— Удручает? Вас? — поднял бровь макиавеллист, — Право же, в это сложно поверить.

— Ваше недоверие разбивает мне сердце, — развеселился историк.

— Я предпочитаю разбивать сердца только дамам, — заметил Чезаре, — Точнее, предпочитал.

— Возраст? — невинно спросил Хэйтем, заставив покраснеть свою спутницу.

— Мария, — спокойно возразил кардинал.

— Партия холостяков и донжуанов не забудет вас, — усмехнулся контрабандист.

— Кстати, как та студентка, которую поручила вам Нарьяна на последнем Совете? Как там ее, Джексон, если мне память не изменяет?

— Не прибедняйтесь, — хмыкнул Хэйтем, — Ваша память проявляет просто-таки завидную супружескую верность. Что до студентки… И почему только магов называют безумцами? Знаете, у нее такие глюки, какие никакому магу и под ЛСД не приснятся. Представляете, как она меня назвала при первой встрече? 'Похотливый клоун-воздушный шар'!

— Так может, стоит сесть на диету и перестать домогаться студенток? — ехидно спросил Чезаре.

— Уж чья бы мычала, — фыркнул историк.

— А что я? — шпион демонстративно оглядел себя, — Мне на диету не надо: я хоть и шире вас, но это мышцы, а не жир.

— Охотно верю, — согласился Хэйтем, — А как насчет студенток?

Чезаре удивленно посмотрел на него. Если Хэйтем не упускал случая воспользоваться обилием симпатичных студенток в ЗШН, то он сосредоточил все свое внимание на завоевании Марии.

— Вы ведь всего час назад уединялись со своей послушницей? — пояснил свою мысль историк, — Это почти то же самое.

— Туше, — легко признал шпион, — Но это исключение, подтверждающее правило.

Хэйтем недовольно мотнул головой:

— Нет глупее выражения, чем это.

— Сразу видно, что вы никогда не были связаны ни с религией, ни с политикой, — рассмеялся кардинал, — Иначе вы знали бы, насколько лишены фантазии ваши представления о глупости.

— Возможно. Но так или иначе, ее 'Всевидящее Око' — именно то, что нам нужно.

Всевидящее Око… Амагическая способность, позволяющая, если верить досье, видеть все что угодно, и сквозь пространство, и сквозь время. У PSIA было всего два агента с такого рода даром, и оба обладали гораздо меньшим потенциалом. Вот только… Интерес Нарьяны к этой студентке явно был гораздо сильнее, чем просто к сильному амагусу.

— И не только нам, — попробовал закинуть удочку Чезаре. Вдруг историк случайно даст намек на свои связи с террористами?

— Любая разведка и половина террористических организаций заплатили бы миллионы за человека с такой способностью… И миллиарды за такой сигмафин.

Последнее заявление шпиону не понравилось: именно практическая полезность сигмафикации редких амагусов привела к разладу между ним и PSIA… И контрабандист несомненно знал это.

— Не думал, что вы специалист по ценам на людей, — не остался в долгу Чезаре.

— Я — нет, но некоторые мои знакомые — да, — ответил Хэйтем.

— Например?..

— Например, Мелисска. Она, кстати, недавно замуж за вашего студента вышла, слышали?

— За Рю, что ли? Это с ее стороны почти педофилия: у него психологический возраст — двенадцать-четырнадцать лет. Кстати, может, вам стоит задуматься? Вроде, у кого-то был проект трансвозрастных преобразований; омолодитесь лет на пятнадцать — и сможете с ним потягаться.

— Не, — покачал головой историк, — Мелисска — это пройденный этап. Сейчас у меня куда более интересная дама на примете.

— И кто же это? — осведомился Чезаре, в голове которого промелькнуло семь возможных имен, включая Святую Катерину.

Хэйтем ухмыльнулся:

— Много будете знать, профессор Финелла, — рано состаритесь. И Мария будет разочарована.

Чезаре кивнул:

— Последний вопрос. Мне давно было интересно: что привлекло вас на службу Нарьяне?

— Все просто, коллега. В мутной воде водится самая большая рыба. И чтобы ее поймать, лучше сидеть на берегу, чем в центре водоворота.

Ответ показался Чезаре любопытным, но не слишком. Что Хэйтем не был идейным, он знал и так. В целом, по итогам разговора подозрения выросли на два процента, что на общем плане было незначительно. Махнув рукой на прощание, кардинал проследовал дальше, в казарму. К счастью, Эйхт был на своем рабочем месте.

— А, Финелла, добро пожаловать в мою скромную обитель, — поприветствовал он политолога, не вставая из-за стола.

Чезаре приветственно кивнул, после чего без особых обиняков перешел к делу:

— Можешь скинуть мне записи с камер наблюдения, посвященные вчерашним появлениям Белого Робина? Нападение на Сикору, поединок со Смитом… Если есть что-то еще, тоже бы не помешало.

Кардинал намеренно не стал акцентировать внимание на той конкретной записи, что его в действительности интересовала. Объяснить старому вояке, почему он подозревал своих, было бы весьма непросто…

— Конечно, есть, я их вчера просматривал, — майор тут же начал копаться в своём компьютере, — Правда, толку от этого будет немного. Причинно-следственная связь на видео просто отсутствует.

— Тем не менее, я хотел бы просмотреть записи, — ответил Чезаре, — И те, о которых сказал, и неизвестные мне ранее. Я подозреваю, что у Робина был сообщник, которому хватило ума не попасться нам во время операции, и надеюсь, что кое-какие детали его поведения помогут получить зацепку…

— Тогда приготовься, — сказал Питер, — Тут можно каждую камеру раз по шесть в полной выкладке смотреть, а то и больше, чтобы найти все записи с Робином. Хотя… можешь запустить поиск по видео, но, я боюсь, это даже Прометея подвесит.

— Разберемся, — пожал плечами шпион, — Не исключено, что я найду нужные улики до того, как просмотрю ВСЕ записи.

— Ну, хорошо, — кивнул Эйхт, — Кстати, вообще-то ты не обязан каждый раз бегать ко мне за доступом.

— Привык.

Это было правдой. В сравнении с PSIA, в ЗШН каждый занимался непонятно чем. Ни о каком четком разделении сфер ответственности не могло быть и речи.

— Кстати, если тебе интересно, — вдруг сказал безопасник, — Я изучал сегодняшние записи боя. Та рыжая малявка… она вышла за дверь и исчезла. На сегодняшних записях её больше нигде нет.

Чезаре пожал плечами:

— Она предположительно связана со 'Столетием'. Не думаю, что она может так просто попасть в беду. Скорее уж в беду может попасть кто-то, на кого она наткнется…

'А если и попадет — что ж, избавит от проблем', - мысленно добавил кардинал. Тот факт, что из двух новых студентов Марии одна маньяк-убийца, а другой страдает раздвоением личности и в одной из личностей тоже маньяк-убийца, его по-прежнему не радовал…

— Да, вряд ли.

Майор пожал плечами.

— По мне, та ещё соплячка. Ладно, я тебе на почту линк-лист отослал, можешь изучать.

— Спасибо.

Кивнув на прощание, Чезаре направился в свой кабинет. Изучать записи он собирался в гордом одиночестве. Ведь ему не хотелось объяснять простому и честному офицеру, что именно его беспокоило.

В действительности большая часть записей представляла не более чем академический интерес. Подтвердить или опровергнуть его подозрения могла лишь одна… Правда, представленная в четырех различных вероятностях. Слегка упрощало ситуацию то, что третья вероятность была помечена как 'окончательная', породившая новые вероятности; однако, Чезаре все равно решил просмотреть все.

Итак, вероятность первая. Робин ломает Тадеушу шейные позвонки и спокойно уходит. Тревогу поднять некому. А значит, этот вариант бесполезен.

Во второй вероятности Тадеушу уже удается вырваться, по-видимому, инстинктивно забрав силы у Джейка. Судя по тому, что демонстрировал Джейк в их поединке, этого вполне хватило бы, чтобы не только отбиться, но и оторвать нападавшему руку; однако, вместо этого поляк бежит прочь. В скором времени он сталкивается с Валькельхайном, который пытается задержать Робина… Но тот неожиданно разворачивается и дает такого стрекача, что смотреть приходится в замедленной съемке. Валькельхайн пытается преследовать его, но куда там: как уже знал Чезаре, сигма-зомби могут свободно использовать скрытые резервы организма, — так что даже Мария, при весе в пятьдесят килограмм, спокойно жмет триста от груди… Чего, правда, предпочитает не демонстрировать, чтобы не шокировать местных качков. В общем, это не та вероятность, что его интересовала.