Для того чтобы сделать стекло для зеркала, выбирается самый высший сорт камня, прокаливается, [из него] выдувается листовое стекло, шлифуется, и с обратной стороны [в него] втирается смесь ртути с каким-то снадобьем.

Воск в большинстве случаев [употребляют] пчелиный. Свечи делают из сала говяжьего, оленьего, или сйка. Фитиль скручивают из десяти хлопчатобумажных нитей, [приготовленные таким образом фитиле] разрезаются на куски необходимой длины, затем штук по пять-шесть привязываются к тонкой деревянной палочке. В большой кастрюле кипятится вода, после чего [в нее] опускается жир. Растаяв, жир всплывает на поверхность воды, и тогда в него погружают привязанные к палочке фитили; когда [фитили] пропитаются [жиром], [их] вынимают. Так повторяют несколько раз, погружая и вынимая [фитили из жира]. Стекая вниз и застывая [на фитилях], [жир] образует свечу, похожую на нашу, [но] перевернутую наоборот[525]. Когда [свечи] готовы, /251/ [фитили] отрезают от палочки, к которой [они были] привязаны; как раз в этом месте и зажигается свеча. Поскольку [свеча] утолщается книзу, [она сильно] не оплывает. Фитиль тонкий, поэтому [свеча] горит долго и свет [ее] очень хороший. Однако внизу, где у наших [свечей] отверстие, идущее к фитилю, [никакого] отверстия нет, и поэтому подсвечник представляет собой не иглу, на которую накалывается свеча, а трубку такого размера, чтобы в нее можно было вставить свечу. В России все, начинания от людей среднего достатка и выше, пользуются свечами, но некоторые зажигают и стеклянные светильники [лампады]. В такой стеклянный светильник наливается не вода, а масло, [в которое] погружается хлопчатобумажная нить, [эта] нить вставляется в небольшое отверстие в центре медного крестика, к четырем концам которого приделана кёруко[526] (кёруко — нечто вроде гнилого дерева, которым у нас затыкают бутылки); плавая в масле, [этот крестик] удерживает фитиль. Когда фитиль горит, то масло мало-помалу убывает, и крестик постепенно опускается вниз.

Бедные люди делают светильник так. В медную тарелку наливают говяжий жир и погружают в него узкий длинный кусочек ткани, и, когда [он] пропитается жиром, зажигают [его].

Огнем свечи пользуются для прикуривания, поэтому свечи горят всегда.

Только свечи, зажигаемые перед иконами, все делаются из воска.

Сэккэн (сябон) называется мэра [мыло], [им] пользуются, когда моются в бане, чтобы смывать [с тела] грязь, а также для стирки одежды и чистки всевозможных закопченных и загрязненных вещей, так как [мыло] отмывает и удаляют любую грязь.

[мыло] делается из говяжьего жира, к которому добавляется щелок и пшеничная мука; [эта смесь] варится на слабом огне, пока не загустеет.

Тян называется суморо [смола][527]. Сосну разрезают [на куски], как дрова, в земле выкапывают яму, в которую ставят котел. Котел плотно закрывается крышкой из толевых досок с отверстиями, [крышка] прикрывается землей, поверх которой складываются куски сосны. [потом они] поджигаются, а сверху все это прикрывается [слоем] зеленой травы и засыпается землей. [дерево] медленно тлеет, парится, и [выделяющаяся из него] смола скапливается внизу в котле. Говорят, что когда [в котле] соберется 1 то [смолы], то сверху бывает 2-3 сё чистой воды.

Писание на аспидных досках[528]

[в России] имеются так называемые камэнной досука [каменная доска]. Это доска, сделанная из черного камня. На ней пишут таким же камнем, выстроганным в форме каменной кисти[529]. [каменная кисть] оставляет белый след, который легко стирается. Если же протереть влажной тряпкой, то не остается [никаких] следов. Пользуются [ими] так же, как у нас нуриита[530]. Камень этот такой же плотный и тонкозернистый, как камень, из которого делаются тушечницы.

Такие доски в Голландии называются рэй[531]. Вещь очень удобная, [мы] сделали такую доску из такасимского камня, из которого делают тушечницы, и проверили ее — [она] ничем не отличалась от привозных.

В России среди певцов царицы есть три человека, которые с детского возраста были оскоплены. Оскопленные и лишенные возможности сношений, они приобрели чудесный голос, говорят, что до самой старости [этот] голос [у них] не пропадает. Они всегда одеваются в алую суконную одежду и ездят в карете, [запряженной] четверкой лошадей. В России многих домашних животных, как быки, лошади, свиньи, овцы, собаки, — кастрируют. Благодаря этому они хорошо жиреют и цвет их шерсти становится красивей. Есть люди, которые специально занимаются и живут этим делом, [они] связывают все четыре ноги животного, разрезают небольшим ножом мошонку, удаляют [оттуда] яички, посыпают их солью, а рану зашивают тонкими нитями, сделанными из китовых жил. Берут [они за это] 12 копеек.

Недалеко от Иркутска, в Киринги, живет старик, которому [уже] 171 год. На обратном пути Кодаю вышел из лодки к зашел посмотреть [на этого старика], [ему] на вид можно дать не более 80 лет. Говорят, что [его] дети ушли в другие места и старик живет только с внуком. Внуку 78 лет, и [он] не особенно отличается от деда.

Мужеложство называется дзоппаэбёто. В России оно строго запрещается. Когда Кодаю останавливался в Якутске, местный начальник Смолянов, имеющий чин подполковника, воспылал страстью к соседскому мальчику.

/254/ Однако [мальчик] не уступал [его желаниям]. Тогда [чиновник] завоевал его сердце деньгами, а всяческими уговорами наконец достиг [своей] цели. В тот же год в Христов день (название праздника, подробнее в разделе о годовых праздниках) этот мальчик рассказал обо всем этом во время исповеди. Если бы это было небольшое преступление, то [священник] пропустил бы [слова мальчика] мимо ушей. Но поскольку речь шла о тяжком преступлении, запрещённом государственными законами, священник сообщил об этом властям, в результате чего Смолянов был лишен чинов, стал простолюдином, а мальчика отправили в тюрьму и [там] наказали розгами.

В России сразу же после мытья в бане надевают белье, а обсохнув, надевают поверх остальную одежду. Кодаю говорит, что, когда [там] увидели, как [он] надел оказавшуюся при нем юката[532], [все] пришли в восторг и быстро сшили [себе] юката. [таким образом], в России юкатапоявились благодаря Кодаю.

Там, в случае, если умрет человек, не получивший крещения, его не хоронят у храма, а обращаются с ним, как с издохшим животным или скотом. Поэтому, когда Синдзо серьезно заболел и уже решил, что обязательно умрет, [он] принял тамошнюю веру, [но после этого] против, ожидания выздоровел, а при возвращении на родину Кодаю и других очень раскаивался [в содеянном].

В Петербурге, Москве и других [городах] прямо посредине улицы вырыты желоба, по которым течет вода для нужд [населения], поэтому колодцев [там] нигде нет. Больше половины населения страны пользуются для питья водой из рек, а не колодезной водой. Верно, в глухих деревнях в окрестностях Иркутска кое-где есть колодцы, у всех у них журавль, к которому привешивается бадья для [черпания] воды.

В России совершенно нет переносимых на плечах паланкинов [норимоно]. Услышав о том, что у нас [людей] носят в норимоно, /255/ [русские] никак не хотели верить [этому] и говорили: "Небеса сотворили лошадь, чтобы человек ездил [на ней] верхом, чтобы [ее] можно было запрягать в карету и чтобы [она] помогала человеку в [его] делах; не может быть, чтобы люди заставляли [других] людей возить себя, это же грешно!" Когда же по приезде в Маиумаэ [русские] впервые увидели норимоно, то можно было видеть, как сильно [они] были удивлены[533].