— Так ваше оружие, небось, на помойке не жило, — вздохнула Ирина. — Ладно, давай его развяжем? Он уже полудохлый, все равно далеко не ускачет. А я пошла заказывать пиццу, блины и куриный суп. Для некоторых!

— Полудохлый-то полудохлый, но ржа знает, что ему в голову придёт, — мы с Кинжалом обменялись неприязненными взглядами, — уверена?

— Хей, сеструха, ты своего цербера-то приструни, че он на меня лает! Чо я те сделал, ты! — эта мелкая ржа еще тут что-то пищит?

— То есть, по-твоему, сожрать чужую душу — это нормально, рухлядь? — сцапал я его за шкирняк и хорошенько встряхнул, — и Ирина для тебя — Мастер. Понял?!

— Нах… пошел со своим мастером, господином и прочими извращениями! — вдруг вызверился щенок, и даже попытался лягнуть меня.

— Э-э! — Ирина, подсевшая было к ноутбуку, вскочила и подбежала к нам. — А ну тихо! — она поймала пацана за плечи, но не встряхнула, а просто сжала и держала, не давая дергаться. — Прекрати истерику! Никто тебя пальцем не тронет, понял?! Если будешь нормально себя вести и на людей не станешь кидаться!

— Пальцем не тронете, а х…м сто раз? — все еще злобно переспросил ненормальный. — Знаю я вас, волшебники гребанные! Отвалите от меня, ссс…ки, лучше убейте сразу и идите на х…! — похоже, у пацана случилась истерика, причем такая, что даже я растерялся. А потом побледнел… это что, получается, дикарь его… через секс привязал?! Пацана!? Насильно?!

Ирина явно тоже поняла что-то такое, потому что мальчишку отпустила и посмотрела на меня потемневшими глазами. Потом резко выдохнула и, отступив на полшага, влепила бьющемуся в истерике Кинжалу пощечину. Несильную, но звонкую. Одну, вторую…

— Успокоился? — переспросила она через секунду, когда ошалевший дикарёнок действительно перестал орать и биться, и смотрел на нее огромными шалыми глазами. — Уф… охренеть не встать. Значит, так. Сейчас я тебя развязываю и ты идешь в душ. Там внутри задвижка есть, закроешься, и никто на твои костлявые прелести не посягнет. Помоешься… я пока закажу тебе одежду, пожрать и матрас. Ляжешь спать наверху, и чтобы до утра я тебя не видела и не слышала. Все понятно?

Как ни странно, эти довольно жесткие инструкции вместо ожидаемого мною сочувствия и прочего женского сиропа, оказали на Кинжал просто волшебное воздействие. Он сглотнул, моргнул и послушно закивал. Кстати, а как…

— Тебя зовут-то как? — подхватила мои открытые мысли Ирина

— Са… Александр, — мальчишка опять немного ощетинился. — Имя менять не дам!

— Да нафиг ты кому нужен, — устало отмахнулась Ирина, мысленно спрашивая меня, правильно ли она деактивирует потоки скверны в бинтах. — Сашка, так Сашка.

Ириска

Моя спаленка… моя уютная, доремонтированная, выстраданная спаленка на «втором этаже» маленькой квартирки… прощай.

Когда мы с мамой с грехом пополам наскребли денег на то, чтобы в комнату провели воду и канализацию, а также отделили от общей площади малюсенький совмещенный санузел, я сразу рассчитывала воспользоваться тем, что потолки в старом доме почти четыре метра. Зачем мне в туалете высота в четыре метра над головой? Правильно. Нафиг не нужна.

Так что ванная у меня не только в длинну и ширину лилипутская, в ней Мик потолок головой не шкрябает только потому, что ему пяти сантиметров не хватает. Зато большая ниша, образовавшаяся над удобствами, отлично подходит для оборудования там отдельного спального места.

Угу. У кого деньги есть, тот и оборудует. А я и так год бегала за копейки с малолетними балбесами английские глаголы долбила, чтобы за санузел расплатиться. Не могла я больше у мамы деньги брать — ей после окончания контракта самой где-то надо будет жить.

Вот и спала на старом колченогом диване, мечтая, что когда-нибудь накоплю достаточно денег и куплю себе очень хороший ортопедический матрас, оборудую антресоль маленькими полочками для книг и гаджетов, выберу красивое бра, заведу там выдвижной столик для ноута…

Угу. Еще раз.

Не, матрас мы с Миком заказали офигенский — ну не смогла я что попало купить. Доплатили за очень срочную доставку «вотпрямщас». Заодно потратились на хорошее постельное белье, подушку, одеяло… все как в мечте, вот только спать на этой роскоши буду не я!

Да ладно… это я так. Стресс у меня. Пацана мне на самом деле гораздо жальче, чем отдельное спальное место. Он из ванной выполз отмытый, но дохлый, как почти утонувший в помойном ведре мыш. Молча сожрал две пиццы, тарелку куриного супа и, все еще диковато косясь на нас с Миком, залез на антресоль. Забился в самый дальний и темный угол, даже подушку с одеялом не взял, и сидел там, сверкал своими глазищами, как пещерный нетопырь, зубами во все стороны. Старался не уснуть.

Он бы, наверное, так и сидел до бы утра (и я боялась бы спать, мало ли что ему в башку стрельнет!), но с вечернего променада через форточку вернулась Сосиска в сопровождении кавалера. Вот блин, испортили мне домашнюю кошку… надо срочно покупать антиблошиный ошейник, глистогонное и… на двоих!

Сосиска и Белый слопали свою порцию куриной печенки, которую исправно доставлял им с рынка Мик и отправились спать. К себе. На антресоль.

И очень удивились, обнаружив там не только большие перемены, но и неизвестного подселенца.

Кошки долго недоверчиво нюхали ошалело смотрящего на них пацана, потом, такое впечатление, пожали плечами и оставили новую греющую мебель себе. Сосиска бесцеремонно улеглась ему на колени, а Белый, боднув в плечо, растянулся рядом, громко мурлыкая.

Я наблюдала за всем этим с тревогой — за котов побаивалась. Но зря. Сашка, похоже, кошек любил. Потому что именно их появление позволило ему расслабиться, лечь нормально, укрыться… и через минуту он уже дрых. Уф.

Уже подкатившись к Мику под бочок на нашем стареньком колченогом диване, я горестно вздохнула и потерлась носом о его плечо:

— Вот, блин, засада. Никогда не мечтала обзавестись ребеночком в столь раннем возрасте, да еще и подростком! Но жалко же…

— Я тебе предлагал обзавестись настенным украшением. — заворчал Мик, — подберем красивые сдерживающие ножны и повесим…. да вон, на твой ковёр, всё проблем меньше будет.

— Нет, — я помотала головой и вздохнула. — Так нельзя. Он ведь тоже ни в чем не виноват, и… ладно. Давай спать. А завтра отведем его к лекарю, может, он ему не только желудок подлечит, но и голову. У вас есть психологи? После того урода… И вообще, пацан на помойке жил, мало ли, вдруг у него глисты. Тощий вон какой…

— Нам не по лекарям надо, а на полигон, — Мик был сегодня в редкостно ворчливом настроении, но при этом обнимал меня так крепко, словно кто-то уже пришел и отбирает. — Карта Мастера не означает, что ты им стала, а я не хочу, чтобы ты угробилась на первом же обязательном рейде! Тем более, когда с нами теперь это недоразумение. Его тоже на полигон! Если уж не хочешь вешать на стенку, пусть хоть пользу приносит!

С утра все было тихо-мирно, в основном потому, что наше нежданное приобретение и не думало просыпаться. Он ночью в туалет вставал, я слышала, а сейчас дрых так, что даже на завтрак разбудить не удалось. Ну, я решила, что намучился мальчишка, пусть отдыхает, тем более, что мне надо-таки хоть издали показаться в институте!

Так что я наскоро выпила кофе, поцеловала недовольно сопевшего Мика, оставила его ковыряться в ноуте на предмет воспитания, кормления, лечения и прочего укрощения юных Кинжалов, и поскакала в метро.

Оружие

Мне хотелось рычать, бить землю копытом, полосовать на мелкие кусочки тварей скверны! Неееет… мне хотелось свернуть шею этому дикому цвирку. Ну или хотя бы отрезать его грязный язык. А ещё выгнать его с той самой ниши, которую мы с Мастером обустраивали последнее время.

Беееедный, несчаааастный! Тьфу! А забрался, по-хорошему, в хозяйскую кровать и шипит оттуда!