- Нет, Жужелица. Если когда-то и говорить с Мирассой, то именно сейчас. Нам пригодится любая помощь, даже гипотетическая. Возможно, конечно, что ничего из этой затеи не выйдет, но попробовать непременно надо. Ну, гуманоид, – обратился он к Маугли, – зови своё альтер эго…

Лягушонок послушно замер, уставившись перед собой. Постепенно, прямо на глазах, его зрачки начали расширяться, в них поплыли фиолетовые отсветы, Вайятху опустил голову, словно она отяжелела, а когда он снова поднял взгляд на нас – это был уже Проводник.

- Пришёл? – как ни в чём не бывало, приветствовал он Эдора. – Ну, хорошо. Пойдём…

- Эй! А я?! – пришлось напомнить о себе этим двум сверх-целеустремлённым личностям.

- Ты же говорила уже, – удивился стратег номер один. – Зачем тебе?

- Затем, что, насколько я понимаю, в момент этого… разговора оба вы будете в трансе. А если придёт какое-то срочное сообщение? Или кому-то понадобится поговорить с тобой? Или появятся какие-нибудь нежданные свидетели? Кто-то же должен быть настороже?

Эдор насмешливо сощурился.

- Жужелица, так уж прямо и говори, что умираешь от любопытства и хочешь посмотреть, как я буду толковать с Мирассой. А то придумала: срочные сообщения какие-то, прохожих в чаще леса…

Я закусила губу. Ну, эмпаты – они тут особенно эмпаты... Вон, и Проводник пытается изобразить ехидную усмешку одним уголком рта. И, кстати, вполне небезуспешно.

- Иди… – разрешил небесный экскурсовод. – Ты не помешаешь…

- Ну, спасибо, – проворчала я.

Но с удовольствием быстро накинула куртку – помнится, в лесу было прохладно. Когда мы вышли – на этот раз через парадный вход, и ключ я положила к себе в карман – Проводник, уже привычно, подхватил меня на руки.

- А это зачем? – удивился стратег номер один. – Вроде, Тэш вполне способна идти?

- Мы пойдём быстро… не успеет, – коротко ответил Вайятху и припустил к лесу.

Надо отдать должное мачо: он не отставал ни на шаг, держась постоянно позади на одном и том же расстоянии, позволяющем вовремя реагировать на изменении маршрута. Даже в лесу, в темноте, когда я только и делала, что прятала лицо от коварных веток, норовящих хлестнуть побольнее, стратег как будто не обращал внимания ни на темноту, ни на заросли. Невольно я опять подумала о схожести этих двоих… По дороге Эдор пару раз предлагал сменить Проводника и понести меня самому, но хищник каждый раз гордо отказывался, всячески демонстрируя, что «своя ноша не тянет». Я только тихонько улыбалась ему в плечо.

Полянка, когда мы вышли на неё, выглядела точь-в-точь, как накануне. И серо-белый камень всё так же чуть-чуть поблёскивал в тусклых лучах маленького спутника Мирассы.

- Это сюда надо ложиться? – с интересом разглядывая плоскую неровную поверхность, изрезанную странными изображениями, уточнил мачо.

- Да. Раздевайся…

- А это непременное условие?

- Мне будет проще… Надо, чтобы ты… чувствовал себя открытым… беззащитным, и соединять струны… так легче.

- Ну, легче, так легче. – Эдор принялся стаскивать одежду, которую я забирала и аккуратно складывала.

- Полностью… – предупредил Вайятху, заметив, что стратег остался в белье.

Мачо состроил гримасу, но подчинился. Он, кажется, не почувствовал никакой неловкости в этой ситуации, но я невольно отвернулась, чувствуя, что щекам становится горячо.

- Ложись… Нет, не так… Вытянись… руки сюда… – командовал за моей спиной Вайятху. – А теперь закрой глаза… думай, что ты чувствуешь… чего хочешь… О чём спросишь… или что покажешь…

- Плорад тебя сожри, – раздался через некоторое время недовольный голос стратега. – А обязательно лапать меня руками?!

- Ну, ты же не захотел… как я всегда делаю… Не закрывайся… ничего не выйдет… если ты будешь сопротивляться…

- Ладно, попробую… – проворчал мачо и тут же возмущённо зашипел. – Какого Вограна ты делаешь?!

- Раскрываю тебя… Ты защищён лучше других… Просто молчи и не сопротивляйся…

Позади меня воцарилась тишина. Я сидела и кусала губы, стараясь удержаться и не обернуться. Внезапно стратег еле слышно застонал. Я встрепенулась.

- Расслабься… – снова заговорил Проводник. – Ты сопротивляешься… только утомляешь меня и себя…

- Хорошо тебе говорить, – возразил Эдор, – тебя бы так…

- Не дёргайся… Я ещё раз попробую…

- Чтоб я сдох… – вырвалось у мачо его любимое выражение.

Судя по всему, он тоже с трудом себя контролировал. Не удержавшись, я всё-таки обернулась и застыла, глядя на них. Стратег лежал ничком на камне, вытянувшись во весь свой немалый рост, его руки были разведены в стороны, а Проводник стоял у его изголовья, прижимая ладони к груди мачо. Я помнила, как чувствовала себя в тот момент, когда обжигающие руки Вайятху словно рушили что-то у меня внутри. Понятно, что Эдор, привыкший всех контролировать и всё решать сам, сейчас никак не мог перестроиться и «отдаться на милость» кому-то. Судя по лицу Проводника, он действительно, начал уставать, и эта попытка могла кончиться ничем. Пытаясь сообразить, можно ли как-нибудь помочь им, я вдруг вспомнила, как мачо делился со мной спокойствием в императорской гостинице, когда мы прилетали на маскарад. И меня осенило! Можно же передать не только спокойствие и уверенность!

Я решительно встала, сложила на поваленное дерево одежду стратега, которую держала в руках, и подошла к распростёртому мачо.

- Эдор, – шепнула я ему на ухо, дождалась, когда он откроет глаза, и зашептала торопливо, – помнишь, как ты меня успокаивал перед балом? Поцелуем?

В глазах мачо появился вопрос.

- Сделай сейчас так же, только отдай мне свою тревогу и страхи, всё, что мешает тебе. Сможешь?

Во взгляде у Эдора появилось сомнение.

- А ты справишься потом?

- Конечно. Я умею. Сейчас важнее, чтобы ты был спокоен. Соглашайся, Эдор! Неизвестно, сможешь ли ты ещё поговорить с целой планетой.

Сомнение из глаз стратега никуда не делось, но он кивнул.

- Тео, – обратилась я к Проводнику, который внимательно слушал нас. – Давай попробуем ещё раз. Будь готов… – и наклонилась к губам мачо.

Сначала он отвечал скованно и неохотно, но потом поцелуи стали более долгими и страстными. Не могу сказать, что осталась спокойной, – да и покажите мне хоть одну женщину, которая смогла бы остаться равнодушной в такой ситуации! – но главного я добилась: красавчик отвлёкся от ритуала и сосредоточился на мне. Улучив момент, шепнула ему: «Давай!», и в меня полились рекой тревога, напряжение, раздражение, злость, почти отчаяние… Я даже не подозревала, какой коктейль замешался во внешне спокойном стратеге! Мне постепенно становилось всё тяжелее, зато Эдор заметно расслаблялся, его поцелуи становились нежнее, а губы – мягче.

Наконец, Проводник несильно оттолкнул меня, отрывая от стратега, и тут же переплёл свои пальцы с пальцами Эдора, сильно сжав их. Я, пошатываясь, отошла на пару шагов, пытаясь восстановить дыхание после страстных поцелуев, но продолжала смотреть на двух прекрасных мужчин, замерших в весьма странной позе.

И тут Вайятху как-то странно вздрогнул всем телом, словно его пронизала молния, и тут же, как эхо, дёрнулся стратег. Во взгляде Проводника, устремлённом вперёд и вверх совершенно явственно засветились огоньки, похожие на звезды. Я некоторое время заворожённо смотрела на них, а потом перевела взгляд на Эдора. И в его раскрытых, но будто слепых глазах плавали такие же огоньки.

Я с облегчением вздохнула: похоже, наши усилия увенчались успехом, Проводник смог вывести Эдора на контакт с Мирассой. Теперь оставалось только сделать что-то с той мешаниной, которую я получила от стратега. Не найдя ничего лучшего, села на краешек камня, рядом с мачо, и занялась дыхательной гимнастикой.

Мне понадобилось на этот раз до Вогранов времени, чтобы избавиться от ощущения, что земля вот-вот разверзнется у меня под ногами, и начать воспринимать происходящее адекватно. Взглянув на свой хронометр, обнаружила, что прошло уже сорок минут. Сеанс связи с Храиссой, судя по всему, проходил успешно. По крайней мере, на губах у мачо блуждала вполне счастливая улыбка.