«Не обижай его!» – внезапно подумала я, адресуясь к Мирассе. Всё же, мы находились в так называемом месте силы, возможно, она и меня могла слышать… Повинуясь всё тому же, непонятному порыву, я коснулась груди ГИО-красавчика. Он был холодным наощупь, и я встревожилась, что стратег замёрз. Но накрыть его чем-нибудь не решилась – кто эти струны знает, может, им даже лёгкий джемпер помешает. Вон, Проводник перед проведением обряда тоже разделся по пояс, видимо, чтобы облегчить контакт… Подумав, просто осторожно обняла мачо, надеясь, что так ему будет теплее, а наличие ещё одного живого существа не помешает беседовать там, среди высей.

Как и следовало ожидать, я уснула. Проснулась от того, что кто-то осторожно тряс меня за плечо. Открыв глаза, наткнулась на весёлый и чуть-чуть ехидный взгляд стратега номер один, присевшего рядом на корточки.

- Просыпайся, Жужелица… Вот не думал, что ты настолько любопытная. Ну, как? Удалось подслушать наш разговор с Мирассой?

- Вот ещё… – пробурчала я, сморщившись: всё-таки спать на голом камне – то ещё удовольствие! – Очень надо вас подслушивать. Как будто раньше не слышала твоих охов и ахов по поводу этой планеты… Я, между прочим, тебя пыталась согреть, чтобы ты не подхватил пневмонию.

Выражение лица мачо не изменилось, но ладонь на моём плече благодарно сжалась на мгновенье. Он отошел к дереву, на котором лежала его куртка, – всё остальное стратег успел надеть на себя, а я осторожно села и покрутила головой, разминая затёкшую шею. Рядом тут же материализовался Проводник. Усевшись, он бесцеремонно повернул к себе мою голову и, внимательно глядя в глаза, мысленно сказал:

- Никогда больше так не делай!

- Э-э… как? – растерянно спросила я, тоже мысленно.

- Не целуй никого так… Иначе… следующего, кого ты будешь целовать… я убью.

- Что?! – Меня словно окатили ледяной водой. – Что ты говоришь?!

- Я говорю, что ты – моя… И больше никого… не можешь целовать… как своего мужчину. Так велели… наши предки… И если кто-то встанет… между нами… я его убью.

- Это тебе тоже твои предки велели? – начиная сердиться, спросила я.

- Да… не вынуждай меня… – и Вайятху резко встал.

Мне оставалось только таращиться ему в спину, постепенно закипая. Что ещё за… Да кто ему позволил?! С чего он решил, что может распоряжаться мной?! Что за «предки» такие, которые велят убивать, не спрашивая?! Ну, уж нет, я не собиралась подчиняться каким-то дремучим правилам. Даже если я люблю этого мерзавца, – что ещё, кстати, не доказано, – это не даёт ему права отдавать мне приказы!

С трудом сдерживаясь, чтобы не устроить скандал немедленно, я дождалась, пока Эдор оденется и сунет в карман вифон.

- Никто не звонил, – прокомментировала я его взгляд на экран аппарата.

- Да я и не сомневался, – отозвался он.

- Кстати, как всё прошло? – вспомнив, зачем вообще была организована эта вылазка, спросила я мачо.

Он закатил глаза.

- Н-ну, скажу тебе, это… необычно. Объединяться с разными живыми существами… Никогда ничего подобного не испытывал. Удивительно… Да ещё этот дождь…

- Какой дождь?

- Там, где-то шёл дождь… И я, вместе с ним.

- А я летала с ветром. Тоже потрясающе…

- А поговорить-то удалось?

- Твой протеже утверждает, что да. Говорит, я Храиссе тоже понравился… Видимо, она тут не избалована хорошими людьми. И мои просьбы не остались безответными.

- А ты что просил?

- Ну, традиционно: покровительства, возможности поселиться здесь, спокойно жить… Вроде, я даже успел пообещать ей взамен помощь и поддержку всей моей Семьи.

- Молодец, – похвалила я Эдора. – Этого достаточно, чтобы она помогла? Или хотя бы не мешала вашим планам?

- Кто знает? – задумчиво ответил стратег. – Поживём – увидим… Ну, всё, что мог – я сделал. Будем надеяться на лучшее…

Мы, наверное, говорили бы ещё долго, если бы нас не прервал Проводник, безэмоционально объявивший:

- Можно идти…

Протянутую руку Вайятху я проигнорировала, пройдя мимо. Краем глаза успела заметить, как потемнело его лицо, и ощутила некое злое удовлетворение. В прошлый раз я шла сама, и сейчас справлюсь. Общаться со второй половиной Маугли после его выходки не хотелось совершенно. Пусть он там, какой угодно замечательный и необыкновенный, но всё равно мерзавец. Да и, насколько я помнила, отдача после ритуала ощущается ещё долго, так что вряд ли Эдор был в состоянии сейчас скакать по лесу.

В результате, мы добирались до дома долго, по сути, гуляя по ночному лесу, прекрасному даже в почти полной темноте. Сегодня между деревьями скользило множество крохотных искорок, голубоватых и белых. Проводник сказал, что это были какие-то насекомые, местный вариант светлячков или марёвок. Летали они совершенно бесшумно, создавая ощущение сказочности происходящего.

Постепенно моя злость растаяла под влиянием тихой, трогательной красоты окружающего мира. Мирасса вообще располагала к созерцательности и постоянному состоянию умиления. Проводник, шедший впереди, словно почувствовал изменение моего настроения, притормозил и взял меня за руку. На этот раз я вырываться не стала.

- Успокоилась?.. – мысленно спросил он.

Я, мысленно же, промолчала.

- Пообещай, что больше не будешь… так делать.

Уснувшее, было, раздражение опять заворочалось в груди.

- Перестань указывать мне, что делать! – резче, чем хотела, ответила я. – С чего ты решил, что можешь делать это?

- Ты – моя женщина… Я отвечаю за тебя… И должен оберегать от ошибок…

- Сдаётся мне, пока моя единственная ошибка – позволить тебе взять на себя слишком много. Я не просила ни твоей защиты, ни советов. Спасибо, что беспокоишься, но больше не надо. И, тем более, не стоит угрожать моим друзьям! Вот этого я тем более не потерплю!

Проводник, бросив на меня долгий, непонятный взгляд, руку отпустил и вернулся на своё место, впереди. Эдор, явно удивлённый нашими безмолвными демаршами, вопросительно поднял брови, но я только отрицательно покачала головой. И дальше мы шли молча, до самого дома.

Там я, извинившись перед Эдором, прошла в спальню, оставив мужчин в гостиной, быстро разделась и встала под горячую воду. На мне всегда благотворно сказывались любые водные процедуры. Будь снаружи потеплее, я бы ушла купаться в море, но, не зная, какие опасности могут там таиться, предпочла обычный душ. Текущая вода словно вымывала обиды, страхи, негодование, непонимание и раздражение, мешавшие трезво взглянуть на ситуацию.

В чём-то Проводник, конечно, был прав: мы отвечали друг за друга, должны были заботиться и защищать один другого, потому что иначе могли просто не выжить здесь. И он не был мне безразличен, отнюдь! Иначе я не злилась бы так сильно… Но вот это его желание управлять мною, да ещё такими методами, совершенно выводило из себя. Не для того я в своё время сбежала от родителей на другую планету, чтобы, в конце концов, оказаться заложницей у странного, до конца непонятного существа, руководствующегося какими-то замшелыми правилами и неизвестными мне законами!

Неизвестно, куда бы завели меня мысли о теряемой независимости, но тут в душевую кабину втиснулся гадский тип, о котором я думала.

Проводник явно не собирался продолжать спор или вообще разговаривать, потому что, не теряя времени, попросту выбил почву у меня из-под ног, просто притиснув к себе. В этот раз изменение реальности происходило резко, неожиданно, как падение в бездну. Одна секунда – и я сама вцепилась в него, потому что мне показалось, что мы проваливаемся в какой-то огненный коридор, и летим там, подобно метеорам. Пылающие стены обжигали, как и ладони Вайятху, внутри снова всё плавилось и текло, выжигая всё ненужное, неважное, ненастоящее… Оставалась только жажда быть вместе, держаться за его плечи, прижиматься изо всех сил, пить дыхание прямо с губ, соединяться с ним, сильнее и сильнее, чтобы никогда больше не отрываться. Чувствовать биение его сердца, как своего собственного, и делить огонь, что пылал в нём, на двоих, загораясь в ответ, словно факел… Лететь рядом и повторять, как заклинание: