Существуют многочисленные претензии и протесты такого рода, к счастью, они носят анекдотический характер. Теперь нам нужно привести два особенно серьезных эпизода, так как они связаны с нападениями, вопиющими нарушениями суверенитета, и даже с преступлениями.
Первый эпизод касается изъятия сокровищ Страсбургского собора и надругательств над ними. По этому поводу я представляю документ РФ-710, это письменный протест от 14 августа 1943 г., направленный генералом Бераром, председателем французской делегации в комиссии по перемирию. Зачитываю начало этого письма:
"Уважаемый генерал!
С начала войны монсеньер Руш, епископ Страсбургский, передал сокровища Страсбургского собора и имущество ряда церковных приходов данной епархии на попечение министерства изящных искусств. Министерство поместило эти вещи в безопасное место в замках Отфор и Бордейе в Дордони, где они и находились до 20 мая 1943 года.
В числе сокровищ и упомянутого имущества находилось, в частности, облачение для отправления богослужений, которым мог пользоваться только епископ - часть облачения была его личной собственностью - а также мощи святых, сосуды и предметы для исполнения церковных обрядов.
Министерский советник Крафт, попытавшись несколько раз - но безуспешно - добиться согласия от монсеньера Руша, 20 мая обратился не только к префекту Дордони, но и к директору по вопросам религии с просьбой разрешить изъять помещенные на хранение предметы. Столкнувшись с отказом со стороны этих двух высокопоставленных лиц, он заявил, что возвращение в Эльзас имущества католической церкви будет поручено полиции безопасности.
В результате на заре 21 мая войска проникли в замки Отфор и Бордейе и заняли их, невзирая на протесты попечителя. Предметы, являющиеся святыней, были погружены на грузовики и увезены в неизвестном направлении. В числе изъятых вещей оказались освященные сосуды и ритуальные предметы, а также мощи святых, почитаемые верующими. Тот факт, что эти священные предметы были изъяты лицами, не связанными с церковью и по закону не имевшими на это права, а также условия проведения операции вызвали негодование и единодушное осуждение верующих".
В связи с данным документом я желал бы привлечь внимание Трибунала к одному факту, с которым мы часто будем сталкиваться в последующем; по нашему мнению, этот факт крайне важен для настоящего процесса. Речь идет о постоянном вмешательстве со стороны различных немецких администраций и о сотрудничестве этих администраций друг с другом. Так, приведенный документ должен показать Трибуналу, что министерский советник Крафт, представлявший гражданскую службу, занимавшуюся национальным образованием, обращается к полиции СС с просьбой добыть предметы, которые ему не удается получить собственными усилиями.
Второй эпизод, который я хотел бы привести, связан со Страсбургским университетом. С начала войны Страсбургский университет, являвшийся одним из лучших французских университетов, переехал в Клермон-Ферран, где и была продолжена преподавательская деятельность. После оккупации Эльзаса, с учетом того, что эта оккупация фактически представляла собой аннексию, университет не возвратился в Страсбург, а остался в городе, где нашел убежище. Нацисты выражали по этому поводу свое сильное неодобрение в многочисленных угрожающих меморандумах.
В этой связи мы хотели бы представить документ РФ-711. В этом документе мы вновь столкнемся с министерским советником Гербертом Крафтом, о котором я говорил при представлении предыдущего документа. Представляемый мною сейчас документ имеет номер РФ-711, это оригинал за подписью Крафта. В этом меморандуме, датированном 4 июля 1941 года, советник Крафт выражает свое разочарование по поводу шагов, предпринятых им в отношении ректора Страсбургского университета господина Даньона.
Я полагаю, что уместно зачитать очень короткую выдержку из этого меморандума, чтобы показать, какова была наглость немцев и к каким угрожающим методам они прибегали даже в той части Франции, которая не была еще оккупирована. Выдержка, которую я собираюсь зачитать, - последний абзац на странице 2 документа РФ-711.
Крафт пересказывает конец своего разговора с ректором. Цитирую:
"Я оборвал разговор, встал, и между прочим задал ему вопрос, не является ли решение адмирала Дарлана для него приказом от его правительства. Когда я выходил, то добавил: "Надеюсь, что Вас не арестуют". Он побежал за мной, заставил меня повторить это замечание, и иронически воскликнул, что это было бы для него большой честью".
Этот документ может вызвать улыбку, однако речь идет о деле весьма серьезном.
15 июня 1943 года германское посольство составило записку, которую я представляю в качестве документа РФ-712. Этот документ находился в архивах Высокого суда и заверен секретарем этого суда. Привожу текст этого документа РФ-712, опуская его начало:
"Германское посольство полагает, что весьма желательно найти разрешение вопроса о пребывании Страсбургского университета в Клермон-Ферране.
Мы были бы счастливы узнать, что под шапкой "Страсбургский университет" новые публикации появляться не будут, с тем чтобы такие публикации не могли приводить к новым разногласиям.
Германское посольство приняло к сведению тот факт, что министерство национального образования не будет в последующем заполнять на кафедрах профессорские вакансии.
Далее предлагается, чтобы на бланках "Страсбургский университет" более не выдавались удостоверения о сдаче экзаменов".
Завершая тему о Страсбургском университете, я хочу указать Трибуналу на известный вопиющий факт, а именно на то, что в четверг 25 ноября 1943 года германская полиция захватила здание Страсбургского университета в Клермон-Ферране, арестовала профессоров и студентов, подвергла их проверке и депортировала значительное число людей. В ходе этой операции полиция даже стреляла в двух профессоров; один был убит, второй серьезно ранен ..
Эти факты широко известны, однако я считаю, что лучше доказать их с помощью документа. Этот документ не включен в нашу книгу документов, попрошу Трибунал принять его в качестве приложения.