Между ним и Мирой стояла Мария Венченсо со сквозной дырой в груди и огненным мечом в руках. Человек с таким ранением просто не выжил бы, но как ни странно, Брайс не был удивлен. Он уже давно подозревал, что она не была "простой послушницей, вынужденной из-за магической травмы постоянно носить наушники", каковой считалась официально.

Удар огненного меча был столь мощным и быстрым, что Алистер решил, что наблюдает хладнокровное убийство… Но он ошибся. Мира выжила и попыталась ударить в ответ, но Мария с легкостью увернулась и атаковала снова. Она наносила удар за ударом, чтобы пробить защиту Джаггернаут. Удар мечом. Ещё удар. Бросок об стену, три молнии в упор, ещё один удар мечом… когда преподаватель богословия закончила и отошла назад, а Мира рухнула на землю, она выглядела так, будто бы её забили до смерти кулаками, а не исполосовали огненным мечом. Даже ожоги выглядели так, будто их оставили прикосновением окурка.

— Она… мертва? — спросил охреневший от этой сцены юноша и не узнал собственного голоса, настолько тот был хриплым. Горло пекло, как при ангине. Он потер шею, не сводя глаз с Миры.

— Должна жить, — ответила паладинка, — Где Абла?

Ее голос звучал странно. Как будто при плохо залеченном повреждении легкого.

— Там, — парень показал в конец коридора, — Была там… я схожу за ней.

С трудом оторвавшись от стенки, он побрел к храму. Только сейчас появились мысли, кто же она. Тоже амагус? Кстати, если здесь Мария, то и Финелла должен быть где-то рядом. Не выпустил бы он свое сокровище. Тем более в таком состоянии.

— Вместе сходим, — ответила она, после чего обернулась через плечо, — Там ведь есть какая-то жрица, правда?

— Есть. Укита. Мисс Вен… Мария, — обернулся он и кивнул, — Спасибо.

Выдохнув, Алистер побрел дальше. Только теперь до него стало доходить, что он чудом избежал смерти. А если бы первыми сюда пришли военные?

— Рассказывай, что произошло? Желательно уложить всё так, чтобы в конце коридора я понимала, что здесь вообще происходит.

— В подземке метро мы обнаружили иллитидов, — не задумываясь, начал вкратце излагать события Алистер, — Щупальцемордых. Диких и агрессивных. Они пытались выбраться на поверхность. Чтобы разобраться, откуда они взялись, мы пришли в этот храм. А возле храма встретили двух девушек, Ваниллу и Ня. Они убегали от террористов. Ня — дочь жрицы, и бежала в храм, чтобы спрятаться в убежище. Тут и террористы подоспели. Мы их…

Брайс запнулся, хоть то, что он собирался сказать, и было правдой, но могло показаться бравадой.

— …в общем, истребили. Поговорили с Укитой и выяснили, что иллитиды — это Спящие, разумные существа, которые в древности помогали панауанцам. Кто-то их пробудил и лишил разума. Мы пообещали жрице поймать одного, чтобы она выяснила, кто и зачем это сделал. Возможно, им можно помочь.

Алистер дернул плечами и скривился от боли в плече, которым ударился о пол. Он потер его и поглядел на Марию.

— А в храме нас уже ждали военные. Всё шло… более-менее, пока не появилась эта женщина. Она хотела меня допросить, но я нас… заморозил. По крайней мере, лед ее берет. Это всё… Мария, а что с тобой произошло? — решился он спросить, кивнув на дыру в ее груди.

— Поссорилась с Чезаре, — сообщила невероятную новость она, — Куда дальше?

Алистер подошел к потайному входу и постучал.

— Может… Я могу чем-то помочь? — несмело спросил он, хотя не представлял, как.

— Чем? — фыркнула она, — Докажешь этому упрямому эгоисту, что я тоже не лыком шита?

— Пароль?! — раздалось тем временем с той стороны.

Видно, крепко они посрались, раз Мария разоткровенничалась, а в ее груди зияет такая дыромаха. Уж не Финелла ли ее так? Да за такое… гм, Алистер подумал, что если это сделал Чезаре, он ему вмажет. Ну, попытается, по крайней мере.

— Пароль? — себе под нос растерянно переспросил юноша. В прошлый раз вроде без пароля обходилось, — Пароль! — уже громче сказал он.

— Закон квадрата-куба?! — услышал он уже другой голос, принадлежавший Абле.

Мозг Алистера вскипел от напряжения.

— Э-э-э… если не ошибаюсь: при увеличении массы тела на коэффициент в кубе масса мозга увеличивается на коэффициент в квадрате.

— Би-и-ип! Неправильно! — ответила девушка, — Иначе гигантизм был бы оптимальной стратегией выживания. Вы не пройдёте.

Однако, вопреки словам Аблы, дверь начала двигаться в сторону.

— Значит, куб с квадратом перепутал.

— Тебе повезло, что этого Штейн не слышала, — фыркнула девушка, после чего, едва дверь открылась, бросилась юноше на шею, обняв его так сильно, как только вообще была способна. Алистер заметил, что Мария печально отвернулась от этой картины, и ему стало стыдно.

— Мисс Венченсо? — удивлённо спросила Абла, всё ещё не разжимая объятий, — Что случилось?

— Они с Финеллой поссорились, — шепотом пояснил колдун.

— Вот ЭТО называется "поссорились"?! — арабка ткнула пальцем в дырку в груди.

Мария не ответила. Резко отвернувшись, она просто прошла мимо, вглубь подземелья, и о чем-то тихо заговорила с Ваниллой. Алистер же тем временем попал в цепкие руки Аблы, обрабатывающей его раны.

— Вы проход закрыли? — осведомилась она.

— Э-э-э… — смутился юноша, — Это надо у Марии спросить. Но мы сейчас всё равно уходим… А сколько времени меня не было?

— Минуты две или три, — ответила ведьмочка, — Это… довольно долго.

Она стала слишком уж серьёзной.

— Я очень испугалась, когда поняла, что уже долго не слышу стрельбы, а тебя нет.

Две или три минуты… Из них минута-две ушли на беседу с Мирой Джаггернаут. Следовательно, в заморозке он провел не больше пары минут. Вот почему он чувствует себя еще относительно неплохо: в горле першит, в голове туман, но тело, включая мозг, не успело занеметь.

— Мария вовремя появилась, — вздохнул юноша. Надо уметь признавать собственные неудачи. Он ведь не бог, в конце концов. И даже не амагус. Так… обычный колдун, с претензией на то, чтобы стать эпическим, когда-нибудь.

— Там была женщина-амагус… или маг, панауанский офицер, она меня чуть не убила. Я ее заморозил… вместе с собой.

Он наткнулся на серьезный и беспокойный взгляд Аблы и осекся.

— Алистер. Я помню, каким ты был. Ты помнишь, каким ты был. Но это в прошлом. Нельзя бросаться из одной крайности в другую. ты сейчас смелый, но нельзя быть слишком смелым. Это будет уже не смелость, а глупость. Обещаешь мне, что всегда будешь соблюдать правило золотой середины?

— Наверно, это эйфория, — он чуть нахмурился, чувствуя, как колотится сердце, — Да… когда я почувствовал, что могу… что у меня получается… я потерял страх и сорвался с катушек. Это так здорово чувствовать, что ты можешь. Что в тебе есть сила. Но… я понимаю…

Помолчав немного, глядя в глаза Аблы, он продолжил:

— Обещаю, если… если ты мне поможешь, и если я снова сорвусь, просто напомни об этом разговоре. Ну, или просто дай по голове.

Абла улыбнулась и кивнула, после чего сделала шаг назад, подняла на уровень груди кулачок с отставленным вверх большим пальчиком и выжидающе посмотрела на юношу. Он не совсем понял, что хочет сделать Абла. Наверно, это какой-то незнакомый ему ритуал. Например, большепальцепожатие, закрепляющее данное обещание.

— М? — колдун повторил ее жест, подняв кулак с отставленным большим пальцем, и вопросительно посмотрел на девушку.

Кажется, он все сделал правильно. По крайней мере, рука чуть опустилась, как при рукопожатии.

— Да, — кивнула ведьмочка, — Это было обещание.

— Отлично, — усмехнулся Алистер и бросил взгляд в коридор, в котором скрылась паладинка, — Ну что, пойдем ловить живого Спящего или сначала послушаем, что Мария скажет?

— Давай сначала послушаем преподавателя, — кивнула арабка, идя вглубь коридора.

Марию они нашли всего через пару минут. И честно говоря, взглянув на нее, Алистер даже на секунду испугался. Настолько одержимым выглядело ее лицо. Так выглядит человек, потерявший кого-то из родных и пытающийся забыться, нагружая себя работой.