Сесилия тяжело вздохнула и решила не продолжать. Однако когда она прошла сквозь дверь, ведущую в её надизмеренческий особняк, то поняла, что на самом деле не верит Громфу.

Неужели извращённая культура Мензоберранзана настолько искалечила его, что он считает выражение сочувствия признаком слабости?

Сколько ещё, задумалась облачная великанша. Сколько ещё тёмных эльфов были так же искалечены?

— Любопытный выдался денёк, — сказал Вульфгар Милашке Чарли, когда они остались одни в гостиной Корабля Курта. Они сидели друг напротив друга за небольшим столом, по-прежнему завёрнутые в одеяла, пока одежда сушилась у пылающего очага.

— Да, подходящее слово, — ответила женщина. — Может, я использовала бы другое, но любопытный тоже сойдёт.

— Калико Гримм? — спросил Вульфгар, прокручивая в голове события последних безумных часов. — Как он умер?

Милашка Чарли покачала головой.

— Рыжий эльф с мечом достал его. Перерезал напополам.

— Вы с ним давно плавали вместе?

— Достаточно, чтобы не лить над ним слёзы.

Какое-то время Вульфгар это переваривал.

— И чем теперь займёшься?

— Я скажу тебе, когда у меня будет хоть какой-нибудь выбор, — ответила женщина, затем добавила с нескрываемой заинтересованностью: — Ты говорил правду?

— Правду?

— Про «Реликвию»?

— Ну, видишь ли…

— Может быть, её даже не разрушили, — сказала Милашка Чарли. — Когда ты повредил их корабль, они захватили наш — другого не было. Наверняка он прямо сейчас стоит в лусканской гавани.

— Тогда мы можем захватить её обратно.

— И я буду капитаном, а ты запишешься в команду?

Вульфгар пожал плечами.

— Я толком не знаю, куда заведёт меня дорога, леди… ээм, капитан Чарли. Или мне звать тебя капитаном Милашкой?

Милашка Чарли ухмыльнулась и пожала плечами.

— Я говорил правду, — добавил Вульфгар. — Когда мы с этим разберёмся, уверен, ты станешь прекрасным капитаном и достойным союзником, и да, я буду рад ходить с тобой на одном корабле — по крайней мере, однажды.

Это вызвало улыбку на губах измотанной женщины.

— Нам следует отдохнуть, — сказал Вульфгар, указывая на подушки, разбросанные перед очагом.

— Да, — согласилась женщина и быстро добавила: — Отдохнуть.

Прежде чем любой из них успел хотя бы встать с кресла, дверь отворилась и вошла высокая женщина-дроу.

— Пора, — сообщила она.

Вспомнив предупреждение Беньяго, Милашка Чарли бросилась за одеждой, Вульфгар сразу же последовал её примеру.

Великан застыл, когда почувствовал руку женщины дроу у себя на спине, и прежде чем он успел спросить о её намерениях, ощутил, как по телу растекается тепло магического исцеления.

— Поторапливайтесь, — сказала она. — Ты получишь новое исцеление, когда мы окажемся в безопасности.

Они вышли в зал и присоединились к торопливой процессии, и позади, со стороны улицы, они услышали удары тарана в главную дверь и треск, как будто пламя снова охватило стены Корабля Курта. Они прошли сквозь тайную дверь в стене и спустились по длинной винтовой лестницы в сырую и тёмную — очень тёмную — пропахшую морем пещеру.

— Закрывайте! — прокричал Беньяго из какого-то уголка пещеры, и высоко наверху они услышали стук большого камня, земля вздрогнула под ногами. Тайный проход перестал быть проходом.

На большим расстоянии друг от друга горели несколько факелов — ещё одно напоминание, что команда Корабля Курта состояла из дроу, практически не нуждающихся в свете.

Они спустились по ведущему вниз коридору и вошли в тоннель, оказавшийся слишком тесным для крупного варвара.

— Мы под заливом, — прошептала Милашка Чарли за спиной у Вульфгара. Факелы погасили, и процессия двигалась в полной темноте, наощупь, длинной шеренгой по одному. Вульфгар решил, что она права, и они направляются на материк.

Нет, не на материк, а под материк, вскоре поправился он, когда они вышли на более просторную область, озарённую волшебным огнём, область с вырезанными комнатами и коридорами, аккуратная каменная кладка которой была покрыта древними надписями и узорами.

Милашка Чарли охнула и чуть не прыгнула Вульфгару на руки, поскольку больше двух третей их спутников сбросили свои человеческие личины.

К ним подошёл Беньяго, по-прежнему в обличье рыжеволосого человека.

— Иллуск, — пояснил он. — Проклятый город под Лусканом — старый Лускан, если хотите.

— Проклятый из-за дроу? — спросил Вульфгар.

— Не только из-за нас, хотя здешние духи, видимо, предпочитают нас не трогать.

— Значит, вот истинная сила Лускана. Тайный дом Бреган Д'эрт.

— Один из них. Теперь он вам известен, — сказал Беньяго. Он посмотрел прямо на Милашку Чарли с нескрываемой угрозой и добавил: — Вам обоим.

— И нам придётся хранить тайну, — сказала она.

— Разве нужно снова предупреждать тебя о последствиях?

— Этот секрет и так знают все лусканцы, — ответила женщина, вернув себе некоторое самообладание — и это произвело немалое впечатление на Вульфгара, учитывая, что они окажутся абсолютно беспомощными, если дроу решат от них избавится. Никто никогда не узнает.

— Но это по-прежнему секрет, который мы предпочитаем сохранить, — сказал Беньяго.

Затем к ним подошёл Киммуриэль и уставился на женщину.

— Ты проговоришься? — спросил её Беньяго, и она охнула, не успев ответить.

Вульфгар перевёл взгляд с неё на Киммуриэля и увидел, как дроу сосредоточен. Великан понял, что псионик снова проник в её мысли, слушая непроизнесённый ответ, честный ответ, прежде чем она смогла его подавить.

— Жаль, — сказал Киммуриэль и ушёл.

— Что это значит? — спросил Вульфгар, решив, что его подруга обречена.

— Что он не убьёт её, полагаю, — сказал Беньяго. Неожиданно он отвесил Милашке поклон. — Добро пожаловать в Иллуск, Милашка Чарли. Быть может, однажды ты действительно станешь капитаном «Реликвии Джоэна».

Женщина, конечно, выглядела полностью растерянной. Она умоляюще взглянула на Вульфгара.

— Дроу никогда не верят тем, кто не является дроу, — начал объяснять тот.

— Как и тем, кто является, — быстро добавил Беньяго. Он просто пожал плечами, когда оба посмотрели на него. — Итак, Киммуриэль с вами закончил, а жрица Даб'ней ждёт. Эта рана просто чудовища и без её помощи загноится и скорее всего убьёт тебя.