Хронология указанных событий вызывает расхождения среди современных историков. Опираясь на сведения Веллея Патеркула (II. 15.3), что за год до Союзнической войны (91/90 г.) Сулла был претором, преторство будущего диктатора датируют 93 г., а каппадокийскую экспедицию, совпадающую по времени с его наместничеством в Киликии, 92 г. до н. э.[22] Однако Э. Бадиан и Э. Ольсхаузен несколько удревнили события, продатировав их, соответственно, 97 и 96 гг.[23] Последняя хронология кажется нам наименее вероятной по следующим причинам: после первого пятилетнего отрезка правления Ариарата IX, завершившегося в 97 г. (101-97 гг.), и небольшого перерыва, когда в Каппадокии вообще не было царей (кратковременный эпизод с Ариаратом VIII не может считаться полноценным правлением, очередная оккупация страны Митридатом VI, выборы нового царя) в 96/95 г. на престол вступил Ариобарзан I, правивший как показывают монеты, первые три года без перерыва[24]. После этого он был изгнан Тиграном II и Гордием, что не могло произойти ранее 95 г. до н. э. - года вступления на престол Великой Армении Тиграна II и смерти Артавазда 1, а точнее имело место в 94 г. до н. э. (96/95-94/93 гг. - первые три года правления Ариобарзана I). Вот почему 94/93 г. представляется наиболее вероятной датой изгнания Ариобарзана I, а 93/92 г. более всего подходит для каппадокийской кампании Суллы и реставрации Ариобарзана I[25]. А это не позволяет согласиться с теми, кто считает, будто во время каппадокийского похода Сулла воевал только с Гордием и Митридатом Евпатором, а Тигран II никакого участия в означенных событиях не принимал[26], равно как и с теми, кто полагает, будто в этом эпизоде были задействованы лишь Тигран и Гордий, а Митридат VI и его сын Ариарат IX сохраняли нейтралитет и лояльность к Риму[27]. Как свидетельствуют источники, Сулле пришлось применить силу против Тиграна II и его союзника Митридата Евпатора, а значит и его сына, поддерживаемого Гордием. Таким образом, следует согласиться с Б. Макгингом, что данный эпизод - первое вооруженное столкновение Митридата с Римом[28]. Неудача в этом конфликте способствовала еще большей уступчивости понтийского царя, не пожелавшего до поры до времени обострять отношения с римлянами и отступившего в который раз из Каппадокии.

Вынужденный оставить Каппадокию, Митридат обратил взоры на соседнюю Вифинию, с которой соперничал за господство в Каппадокийском царстве. В 94 г. до н. э. умер Никомед III, не имевший прямых наследников, рожденных в законном браке, но оставивший двух сыновей от внебрачных связей - старшего Никомеда и младшего Сократа Хреста. По закону престолонаследником стал Никомед, сын танцовщицы Нисы. Для закрепления своих прав на престол Никомед IV женился на Нисе, дочери Ариарата VI и Лаодики, сестры Митридата, племяннице понтийского царя. Такой ход событий не устраивал Митридата; поскольку он вел длительную борьбу с отцом и тещей нового вифинского правителя за власть в Каппадокии, провозглашение царицей Вифинского государства ее наследницы грозило вывести эту борьбу на новый виток. Имея особые виды на Вифинию как домен своих предков, который должен был войти в качестве одной из областей в его будущую империю, составленную из наследственных земель Отанидов и Ахеменидов, Митридат понимал, что укрепление позиций Никомеда IV в отцовском царстве отодвигает эти планы на неопределенное время. А своим проникновением в соседнее государство он вызывал на ответные действия Рим, понимавший, что, присоединив Вифинию, Понтийское царство вплотную приблизилось бы к римским владениям в Азии и угрожало Великой Фригии. Поэтому царь Понта ожидал как вполне вероятные провокации со стороны римских властей (что и произошло, но об этом ниже), а это давало Евпатору повод предстать жертвой агрессора и вызвать к себе сочувствие и поддержку всех недовольных римских господством слоев населения. Наконец, устранением Никомеда IV Митридат лишал Рим важного союзника против Понта. По этим соображениям царь сначала подослал к нему наемного убийцу, а когда это преступление не удалось, поддержал притязания на вифинский престол Сократа Хреста, получившего в 91 г. отказ сената в признании царем и обратившегося за помощью к Понту. Дав Хресту войско, Митридат изгнал Никомеда IV, вынужденного бежать в Рим, и водворил на престол его младшего сводного брата (Licinianus. P. 36 (Bonn); Justin. XXXVIII. 3.4; 5.10; Memn. XXX. 3.; App. Mithr. 7; 10; 13; 57; Liv. Ep. 76; Trog. Prol. 38; Cic. De Orat. III. 229)[29].

Как только его позиции в Вифинии упрочились и она практически полностью перешла под его власть, Митридат в союзе с Тиграном в 91/90 г. опять вторгся в Каппадокию и выгнал Ариобарзана. В этом ему помогли армянские военачальники Митраас и Багой, командовавшие войсками (App. Mithr. 10; Liv. Ep. 74)[30]. Столь дерзкая и наглая акция понтийского царя, совершенная менее чем через год после статус-кво Л. Корнелия Суллы в Каппадокии и совпавшая с антиримским по сути переворотом в Вифинии, показывает, что Митридат VI открыто провоцировал римлян к войне. Он хотел использовать их обеспокоенность возросшим могуществом Понта и его территориальными приобретениями за счет римских союзников и друзей, что позволило ему окружить своими владениями лакомый кусочек земель Отанидов, а ныне Рима - область Великой Фригии и Фригии Эпиктет, а также Галатию. В подобной ситуации Рим не мог не ответить на вызов царя Понта, а это было то, в чем теперь так нуждался Митридат, когда у него сложился союз с Тиграном II и парфянами, сарматы и бастарны практически ему подчинились, а позиции в Колхиде и Иберии становились как никогда прочными (App. Mithr. 15; Memn. XXX. 3). Митридат ждал реакции римлян, готовился к ней и провоцировал ее всеми возможными способами. Ответные действия римских властей не заставили себя ждать.

Тотчас после очередной провокации Митридата римский Сенат постановил вернуть Ариобарзана I и Никомеда IV в их законные владения. Для проведения этой акции он назначил консуляра Мания Аквилия и наместника провинции Азия Луция Кассия. Митридату было предписано оказывать им содействие - акт, кажущийся странным, если учесть, что именно понтийский властитель являлся виновником создавшегося положения. Митридат отказался, сославшись на враждебность к нему Рима, и нам представляется, что со стороны последнего указанный акт был ни чем иным, как заранее планировавшейся акцией, рассчитанной на заведомый отказ Митридата помочь римлянам, и использование ее в качестве повода к военным действиям. Однако царь Понта вновь сделал вид, что готов выполнить волю римлян, хотя все говорит за то, что он уже не сомневался в неизбежности войны и потому прибег к апробированной тактике предстать прямой жертвой агрессии. Он убил Сократа Хреста и освободил каппадокийский престол, что восстанавливало Никомеда IV и Ариобарзана I в их правах (89 г. до н. э.) (Justin. XXXVIII. 3.4; 5.8; App. Mithr. 11, 57; Memn. XXX, 3; Liv. Epit. 74, 76).

Маний Аквилий, обуреваемый личным тщеславием, а на самом деле действуя в русле тех установок, которые возложил на него сенат, стремившийся положить конец могуществу Митридата, стал склонять Никомеда и Ариобарзана напасть на Понтийское царство. Оба царя боялись Митридата, который, имея уже союз с Великой Арменией, послал за помощью к галатам, сарматам, бастарнам, кимврам[31] и другим народам, входившим в его обширную державу, и подготовился к столкновению с Римом на должном уровне. Однако, задолжавший Манию Аквилию и Луцию Кассию, а также римским ростовщикам за финансовую поддержку своему возвращению в Вифинию, Никомед недолго противился приказанию римлян, вторгся с войском в Пафлагонию и опустошил ее территорию до Амастрии. Даже после этого Митридат не начинал войны, а отправил посольство во главе с Пелопидом к римским полководцам с обоснованием своих претензий и жалобой на Никомеда. Когда из ответа римлян стало ясным, что они поддерживают Никомеда и активно ведут дело к войне, Митридат в 89 г, до н. э. вновь вторгся в Канпадокию, изгнал в очередной раз Ариобарзана и посадил на трон Ариарата IX. Одновременно к римлянам опять прибыл Пелопид и стал укорять их за нарушение договора о дружбе с Понтом и потворство врагам Митридата. Это посольство Пелопида было уже открытым призывом к войне со стороны понтийского царя, который осудил Рим и представил себя в качестве жертвы агрессоров, т. е. публично объявил то, к чему вел дело все годы борьбы за Капнадокию, Вифинию, Пафлагонию и другие наследственные земли Отанидов.