ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Селена передала кулон Майклу.

«Я видела его раньше», — сказала она, — «когда была ребенком. Я держала его. Когда он был открыт, как сейчас».

Майкл не понимал. «Как это возможно?» — он не видел Селену в каких либо воспоминаниях Луциана о тёмных веках. Может это было до того, как Соня умерла, прежде чем Луциан заявил, что кулон принадлежит ему? «Должно быть», — подумал он, — «Это единственный сценарий имеющий смысл».

«Я не знаю», — сказала она, явно встревоженная. Ему было трудно представить, что Селена некогда была ребенком, хотя он знал, что она когда-то была человеком. Ее глаза загорелись, когда идея пришла ей в голову. «Но я знаю, кто может помочь».

Отбросив одеяло, она поспешно скользнула обратно в свою кожу и оделась. Не боясь холода, она оставила свой рваный плащ. Майкл сел на пассажирское сиденье ленд ровера, его собственная окровавленная куртка видала и лучшие дни. Он хотел повести, но она знала, куда они направляются, а не он. Селена села за руль и захлопнула дверь.

«Андреас Танис», — пояснила она на ходу, — «Он был официальным историком ковена еще, когда там была такая должность». Она вставила ключ в замок зажигания. Майкл ощутил прилив удовлетворения, когда двигатель завёлся: его ремонтные работы, казалось, принесли свои плоды. «Но он впал в немилость после того, как задокументировал то, что Виктор счёл «злонамеренной ложью». «Конечно», — с горечью добавила она,-»это означает, что он, вероятно, говорил правду».

Она включила заднюю передачу и нажала на газ. Украденный внедорожник с рёвом выехал из гаража задним ходом, затем умело развернулся на ледяном тротуаре. Майкла отбросило на спинку сиденья, и он поблагодарил бога за свой ремень безопасности. Не в первый раз, он удивлялся, почему он продолжал ездить в машине с Селеной. Ровер выехал из горнопромышленного комплекса и исчез в ночи. Их фары рассекали зимнюю темноту. Селена переключила передачу и до упора надавила на педаль газа. Внезапное ускорение стремительно послало их по отдалённой горной дороге. Снег уже не шёл, но вокруг было всё ещё много белого. Майкл не видел других транспортных средств впереди или позади них. Дорога, казалось, была только для них.

«Он был сослан более трехсот лет назад», — продолжала она, не отрывая глаз от дороги.

«Триста лет?» — Майкл все еще с трудом охватывал огромные промежутки времени, в котором Селена и другие бессмертные, казалось, оперировали, — «Почему ты думаешь, что мы найдём его теперь?»

Она бросила на него взгляд. «Я была тем, кто сослал его».

Глубоко внутри слизкого дренажного туннеля, Маркус почувствовал, что солнце садится. Его крылья были обернуты вокруг него, как у спящей летучей мыши. Они были сильными и гибкими вновь, восстановленные за длинный день сна. Его черные глаза открылись, и он пошевелил своими смертельными когтями. Все шрамы и синяки, которые он получил в стычке сегодня утром, давно зажили. Он чувствовал себя полным сил и энергии, более чем когда-либо.

«Наконец-то!» — подумал он. Его однодневный отдых в зловонном туннеле испытывал его терпение, но теперь ему не нужно больше ждать. Золотой кулон ярко осветил его память, укрепляя его решимость. Ненависть вспыхнула в его сердце, когда он вспомнил, как Селена и Майкл посмели встать между ним и его трофеем. Они заплатят жизнями за свою дерзость. «До того как солнце зайдёт снова», — поклялся он, — «они будут наказаны ... и ключ будет моим».

Он ждал уже восемь веков. Он не мог ждать ни днём больше.

Его крылья зашуршали, как сухие листья, когда он начал пробираться в сторону выхода из туннеля...

***

Они направились на восток, выше в горы.

Ленд ровер катился через отдалённое ущелье. Высокие стены гранита маячили над дорогой с обеих сторон, загородив всё кроме лунного неба. Майкл не видел АЗС, телефонных столбов, или любых других признаков жизни уже более часа. «Вот и все», — подумал он, — «мы официально у чёрта на куличиках».

Селена практически не разговаривала в течении долгой поездки. Майкл мог сказать, что она была глубоко обеспокоена этим последним откровением, чтобы оно не означало. Как будто вся ее жизнь уже не перевернулась с ног на голову! Он не мог себе даже представить, как ее прошлое могло быть связано с кулоном Сони. Обесчестенная принцесса умерла, и Луциан похитил кулон задолго до того, как Виктор превратил Селену в вампира. К тому времени, само существование Сони было вычеркнуто из истории ковена, и никогда больше не было оглашено снова. Майкл вспомнил, как Селена говорила ему, что старейшины запретили другим вампирам углубляться слишком глубоко в прошлое.

«Я полагаю, что не стоит удивляться», — подумал он, — «что у стаи вампиров есть целая куча скелетов в шкафу».

Он с беспокойством посмотрел на Селену. После их ранней близости, он надеялся, что она будет легче открываться ему, когда будет переживать тяжёлые времена. Он хотел быть с ней, особенно в такие моменты. «Дай ей время», — сказал он себе, — «Это все довольно ново для нее».

Ровер выехал из-за поворота в долину. «Вау!» — сказал Майкл, впечатлённый каменным сооружением, попавшим в поле его зрения. Имеющее форму огромного кельтского креста, с гранитными балками размером с неолитические монолиты, потрясающее сооружение было буквально вырезано в отвесном склоне. Потрескавшийся камень и выцветшие мраморные мозаики намекали на века пренебрежения. Примитивные деревянные ворота охраняли бесплодную землю перед гигантским крестом. Майкл не заметил никаких огней ни внутри строения, ни снаружи. Путь освещали только фары ровера, и полная луна, растущая над головой.

«Похоже на монастырь», — догадался он.

«Раньше был», — подтвердила Селена, — «Теперь больше похоже на тюрьму. Танис был упрятан сюда по приказу Виктора. Мы может быть первые люди, которых он увидит за эти века».

***

Блондинку звали Ольгой. Брюнетку звали Грушенькой.

Или, возможно, наоборот.

В объятиях двух роскошных вампирш, Андреас Танис не волновался по поводу их имён. У него были более важные дела, которыми нужно было заниматься прямо сейчас, такие, как их пышные груди, гладкие бедра, и восхитительные ягодицы. Опутанный клубком обнажённой плоти, он не знал, что ощупать или облизать в первую очередь.

Выбор, выбор ...

Просторный винный погреб монастыря был преображён в роскошное гнездо любви. Выцветшие мозаики смотрели вниз на широкую кровать, щедро покрытую дорогими простынями и подушками. Обилие свечей бросали мерцающие тени на троицу, резвившуюся на кровати. Изысканные гобелены украшали древние каменные стены. Коринфские колонны поддерживали сводчатый потолок. Антикварная мебель заменила отсутствующие винные стойки. Книжные полки просели под тяжестью многочисленных пыльных томов. Струнный квартет Бартока № 1 тихо играл из скрытой звуковой системы. Отброшенная одежда валялась на полу. Мраморные статуи усопших святых в натуральную величину занимали углублённые ниши в дальних уголках погреба. Их скульптурные глаза вуайеристически смотрели на оргию, происходящую лишь в нескольких ярдах от них.

Стоя на коленях на кровати, Танис был зажат между своими заядлыми любовницам. Брюнетка (Грушенька?) прижалась голой грудью к его спине, ее влажные губы холодили его горло, в то время как он обнял блондинку перед собой. Он ласкал соблазнительные ягодицы блондинки обеими руками, в то время как брюнетка обернулась вокруг него, чтобы поиграть с левой грудью другой женщины. Оживлённые пальцы дразнили напряжённый сосок.

Блондинка выгнулась в наслаждении.

Кровь текла между ними по непрерывной трехпутной схеме. Брюнетка пила из шеи Т аниса, в то время как он впился в пульсирующее горло блондинки, которая в свою очередь пила из левого запястья брюнетки. Экстатические стоны и хныканье смешивалось с мокрым, сосущим звуком. Танис самозабвенно глотал холодную кровь блондинки, смакуя соленым привкусом восхитительного нектара. Его язык закрутился вокруг плазмы внутри его рта. При всём он знал, что это вполне может быть его собственной кровью, возвращающеюся к нему через пульсирующие вены двух вампирш. Его глаза жадно пожирали вид красивого вожделения блондинки впившейся в руку брюнетки. Ее распутная страсть воспламенила его собственную.

«Пей досыта!» — молча призвал он ее, — «Там хватит на всех!»

Тяжело дыша от удовольствия, Танис извлёк свои клыки из шеи блондинки. Он наслаждался ощущением того как брюнетка погрузилась носом в его шею, ее настойчивый язык копался в открытом укусе, в то время как ловкие руки блондинки медленно поглаживали его налитый кровью член. Его лицо пылало от заимствованной крови. Его светящиеся синие глаза были мечтательными и несфокусированными, как у наркомана. Он сделал глубокий вдох, вдыхая едкий аромат крови и секса. Его чувства купались в сибаритском избытке. Ничего больше не существовало, кроме брачной плоти, обволакивающей его со всех сторон. Весь его мир теперь был ограничен обнажёнными руками и ногами, обвивающими его тело, а голодные рты буквально заглатывали его целиком.

Облизав губы, он сильнее нырнул вниз, на этот раз, погрузив свои зубы в перевернутую грудь блондинки.

***

Селена подвезла ленд ровер к запертым деревянным воротам. Не считая снега, бывший монастырь выглядел, так как она помнила. «Возьми руль», — поручила она Майклу, передав ему одну из своих беретт. Держа другой пистолет в руке, она выскочила из джипа. Многочисленные раны, нанесённые серебряными боеприпасами, сделали немного, чтобы удержать Маркуса, но она по-прежнему чувствовала себя лучше с оружием в руке.

«Кроме того, очень вероятно, что Танис затаил обиду».

Ржавый замок запечатывал ворота. Селена сбила замок кулаком, затем толкнула массивные дубовые двери. Ее гибкая фигура была силуэтом на фоне фар ровера. Она прошла через ворота с пистолетом. Майкл медленно последовал за ней на джипе, его колеса катились по неровной земле. Дальний свет ровера освещал путь перед ней.