной рукой, другой обхватил мой затылок и прижал мою щеку к своей теплой коже.

- С охотничьим домиком не получится, потому что, думаю, она не разберется со своим дерьмом, а детей я ей не отдам, - сказал он поверх моей головы.

Кивнув, я скользнула щекой по его груди, удивляясь, но, не спрашивая, почему он вернул их после ее последней выходки в день рождения Киллиана.

- И это, мать его, отстой, - продолжал он.

Так оно и было, но я не согласилась на словах, просто крепче прижала его к себе.

- Она все еще меня имеет. Она не может держать себя в руках, значит, у меня нет времени с тобой.

- Мы найдем время для себя.

Он неопределенно хмыкнул, прежде чем заявил:

- Может, дерьмо уляжется, через пару месяцев с детьми все будет в порядке, и Джози с Джейком возьмут их, а мы уедем на несколько дней.

Обнимая его, я ответила:

- Было бы хорошо.

Я почувствовала, как от глубокого вдоха грудь Микки расширилась, а затем он выдохнул.

Его рука скользнула к моему подбородку, и он откинул мою голову назад.

Когда он поймал мой взгляд, то сказал:

- Мне нужна моя футболка, чтобы я мог отправиться за своим мальчиком.

Я кивнула, приподнялась на цыпочки, и Микки встретил меня на полпути поцелуем.

Я отодвинулась, и он меня отпустил. Я пошла за халатом, стянула футболку Микки и надела халат.

Когда я вернулась, он уже был в ботинках. Сидя на кушетке, он протянул руку за футболкой.

Надев ее, он снова привлек меня к себе. Я обняла его.

- Тебе придется припасти для меня парочку умных фраз, чтобы можно было тебя за это оттрахать, - заметил он, и я улыбнулась, в то же время у меня повсюду начало покалывать.

- Не думаю, что это будет трудно, - заверила я его.

- Для тебя - нет, - поддразнил он.

Я улыбнулась ему, затем опустила голову и поцеловала его грудь поверх футболки.

Он обхватил мою голову, удерживая мое лицо, и я оставалась там ради него, потерлась носом о его грудь, затем повернула голову и снова прижалась к нему щекой.

- Прости, что испортил нам ночь, - тихо сказал он.

- Ни одна ночь не испорчена, когда я с тобой, - ответила я.

- Господи, Эми, - это прозвучало как стон прямо перед тем, как я почувствовала его губы на своей макушке.

Мы долго держали друг друга в объятиях, потом я откинула голову, и поймала его взгляд.

- С тобой все будет в порядке?

- У меня нет выбора, но, да, детка. Я всегда в порядке.

Я надеялась, что он не лжет, но, чтобы внести свою лепту (единственное, что я могла сделать), я ободряюще улыбнулась ему и нежно сжала.

Он наклонился и прикоснулся губами к моим губам, прежде чем отпустить, но схватил меня за руку и повел к входной двери.

Он еще раз поцеловал меня, прежде чем вышел за дверь.

- Поговорим завтра, детка.

Я встала в дверях и ответила:

- Хорошо, Микки. - Я смотрела, как он сделал пять шагов, прежде чем крикнула: - Микки!

Он повернулся ко мне.

- Ты отличный парень, замечательный отец, и, уходя от тебя, она приняла худшее решение в своей жизни. Так нехорошо говорить, но уйти от своей семьи - это просто безумие.

В свете уличного фонаря я увидела, как его лицо смягчилось, прежде чем он приказал:

- Не будь такой милой и не заставляй меня хотеть целоваться с тобой до такой степени, что я трахну тебя в прихожей, когда мне нужно забрать моего мальчика.

- Прошу прощения, - сказал я с улыбкой.

- А теперь не маячь в этой гребаной двери в одном халате, - приказал он.

- Никто меня не видит, Микки.

- Детка?

- Что?

- Отойди от этой гребаной двери.

Я покосилась на него и отодвинулась за дверь.

Но прежде чем полностью ее закрыть, я высунулась и послала ему воздушный поцелуй.

Так что, последний раз, когда я видела Микки, он качал головой с усмешкой, которая, возможно, и не была легкой, но, по крайней мере, мне удалось ее вызвать.

*****

Поздним утром следующего дня я вошла в «Дом красоты Мод» и направилась прямо к педикюрным креслам.

Я наклонилась, чтобы коснуться щек Алиссы, которая трудилась над пальцами Джози, сказала «Привет», получила «Привет, детка», а затем проделала то же самое с Джози.

- Осторожно, у нее еще не высохли ногти, - предупредила Алисса.

Я осторожно поздоровалась с Джози, потом подняла подлокотник соседнего кресла и забралась в него.

- Как Джейк справляется с отсутствием Коннера? - спросила я Джози.

Она склонила голову набок, в ее глазах промелькнула печаль, и ответила:

- Эмбер и Итан чувствуют себя не очень хорошо из-за этого. Они скучают по старшему брату. Так что он держит нос по ветру ради них. - Она глубоко вздохнула и понизила голос. - Но на днях я нашла его в комнате Кона, он сидел на его кровати. Я оставила его одного и не упомянула, что видела его там. Но я знаю, что он меланхолик.

Я молча кивнула. Потеряв детей, я понимала Джейка, и меня не волновало, что я вернула их как раз вовремя, чтобы видеться с Оденом еще два года, прежде чем и мне предстоит пройти через то же самое.

- Как Микки? - спросила Алисса.

Я стряхнула с себя эти мысли и улыбнулась ей.

- Все хорошо.

- Уверена, что хорошо, имея горячую соседку, которую можно потушить, - ответила Алисса (кстати, хоть они и были моими подругами, я не вдавалась в подробности - к большому отчаянию Алиссы - но они знали, как продвигаются дела у нас с Микки). - Но я не об этом. Я говорю о том, что его бывшую арестовали за вождение в нетрезвом виде, - продолжила Алисса.

Я в ужасе уставилась на нее.

- Откуда ты знаешь?

- Детка, - ответила она, затем подняла руки, держащие кисточку и флакончик лака для ногтей.

Я оглядела салон, бормоча:

- Точно.

- Он, наверное, привык к этому, - сказала Алисса, снова обратив внимание на ногти Джози.

Он к этому не привык.

Я посмотрела на Джози.

- Ты знаешь Рианнон?

- Я никогда с ней не встречалась, но Джейк рассказывал мне о ней, и я... кое-что слышала.

- Маленький городок, - заметила я.

- Да, - согласилась Джози.

- Будь я на месте Микки, я бы надрала ей задницу перед судьей, - заметила Алисса.

- Я не хочу рассказывать о делах Микки, - сказала я им. - Но скажу, что он несчастлив.

- Держу пари, - пробормотала Алисса.

- С детьми все в порядке? - спросила Джози.

- Нет, - ответила я. - Но у них есть Микки, так что они справляются.

- Очень грустно, - тихо сказала она.

- Да, - согласилась я.

Я услышала, как у меня в сумочке зазвонил телефон, сообщая о входящем сообщении, поэтому я вытащила его и посмотрела на экран, туман нашего разговора рассеялся, когда я увидела, что это был Оден.

Можно прийти сегодня вечером, развлечься и посмотреть парочку шоу?

Я ответила: Конечно. Хочешь, приготовлю ужин?

На что я получила: Было бы круто.

На это я послала: Сестра приедет с тобой?

И в то время как Алисса объявила Джози: - Не двигайся. Разберусь с тобой после того, как начну работать с Амелией, - я получила ответное сообщение.

Не знаю. Я спрошу у нее. Надо идти в класс.

Поэтому я ответила: Хорошо, малыш. Поговорим позже, и, да, возвращайся. Пока.

Я отложила телефон в сторону, когда Алисса схватила меня за руку, вооружившись ватным тампоном и жидкостью для снятия лака.

Она начала стирать лак, и я поделилась:

- Это был Оден. Он приедет поужинать и посмотреть телевизор.

Я получила две лучезарные улыбки от двух красивых блондинок, а Джози также сказала:

- Это потрясающе, Амелия.

- Отлично, сестренка! - добавила Алисса.

Они были правы.

Это было потрясающе.

Только грустно, что моя жизнь с семьей стала сказочной, в то время как жизнь Микки, казалось, катилась по неизвестной дороге - темной и неприветливой.

Джози осталась поболтать, пока мне делали маникюр и педикюр. Потом мы с Джози ушли, и она отвела меня в «Хижину» на пристани. Это была ветхая лачуга, которую я заметила несколько недель назад, когда Микки водил меня на пристань. Я обнаружила, что днем там подавали кофе, завтрак и ланч, а заправлял ею друг Джози и Джейка, мужчина по имени Том, который был воплощением Магдалены: теплым и дружелюбным.

Он также варил отличный кофе.

Джози пошла по своим делам, я – по своим, а точнее в «Дом Голубки».

Но прежде чем войти, я достала телефон и позвонила Микки.

- Привет, детка, - ответил он.

- Привет, милый, есть минутка? - спросила я.

- Конечно.

- Я имею в виду, секундочка для не очень хороших вестей, - осторожно поделилась я.

- Черт, - пробормотал он, потом громче, - конечно.

Я сразу же приступила к делу, потому что он был на работе, а еще потому, что не очень хорошие новости всегда лучше сообщать быстро.

- Сегодня утром мы с Джози делали маникюр и педикюр у Алиссы, и Алисса слышала о Рианнон, - сообщила я ему.

- Детка, это немудрено, - ответил он на удивление спокойно. - Я уже давно говорил тебе - маленький городок. Люди болтают. Слухи распространяются быстро. Особенно такие. Все знают о Рианнон. Единственный, кто этого не знает, - сама Рианнон.